Очень хорошая ассистентка очень плохого босса - Сусанна Ткаченко

Тина с Мехом перешли на текилу и увлечённо смазывают руки лаймом. Вета с томной улыбкой потягивает шампанское, а красавчик-брюнет с кошачьими повадками что-то ей мурлычет. Между ещё двух друзей Варвина сидит рыжая девица, и они заразительно хохочут. На нас никто не обращает внимания. Вот это меня очень радует. Хотя, конечно, перед подругами опять придётся объясняться. Мой рассказ в ресторане о наших с боссом отношениях выглядел куда лайтовее, чем они сейчас могут наблюдать собственными глазами. Варвин-то обнимает меня за талию по-хозяйски. Да и руку запускает в волосы, когда мы усаживаемся на диван так, будто каждый день это делает в постели.

Глава 29

От всего этого можно было загрузиться и уйти в глубокую тоску, но общее настроение очень заразительно, и я сама не замечаю, как начинаю воспринимать происходящий сюр как должное.

— Так, ну раз все в сборе, предлагаю поддержать нас с Тиной, — говорит Мех и стучит вилкой по бутылке, — потом обжиматься будете.

Мне кажется, он таким образом от Вали пытается дистанцироваться. Неужели на Аську мою запал и теперь показывает мне, что хранит ей верность? Бедный мужик! Не знает, на что моя сестра ради квартиры готова.

— Не, просто так пить неинтересно, — возражает мачеподобный брюнет, — давай с игрой. Предлагаю в «Правда или текила».

Идею народ одобряет, и, как по волшебству, на столе появляются наполненные рюмки. Вопросы начинаются с вполне невинных. Все легко выбирают правду, ведь нет никакой проблемы рассказать о своём любимом блюде, фильме, книге или городе. Таким образом мы постепенно знакомимся и узнаем друг друга лучше. А вот на втором круге вопросы становятся более откровенными, и брюнетка по имени Лика, та, что любит жаться к мужским бокам, сознается, что у неё сделанные умелым доктором грудь и ягодицы. А рыжая Хель показывает татуировку на животе. А вот Вета отказывается рассказывать, во сколько лет потеряла невинность, и выпивает текилу, как и мачо — его зовут, кстати, Арсений, отказывается сознаваться, участвовал ли хоть раз в оргии. Зато босс не скрывает, что стал мужчиной в семнадцать с горничной в доме родителей. Ему выпадает очередь задавать мне вопрос, и он вгоняет меня в краску.

— А расскажи, Лада, как часто ты смотришь порно? — спрашивает так подозрительно, будто не меньше, чем пять раз за рабочую неделю застал меня за этим гиблым делом.

Сказать, что никогда не смотрела — не поверят! Сказать, что редко — попросят конкретики. Рассказать правду, что видела один раз ещё в школе с подружками, а теперь мне не до этого, подумают, что я ханжа.

В общем, выпиваю. Ну и понеслось! На третьем и последующих кругах вопросы стали такими, что пили все!

— Девочки, а пойдёмте танцевать! — пьяненько выкрикивает Хель после, сбилась я со счета какого круга, и мы её горячо поддерживаем.

Спускаемся на танцпол — Варвин меня одну не отпускает, пристраивается сзади и принуждает к парным танцам. Алкоголь и его близость — взрывная смесь. Голова моя меня на этом покидает. Кажется, мы целуемся, но это не точно. Окончание вечера из моей памяти напрочь стирается.

Прихожу в себя я только утром. От того, что мне снится, как я ползу по пустыне к оазису, а он все отдаляется и отдаляется. Солнце напекло мне голову, и она трещит. Язык прилип к небу. Дышать нечем от жары. Знойный ветер дует прямо в ухо. Мне хочется в прохладу и пить.

Я распахиваю глаза и понимаю, что все ещё хуже, чем во сне.

Я, конечно, не в пустыне, но точно не дома, а жара и ветер — это потому что кто-то очень жаркий прижимается ко мне сзади и дышит в висок. Кто это, у меня даже не возникает вопроса — Варвин, само собой. Кому ещё быть? Наверняка его друзья тоже живут в шикарных апартаментах с панорамными окнами и спят на огромных кроватях, но вон в той брендовой рубашке, которая сейчас валяется на полу, и светлых брюках, висящих на торшере, был вчера только мой босс. А рядом с его вчерашней одеждой приютились и мои юбка с топом. А рука Гордея Матвеевича лежит на моей голой груди! Мамочки! Прикусываю губу, чтобы сдержать стон отчаяния.

Бюстгальтер-то я под топ не надевала. А вот красивые кружевные танго на мне вчера были!

От ужаса у меня даже голова перестаёт болеть. Я пытаюсь понять, сохранилась ли на мне самая важная деталь гардероба. Очень хочу проверить, но боюсь пошевелиться. Если разбужу Варвина, то сразу, просто мгновенно, сгорю от стыда.

Лежу, не дышу — босс спит. Пить хочется страшно, да и вообще бездействие меня не спасёт. Разве будет лучше, если он выспится, откроет глаза и обнаружит в кровати обезвоженный, обгорелый от стыда обнажённый труп своей ассистентки? Да и в туалет очень хочется.

Торжественно обещаю высшим силам, ангелу хранителю и вообще всем, кого припоминаю, что больше никогда в жизни не буду пить, и ме-е-едленно тянусь рукой к трусам. Пальцы нащупывают кружево, и я выдыхаю. Господи, спасибо! Есть надежда, что мы просто спали!

Это придаёт мне смелости, и я аккуратно снимаю со своей груди руку Варвина. А потом лёгкими движениями заправского ниндзя скольжу к краю кровати. Сажусь, боясь вызвать малейшие колебания матраса и воздуха, встаю на цыпочки, делаю шажок, наклоняюсь за юбкой с топом и…

— Прекрасный вид, дорогая! Ты за водой? — раздаётся хриплый со сна голос босса. — Принеси мне тоже. В холодильнике есть минералка.

А-а-а! Паника! Хватаю вещи и пулей вылетаю из комнаты.

Глава 30

Туалет нахожу однозначно благодаря высшим силам, везению или внутреннему компасу, который настроен на спасение хозяйки. Иначе как бы я не заблудилась в хоромах босса и безошибочно определила нужное помещение? Влетаю внутрь и закрываю дверь на щеколду, поднимаю глаза… и натыкаюсь на подлую подставу —ростовое зеркало. Из него на меня смотрит нечто лохматое с глазами панды