Ночной танец - Роксана Сент-Клер

– Добро пожаловать в Лондон, Лили, – сказал он, тепло, пожимая ей руку. – Надеюсь, полет был удачным? С отелем все в порядке?

– Все замечательно, благодарю вас. – Взглянув вниз, девушка увидела старые ботинки и… полное отсутствие носков.

Может быть, Джеку здесь было бы не так уж и плохо, в конце концов.

Вся ироничность этой ситуации заставила ее сердце болезненно сжаться, но она попыталась не обращать на это внимания.

– Надеюсь, вы не против, что я решил пригласить сюда еще одного консультанта, – сказал Брайс, распахивая дверь.

Она едва его слышала. Нужно было, наконец, прекратить думать о Джеке. С ним покончено. Джек был сумасшедшей, дикой, незабываемой поездкой по клюквенным топям. Джек был…

Джек был здесь.

– О!

Этот единственный звук сказал ему все, что он хотел услышать.

Боги взаимной любви до сих пор парили над ним и не позволили ему потерять Лили Гарпер.

– Привет, Лили.

Она застыла на пороге, глаза ее были широко раскрыты, кровь отлила от щек.

– Что ты здесь делаешь? – сказала она. Джек взглянул на Брайса.

– Это такое американское выражение вместо «как я рада тебя видеть».

Но Брайс только усмехнулся, и Джек понял, что никаких долгих объяснений не понадобится. Если бы не Брайс Ноубл, единственный человек в этой компании с его даже более саркастичным чувством юмора, чем у него самого, Джек ушел бы оттуда на следующий же день после подписания контракта. Но Брайс нашел, как его удержать.

– Я теперь консультант, – объяснил Джек, борясь с желанием перескочить через разделявший их стол и крепко прижать Лили к груди, – так же, как и ты.

– Я еще пока что сюда не устроилась, – быстро ответила она, делая шаг назад.

Джек следил за ней с горькой улыбкой.

– Знаешь, если бы языку тела меня научил бы не эксперт, то я мог бы и не заметить, что, обнимая себя руками, ты подсознательно пытаешься себя защитить, – он указал на стул напротив него. – Мне кажется, тебе стоит сесть и выслушать нас.

– Нас? – Он с тайным облегчением увидел, что девушка подходит поближе. – Значит, ты знал, что я сегодня буду здесь?

– Конечно же, знал, – тут же разъяснил Брайс. – Джек был главным инициатором идеи пригласить вас для работы над имиджем нашего руководящего состава, уверяя, что никто другой, кроме вас, не способен выполнить такую работу. Я знаю, что вы здорово потрудились над ним. Что касается целей и условий вашей работы здесь, то мы непременно с вами все детально обсудим, а пока я расскажу об этом в двух словах.

Девушка вновь окинула Джека взглядом, по достоинству оценив и вновь отросшие волосы, и коротенькую бородку, которую он с гордостью пощипывал.

– Я тебе еще свою новую татуировку не показал.

– Пожалуйста, присядьте, Лили, – предложил Брайс, указывая на стул рядом с Джеком.

– Я думала, ты ненавидишь все это, – сказала она, делая рукой широкий жест, – ненавидишь все, что связано с агентствами подобного рода.

– Я тоже так думал, – ответил он, успев ухмыльнуться Брайсу, – и, честно говоря, Андерсон – недотрога, а Старджин – зануда.

– Ужасный, – согласился Брайс.

– Но вот Брайс оказался неплохим парнем.

– Спасибо, коллега.

– Более того… – Джек наклонился вперед, чтобы еще раз почувствовать нежный запах ее духов, – он оценил мое предложение.

– Предложение Джека, – пояснил сам Брайс, – включает в себя полное перевоплощение всех двадцати семи креативных директоров и их помощников.

Джек тепло ей улыбнулся и заметил промелькнувший у нее в глазах огонек. Значит, у него есть шанс!

– И поэтому тебя пригласили сюда.

– Наша проблема, – сказал Брайс, – заключается в том, что все креативщики в наших офисах имеют слишком уж серьезный настрой. Мы хотели бы изменить атмосферу в офисах, сделать ее более творческой. Как только я встретил Джека, мы начали работать над…

– Я думала, ты ушел, – перебила она, обращаясь к Джеку, все еще прокручивая в уме ситуацию, которую даже не могла предположить.

– Так оно и было.

– Но я уговорил его стать нашим консультантом, – добавил Брайс, раздвигая губы в улыбке, – за весьма высокий гонорар, кстати говоря.

– Тогда почему же ты не…

…позвонил. Так и не сказанное слово повисло в воздухе.

– Я был чрезвычайно занят, – проговорил он, игнорируя недоверчивое выражение ее лица.

Он был занят. И не звонил, не писал, не приехал к ней и не стоял около ее двери лишь потому, что ему нужно было все подготовить, чтобы доказать, как он изменился.

И теперь он действительно изменился.

Он попытался дать ей это понять одним многозначительным взглядом, но девушка повернулась к Брайсу.

– Мы надеемся, что вы поможете нам изменить наших креативщиков, но несколько в ином ключе, чем вы привыкли это делать обычно, – произнес тот, делая вид, что не замечает возникшей между ними словесный перепалки. – Мы хотим, чтобы они немного расслабились. Избавились от костюмов, галстуков и запонок, понимаете?

Лили переводила недоуменный взгляд с одного на другого.

– Обычно я работаю в другом направлении. Я заставляю людей собираться, а не расслабляться.

– Ты реально меняешь людей, – мягко вмешался в разговор Джек, – и я – живое тому доказательство.

Пока она не успела возразить, Брайс поднялся из-за стола.

– Вы пока подумайте, Лили. Поговорите с Джеком несколько минут, а я сейчас вернусь обратно кое с какими бумагами.

Брайс оставил их наедине, и Джек решил не терять ни секунды. Он положил ладони ей на руки, которые она все это время держала сжатыми. Первое прикосновение к ней – вообще к любой женщине, если уж быть честным, за эти шесть месяцев – заставило его на миг прикрыть глаза от переполнявших его эмоций.

– Ты прекрасно выглядишь, Лили, – сказал он. – Мне очень тебя не хватало.

Она побледнела при этих словах.

– Теперь ты живешь здесь, в Лондоне?

– Я нигде не живу. Сейчас, по крайней мере.

– Ну, конечно же, нет, – проговорила она быстро, убирая от него руки. – Это для тебя идеальный образ жизни.

– Я бы не назвал его идеальным, – сказал он, посмеиваясь над своим утверждением, – мне еще придется много над чем поработать.

Она кивнула, как будто бы поняла его.

– Что ж, я, правда, рада, что все это, в конце концов, закончилось для тебя хорошо, – одну долгую секунду девушка просто смотрела на него, пытаясь взять себя в руки.

– Для меня еще ничего не закончилось.