Его шальное счастье - Лана Ежова

Я пожала плечами и задала встречный вопрос:

– Вас волнует, что я думаю?

– В своих предположениях вы ошибаетесь!

Молча я поднялась из-за стола.

Ужин завершен. Да и темное небо озаряют яркие вспышки. Еще немного – и хлынет дождь. Хоть бы успеть добежать до остановки троллейбуса.

– Послушайте, – блондинка неожиданно всхлипнула, – я люблю вашего отца! Мне ничего не надо, только его любовь. Я специально настаиваю, чтобы квартиру он купил до брака. Так никто не скажет, что я меркантильная сука.

Я могла бы поспорить и доказать, что свои «метры» она получит в любом случае, но… Кажется, я перестала верить в людей. Вдруг она не лжет? Мой отец достоин настоящих чувств, и его могла полюбить моя почти ровесница по-настоящему.

Пересилив обиду, я твердо произнесла:

– Не накручивайте себя, Эрика, ничего подобного я не говорила. Берегите себя и малыша!

Отец вовремя вернулся с балкона – я уже собиралась уйти не попрощавшись.

– Даша, не спеши, там моросит дождь.

– Я взяла дождевик, – снова соврала я.

– Давай я тебя отвезу? – предложил отец неуверенно.

Было бы неплохо поговорить с ним с глазу на глаз.

Я уже хотела согласиться, как Эрика охнула.

– Что, милая?..

Блондинка несчастно улыбнулась.

– Твой сын пинается, Костя… И все по печени.

– Мой маленький футболист, – заворковал отец, склоняясь над животом Эрики. – Не шали, не обижай мамочку!

Какая сладкая сцена… до приторности. Если не уйду, меня сейчас стошнит.

– Пока, папа!

Я так бежала, что едва не забыла рюкзак. Вот бы было весело оказаться на улице без денег и телефона!..

Глава 10

Лавочку я не пинала – отвела душу еще в подъезде.

– Подождите! – капризно потребовала пышнотелая дама с персиковым пекинесом в руках.

Я нажала «Стоп», не позволяя дверям лифта закрыться.

Царственно ступая, дама в черном шелковом платье и облаке пряных духов без спешки вошла в кабинку.

И куда она в таком роскошном виде, когда на улице собирается гроза? На вечеринку к соседям ниже?

– Первый, – сообщила дама, будто делая одолжение.

Я молча нажала кнопку, стараясь не задеть четвероногого друга плечом. Собачонка мой маневр оценила, как страх перед ее воинственной персоной, и тихо зарычала.

– Буся, фу, – вяло произнесла дама, меряя меня взглядом с головы до пят.

Может, моя простая одежда оскорбляла ее чувство прекрасного? Или не вязалась со стоимостью местных квартир? А может, у женщины нет настроения? Еще был вариант, что я себя накручивала, видя недоброжелательность там, где ее нет.

Верхняя губа пекинеса бесшумно задергалась, оголяя мелкие зубки. Обычно эта порода отличается благодушием, но Бусе я почему-то не нравилась. И она молча скалилась, явно мечтая впиться в мой зад.

Закончив осмотр, дама брезгливо поджала губы. Словно получив отмашку, собачонка вновь зарычала на меня.

Двери лифта открылись.

Выходя, я обернулась и выдала первое, что пришло в голову:

– Гав!

Пекинес испуганно дернулся. Дама совсем не по-светски выругалась.

Дико расхохотавшись, я вылетела из подъезда. В спину мне прилетела ласковая характеристика – «чокнутая».

Да! Да, я чокнутая! Я не знаю, как быть! Не понимаю, как вести себя с родными людьми! Я ведь люблю и маму, и отца!..

Направившись в сторону троллейбусной остановки, я оглянулась – дама с собачкой подошла к красному авто.

Время от времени я подставляла лицо холодному мелкому дождику и думала, думала, думала…

Подскажи мне, небо, на чью сторону встать?..

Сердце болит из-за того, что отец предал женщину, которой он клялся в любви. Разум допускает, что каждый заслуживает счастья, и если для этого нужно кардинально изменить жизнь, отказавшись от старых отношений, то так тому и быть.

Вот только некрасиво вышло. Отец ушел внезапно, не готовя к подобному мать. Изменяя длительное время, порвал все ниточки резко и безжалостно.

Холодная вода, обрызгав, привела в чувство.

– Эй!..

Окатив водой из лужи, мимо пронесся красный автомобиль. Через заднее стекло, чудом забравшись на подголовник сидения, смотрел персиковый пекинес и радостно скалился.

Я рассмеялась – и почувствовала себя лучше.

Возможно, не все так плохо? Мама – эмоциональная женщина, любит преувеличивать свои страдания. Да, ей придется выйти из зоны комфорта и заботиться о себе самой. Но если и у нее чувств к отцу больше нет, это будет полезно. В поисках работы познакомится с новыми людьми и, даст Бог, полюбит другого мужчину…

Чуть приободрившись, взглянула на смартфон. Ой, я ведь опаздываю!..

Раз я все равно мокрая, пробегусь-ка! Не хочется тратить деньги на такси, я и так внепланово спустила неплохую сумму на трюфельный торт от фабрики «Ларион».

Чудом не поскользнувшись на грязи, я успела на последний троллейбус. Жаль, радовалась рано.

Глядя в мокрое окно на размытые разноцветные огни города, не сразу поняла, что мы остановились.

– «Рога» отпали, – тоном эксперта сообщила рядом сидящая женщина. – Именно с таким звуком они обычно и слетают.

Я ничего не слышала, спорить не стала.

Женщина ошиблась, все оказалось серьезнее. Ветер отломал ветку со старого дерева, и она оборвала провода.

– Уважаемые пассажиры! Троллейбус дальше не едет по техническим причинам, – сообщил уставший водитель.

Что ж, придется вызывать такси.

К такому решению пришла не только я – куда ни звонила, машину пришлось бы ждать долго. И я отправилась домой пешком, благоразумно сойдя на тротуар, тянущийся вдоль парковой зоны.

Глуховатые места, особенно страшно поздним вечером в непогоду.

Природа словно сошла с ума. Дождь все так же противно моросил, грозя в любой момент перерасти в ливень. Зато ветер усиливался, голодным зверем рвал на мне тунику, выдергивал мелкие прядки из прически.

Приду домой и сразу приму очень горячую ванну, иначе заболею…

Поначалу одним глазом я косила на поток проезжающих машин, вторым – на темный парк. Затем настолько устала и замерзла, что утратила бдительность.

Вот тогда все и случилось.

– Дарья!

Оглянувшись, увидела притормозивший черный внедорожник и открывающуюся дверь.

Не дожидаясь, пока из джипа выйдут, я перемахнула через ограждение и побежала в парк.

– Дарья, стой!

Ветер дул в лицо, тормозя движения, волосы облепили лицо, закрывая обзор.

Только бы не упасть…

Крепкие руки обхватили за талию и приподняли над землей.

– Даша, тихо! – Мужчина крепко прижал меня к себе.

Я узнала голос и перестала брыкаться, а затем и вовсе обмякла – силы резко закончились.

Это Ларионов, не маньяк.

– Даша… – Он поставил меня на землю и развернул к себе лицом. – Прости, что испугал.

– Я… – Я не знала,