В итоге - Полина Щукина

— И это, по-твоему, всего лишь? — возмутилась я.

— У кого украсть? — спокойно спрашивает Сын Хва, закидывая в рот какие-то закуски. Кажется, для него это вполне обычное дело.

— Вот это я понимаю — подход! Мин Джи, учись у него. — Кан Сон одобрительно поднял большой палец вверх, а затем повернулся ко мне, тяжело вздохнув. — Я хотел, чтобы вы сами решили, где будете проходить это испытание, но раз трусишка Мин уже проштрафилась за свой вопрос, то красть будете из её дома. План такой: забираетесь в дом, забираете бумажки и приносите их нам. После того, как мы удостоверимся, что это не просто записульки, подкидываем их обратно владельцу и засчитываем подвиг. Вуаля! Будто бы ничего и не было, все счастливы и невредимы.

— Тогда какой смысл красть? — насторожился Сын Хва.

— Интереса ради. Просто проверим вас и всё. Чего затряслись? Я отправлю с вами парочку людей для подстраховки, успокойтесь. Или слабо?

— Эй, что за разговорчики? Не надо меня тут на слабо брать, о’кей? Всё будет сделано.

— Мин Джи, не слышу твоего ответа, — покосился на меня Кан Сон.

— Всё будет сделано, — тихо отвечаюя.

— Вот и чудненько.

Похолодало, и я прячу нос в ворот куртки. Поздно, пробки. Такси задерживается. Рядом со мной останавливается человек.

— Со средней школы не общались, Мин Джи. Ты изменилась, — сказал Сын Хва, засовывая руки в карманы.

— Давно это было. А ты вообще не изменился.

— Я думал, когда в одну старшую пойдём, будем общаться прежней группкой. Почему не вернулись в компанию?

— Ты первый задрал нос. Да и родители сказали, что если мы хотим чего-то добиться, то должны начать с одного уровня, как и все люди. Они против общения с такими, как ты и твоя компания.

— Какими — такими?

— Мажорами. И я с ними солидарна.

— Хах, да ладно тебе. Сейчас ты в одной лодке с мажором, потерпи уж. Ну, как будем выполнять задание?

— Меня-то чего спрашиваешь, я тоже не знаю.

— А кто должен знать, дом же твой. Где у твоего отца все документы?

— В кабинете. Отец работает в кабинете с пяти до десяти вечера безвылазно. А нам лучше сделать всё быстро, бесшумно и в темноте.

— Кабинет запирается на ключ?

— Да. Но через дом мы бы в него и не попали — вход только через родительскую спальню.

— Какие ещё варианты?

— Кабинет на первом этаже, так что можно влезть через окна. Они как раз выходят в сад.

Обсудив всё с остальными, действовать условились в десять двадцать. Весь вечер следующего дня я сидела дома, чтобы не вызывать никаких подозрений.

Когда папа приехал с работы и засел в кабинете, я зашла к нему.

— Пап, привет.

— Привет, Мин Джи. Что-то срочное? — отец оторвался от компьютера и устало посмотрел на меня.

— Нет, просто зашла. Что-то у тебя душно…

— Разве? Я ничего не чувствую. Может, из-за усталости.

— Сегодня было много дел?

Подхожу к окну и открываю его. С улицы подул холодный осенний воздух, и со стола улетело несколько бумаг.

— Да, как всегда. Забегался с этими инвесторами. — Отец поёжился. — Дочка, не нужно, лучше закрой.

— Хорошо. — Я захлопнула окно, не поворачивая ручки. Если лезть снаружи, то попасть в комнату не составит труда.

Поднимаю с пола улетевшие бумаги с надписью «Договор».

— Пап, что это? Что-то важное?

— Все в этом кабинете важно, даже заметки на стикерах. Дай сюда. — Он взял документы у меня из рук и аккуратно положил их в прозрачный файл на столе. — Если у тебя всё, то иди, пожалуйста. Ты меня отвлекаешь, займись делом.

На часах 22:15, а папа все ещё не вышел из кабинета. На телефон пришло сообщение.

ХХХ: «Мы уже в саду. Почему ещё горит свет, твой отец всё ещё там?! Подай сигнал, когда всё будет чисто».

M.G: «Поняла. Сделайте всё тихо».

Постучав, захожу к отцу. Он опустил голову на стол и тихо сопит. Опять уснул за работой. Видимо, сегодня был особенно тяжкий день. Трогаю его за локоть, и папа подскакивает.

— А, что?.. Я опять уснул?

— Да, пап.

— Сколько времени?.. — Он сонно потёр глаза.

— Почти пол-одиннадцатого.

— Ещё не критично поздно, поработаю немного.

— Нет, пап. Гувернантка уже приготовила ромашковый чай. Пойдём попьём— и спать.

— Ладно, как скажешь. Завтра всё равно выходной.

На выходе из комнаты четыре раза щёлкаю выключателем.

— Не попала с первого раза на кнопку, — объясняю я, запирая дверь.

— Давай сюда. — Папа взял у меня ключ и положил его в карман. Мы шли по коридору, когда мне снова пришло СМС.

ХХХ: «Мы внутри. Что брать?»

M.G: «Что угодно», — отвечаю я и кладу телефон в карман.

Лишь бы эти придурки догадались взять что-нибудь из стеллажей. Будет плохо, если возьмут что- то лежащее на виду: отец всегда помнит, в каком положении он оставляет вещи, когда уходит.

Папа остановился, прислушиваясь поднял указательный палец вверх и, повернувшись, зашагал обратно.

— Ты куда?!

— Телефон забыл, сейчас вернусь.

— Он тебе сейчас так нужен?

— Да.

— Пап, мы идём пить чай, зачем телефон. К тому же уже поздно, точно никто не позвонит! Я побежала за ним и в спальне остановила, схватив за локоть.

— У меня на телефоне фотографии строительства нового здания, я обещал показать их маме. Из кабинета донёсся грохот. Кажется, эти идиоты в спешке уронили монитор со стола. Отец повернул голову в сторону кабинета и притих, прислушиваясь.

— Ты слышала? — шёпотом спросил он и направился к двери, судорожно рыская по карманам в поисках ключа.

— Тебе показалось. Я ничего не слышала. Чай уже остыл, пошли! Я достаю телефон, чтобы написать Сын Хва.

— Нет, не пошли! — громко зашептал он. — Вызывай охрану!

Отец видит мои потупившиеся глаза и выхватывает из рук телефон, набирая код охраны. Из мобильного доносится сигнал, извещающий о скором прибытии охранников. Всё! Это конец! У парней есть минута, чтобы убраться оттуда! Не успеваю и пискнуть, отец распахивает дверь в кабинет, попутно включая свет. На нас уставились шесть пар удивлённых глаз. По полу были разбросаны несколько папок, рядом валялся монитор. Двое парней «для подстраховки» сразу выскользнули в окно, а Сын Хва стоял,