Аптека снежного барса - Катя Водянова

Я дернулась, чтобы встать, но рыжеволосый здоровяк наступил на край моей простыни, а другой протянул руку, глумливо предлагая помощь. Я сильнее сжала артефакт, тот почти полностью влез в ладонь, только бусина торчала наружу. Вроде бы цел, но пока не проверишь, не поймешь, работает или нет.

— Всё мимо! — я прикидывала, кого ударить первым и куда убегать в случае чего. — Я здесь отдыхаю, а не работаю.

Мне бы только отвлечь их и вырваться отсюда. В ближайшем темном уголке нацеплю личину Бринса, его уже не тронут.

— Голая? — хмыкнул наступивший на простыню и будто в шутку толкнул меня ногой, чтобы распласталась по полу. Но я только плотнее сжалась в комок и села на корточки. Случались, конечно, ситуации и похуже, когда меня пытались прикончить, но и здесь приятного мало. И на помощь звать некого. Что я скажу? Простите, заблудилась, когда искала женские бани? Ай, ближайшие в империи? Какая досада!

Но ответить нужно было, поэтому я через силу улыбнулась и попробовала выдернуть простыню.

— А сам пробовал в одежде париться? — от двери потянуло сквозняком, но я не стала вглядываться, кто и зачем сюда вошел. Наверняка на помощь к этим парням, хотя их и без того четверо. — Не очень-то удобно.

— Да мы не против, только за красивых голых женщин. Можешь париться, и нам компанию составить.

Мужчине надоело стоять с вытянутой рукой, он наклонился, схватил меня за запястье и дернул вверх. Простыня осталась лежать на полу, а придавивший ее бугай поймал вторую мою руку и потянул на себя.

В городах магов меня не считали взрослой из-за спящего зверя. Я могла вздыхать по ком угодно, не было ни малейшего шанса, что на меня обратят внимание. Собственная непривлекательность бесила и расстраивала, я мечтала изменить это, но не таким же способом! И точно не с этими уродами. Мужчины крепко держали меня и бесстыже разглядывали, как товар на прилавке. Никому даже в голову не пришло спросить моего мнения или проявить вежливость. Чистые животные инстинкты и полная уверенность в своей правоте.

Хотя если бы спросили — то услышали бы твердый отказ. По шкале привлекательности эти четверо и не набрали бы и трех баллов, два из которых забрал себе ближайший к выходу, который робко пытался угомонить остальных. Один — на всех разом за внешность.

— Я здесь в компании самой себя, — проговорила я и примерилась, куда бы половчее ударить или укусить. Не факт, что получится, ситуация не лучшая. В другом месте я бы их отделала или легко сбежала, но не когда они успели схватить за руки и зажимают голую возле лавки.

— Пришла одна в бани? — не отпуская руку, мужчина подцепил мой подбородок и заставил поднять голову. — Отчаянная мера для такой красотки.

— Скорее уж поверю, что ты просто набиваешь себе цену, — меня нагло шлепнули по заду, но я даже не дернулась. Нужно сконцентрироваться и придумать, как удрать отсюда.

— А ты видел здесь женские бани? Ни одной на целую столицу. Я считаю это несправедливым. Разве женщинам не нужен отдых? У них столько забот по дому, работа, воспитание детей… И куда податься после тяжелого дня? В театр дорого, на ярмарку уже поздно, в трактир как-то не по статусу. А в бани нельзя, они только для мужчин! Где справедливость? Я решила бороться с этим, поэтому пришла сюда.

— И правильно, — на этот раз меня скорее ущипнули, чем хлопнули, но вышло очень болезненно. — Мне идея с женщинами в банях тоже нравится. Даже очень.

— Ну так оплати себе подружку и восторгайся, — за спинами мужчин раздался до боли знакомый голос, которого я испугалась куда сильнее, чем этих ублюдков.

— Шел бы отсюда, умник, — рыкнул ближайший к двери мужчина и замахнулся.

Через секунду он уже баюкал руку с вывернутым из сустава большим пальцем, а Ирвин все также стоял на месте и буравил остальных взглядом.

— Пока вы зажимали девчонок в подворотнях, я проходил строевую подготовку на границе с империей, а мой приятель, следователь, гонял бандитов в страже. Еще с нами гимзорский разбойник, которого даже я побаиваюсь. Советую десять раз подумать, стоит ли ввязываться в драку ради этой сумасшедшей.

Я не стала возмущаться ни насчет сумасшедшей, ни разбойника, просто не верила, что Ирвин за меня вступился. В смысле, настоящую меня, еще и стоящую тут без одежды, как распутная девка. Но аптекарь не пялился, только сжал кулаки и напрягся, как перед настоящей схваткой. Вес тоже потихоньку переносил на здоровую ногу. Хотя, могу поспорить, он и голыми руками наваляет этим мордоворотам.

— Сам решил с ней поразвлечься? — мою руки все же отпустили и даже медленно разошлись по сторонам. Конечно, подраться с крепким мужчиной не то же самое, что зажать в углу хрупкую и легкую девушку. Как минимум, будет шумно, прибегут охранники и другие гости бань, тогда зачинщикам не поздоровится. Эдмон Третий любил высылать в дикие земли куда больше, чем сажать провинившихся в тюрьму.

— Не ваше дело.

Они еще несколько минут поспорили, затем мужчины все же вышли, а я обессиленно села на скамью и закрыла лицо руками. Совсем расслабилась среди людей, думала, что в безопасности. И не учла, что это распространяется только на Бринсента.

— Прикройся, — Ирвин протянул мне простыню и сел рядом, не делая попыток притронуться. — Ты бы хоть подумала немного, куда лезешь. В следующий раз захочешь побороться за свои права — лучше постой на площади с плакатом. Или попробуй устроиться на мужскую работу. Это посложнее, чем бегать голой по баням, зато безопаснее.

Я замоталась во влажную ткань и только сейчас почувствовала, как трясутся руки.

— Ой, да что б ты знал о моей жизни, — не выдержала я. И без того тошно, еще он со своими нравоучениями. Не сторонился бы женщин, я бы не оказалась под личиной Бринсента и соответственно здесь. Моей вины тоже хватает, но и нотации слушать не хочу. — С моей работой не каждый мужик справится. Я бы и этим наваляла, если бы не набросились сразу толпой, пока я искала одну свою вещь на полу.

— И все равно не повод бродить здесь в таком виде. Давай провожу к выходу и попрошу отвезти тебя домой. Сам бы довел до двери, но я