Дневник офисного муравья - Ирина Быстрова

У Тима всегда есть под рукой нужная цитата. Не знаю, где он их складирует, но факт остается фактом.

– Чрезмерное мытье рук, чрезмерная озабоченность качеством питьевой воды, – читал он, – пищи, чистотой посуды и спальных принадлежностей, боязнь заразиться чем-нибудь от посетителей или слуг; рассеянный и отсутствующий взгляд. Чувство беспомощности и желание во всем полагаться на мнение людей своей национальности, давно живущих в этой стране. Вспышки ярости и гнева из-за небольших задержек чего-либо и незначительных неприятностей. Откладывание или полный отказ изучать язык страны пребывания. Чрезмерные страхи быть обманутым. Бла-бла-бла. Ага, а в заключение ужасная тоска по дому. Вот, – завершил он.

– Ну, не знаю, – засомневалась я. – Насчет боязни быть обманутым-это как раз наш случай, но остальное…

– Просто ты еще не видела его во всей красе, – сказал Тим.

– Не видела, – согласилась я. – Но ты знаешь, куча народа из наших с тобой соотечественников демонстрируют все то же самое. Типа озабоченности качеством воды и боязни заразиться.

– Идиотов-то везде полно, – философски заметил Тим. – Но я тебе это зачитал к тому, чтобы ты не принимала весь его бред, если таковой будет, на свой счет. Не забывай, что все здесь ему чужое и он реагирует на это неадекватно.

Может, он и прав.

17 августа, понедельник. Сегодня было тихо. Потому что шеф почти целый день отсутствовал.

У меня лично очень большой вопрос в глазах: что мне делать-то? От него никаких заданий не поступает, а других занятий для меня вроде и не предусмотрено. То есть я здесь для того, чтобы быть его правой рукой. А он, похоже, конкретный левша и эту правую руку совсем не использует.

– Ну и хорошо, – сказала мне Юлька, когда я в обед пожалилась ей об этом по телефону. – Деньги платят? Сиди и радуйся.

Другой бы и радовался. Но не я. Мне-то нужна активность. О'кей, о'кей, еще не вечер, еще и двух недель не прошло, как я тут. Надо взять себя в руки и продолжать осматриваться. Даю себе месяц на полную адаптацию, а потом надо будет куда-то двигаться.

Иначе можно будет сдуреть.

Сюр какой-то, ей-богу.

19 августа, среда. Шеф вызвал меня к себе в десять двадцать. Сидел мрачный. Такой даже как будто обиженный.

– У меня не работает бойлер, – сообщил он мне, не успела я переступить порог.

Это он о чем?

– У меня не работает бойлер, – повторил шеф и надулся еще сильнее.

– Дома? – на всякий случай уточнила я.

– Да, – подтвердил он. И уставился на меня, явно ожидая какого-то решения проблемы.

Но ведь мы договаривались… Да, только помощник по финансам. Никак не по бойлерам и прочей бытовой ерунде. Вообще-то там Мила имеется в приемной. Я так и сказала. Ну, разумеется, в вежливой форме.

– Она не понимает, – поморщился шеф.

– По-английски? – спросила я.

Хотя уже несколько раз слышала, как Мила трещит по-английски. Просто без запинки.

– Нет, – сказал шеф, – она просто не понимает… – и сделал неопределенный жест.

Зато я, похоже, начинаю понимать.

В переводе с шефовского это значит-не проникается его великими проблемами. И делать это сейчас предлагается мне. Проблема в том, что я тоже вряд ли смогу проникнуться. По разным причинам. В частности, потому, что у меня такой характер. Всякие сюси-пуси, причитания и сострадания мне даются с трудом. Впрочем, на этот раз мне действительно стало жалко человека-на улице уже не жара, а у него нет горячей воды. И я отправилась к Миле.

– Бойлер, – сказала она, увидев мое лицо.

– Да, откуда знаешь? – удивилась я.

– Бойлер, – ответила она, – это у нас любимая тема.

– То есть всегда барахлит? – спросила я.

– Кто сказал, что барахлит? – усмехнулась она.

– Он. – Я мотнула головой в сторону кабинета Бена.

– Он не может у него барахлить, – заявила Мила, – потому что он у него не подключен, потому что у него есть горячая вода. На кой ему бойлер? – ответила Мила.

– Как? – остолбенела я. – То есть он не сидит без горячей воды?

– Не сидит, – подтвердила Мила.

– А чего он тогда?.. Я не сумела закончить фразу. Потому что на язык просились только матерные слова.

– Знаешь, – сказала Мила, – есть такой универсальный ответ: потому что. Так вот, это как раз тот самый случай.

Я задумалась. И как теперь ему это все сформулировать? Мила смотрела на меня с сочувствием.

– Он ко мне уже не пристает с этим дурацким вопросом, – сказала она. – Потому что я ему все уже сто раз разжевала, в рот положила и даже челюсти придержала, чтобы не вывалилось, но-бесполезно. Может, у тебя получится.

– А что ты ему говорила? – поинтересовалась я.

– Что бойлер включают только тогда, когда нет горячей воды. Надо перекрыть кран горячей воды. Но из бойлера вода не такая горячая, как из системы.

Я вздохнула и отправилась к шефу. Он по-прежнему дулся.

– Пожалуйста, – безмятежно сказала я. – Можно включить в любой момент.

– Правда? – удивился он. – А они все мне говорят, что только когда воды нет.

Он заметно оживился.

– Так что, – спросила я, – попросить включить?

Он задумался.

– А зачем? – спустя пару секунд проговорил он. – Вода-то есть.

Я молча смотрела на него. Ужасно хотелось смеяться, но я держала лицо.

– Ладно, – наконец решил он, – пока не надо. Но как только…

– Как только вы сочтете необходимым, – церемонно сказала я, – так сразу…

– Договорились. – И милостивым движением руки отпустил меня.

Спасибо, понятное дело, не сказал.

– Ну что? – спросила Мила, когда я выпала из кабинета.

– Бойлеру-отбой.

– Как тебе это удалось? – Мила смотрела на меня с нескрываемым восхищением.

Как? Да просто с ним не надо спорить. Хочет? Пусть получит.

Надо обмозговать ситуацию. Наверное, и к финансовым делам это тоже может иметь отношение.

21 августа, пятница. Вчера, совсем одурев от безделья, пошла в управленческий учет и попросила отчеты за два последних года. Собрала кучу косых взглядом. Наверное, думают, Бен поручил мне всех проверить. А он мне как раз ничего не поручал. Хотя я прямо попросила его об этом. Посоветовал изучать обстановку, хотя уверил, что так будет не всегда. Я так понимаю, он намекал на то, что когда-нибудь я буду завалена работой выше крыши.

Ладно. Изучать так изучать. Разложила отчеты, но почему-то не изучалось. Я сидела и размышляла о том, что пора бы мне уже с кем-нибудь здесь подружиться. Прошло две недели, а я еще ни в одном глазу. На обед хожу с Милой, а в остальное время сижу в своем стеклянном кубе и скучаю. По логике вещей мне бы с Милой и надо дружить, но, по-моему, она-не мой типаж. В смысле у нас с ней расходятся интересы. Она слишком молодая.