Чужая женщина - Елена Архипова

– А я и не знала, Антоша, что ты не продал свою старую квартиру, – сказала вслух Ирина своему отражению в зеркале.

На новую квартиру, ту самую, в которой на него покушались, Антон переехал всего год назад. Адрес старой квартиры Антона она помнила смутно, всё потому, что Ирина была в этой квартире всего раза два, может, три. Обычно Антон у них с Русланом бывал. Нет, сам дом она помнила, но не была уверена в номере квартиры. Но, приехав по адресу, успокоилась, вспомнила. Да точно! Вот эти окна на первом этаже. Так, свет горит, значит, не спят. Нажала на кнопки домофона, услышала трель, а потом настороженный женский голос:

– Кто там?

– Марина, это Ирина Тимеева, я от Антона.

Сигнал известил, что дверь ей открыли.

Марина открыла Ирине дверь, впустила в квартиру, закрыла дверь, и только когда девушка вышла из-за её спины, Ирина увидела перед собой очень молоденькую девушку с настороженным взглядом.

– Он жив? – спросила и замерла, вглядываясь в лицо.

– Да, пришел в себя, – Ирина улыбнулась, – раз пришел в себя, значит, выкарабкается!

Девушка выдохнула облегченно и вдруг спросила:

– Хотите чаю?

– Очень!

– А можно на кухне?

– Да, какая разнице где, если компания хорошая.

Девушка поставила чайник, достала какое-то печенье, заглянула в холодильник, достала сыр, колбасу, быстро и умело порезала. А Ирина наблюдала за ней и видела, что девушка волнуется.

Марине на вид было чуть больше 20-ти. Худенькая, как тростиночка, роста чуть выше среднего, веснушки во все лицо и копна рыжих, почти каштановых волос. Волосы вились, видно было, что они у Марины непослушные и густые. "Зачем же она их подстригает? Какая красивая коса могла бы быть" – мелькнула мысль у Ирины.

А девушка, после того, как налила им в чашки ароматный травяной чай, вдруг смутилась:

– Я не спросила, какой Вы чай пьете.

– Это же у тебя травяной? – задала вопрос Ирина. Девушка кивнула, – ну, и замечательно! Сто лет не пила травяной чай, а всё кофе, да кофе.

– Да, Антону тоже этот чай нравится, – девушка выпалила, а потом вдруг смутилась и густо покраснела, – как он?

– Антон в реанимации. К нему пока никого не пускают. Я вот, неожиданно, по знакомству, смогла прорваться. У его палаты сидит полицейский, так что его охраняют.

– Да? – Марина вскинула на неё глаза и Ирина увидела, что они у девушки голубые.

"Что ж такое? Что не новый знакомый, так с голубыми или синими глазами"– подумала вдруг, вспомнив Александра и его синие глаза.

– Марин, можно я спрошу? Давно вы с Антоном вместе?

– Что? – девушка опять покраснела, – мы не вмес… А Вы подумали, что мы с Антоном…, – Марина неловко замолчала, отхлебнула чаю и вдруг затараторила:

– Ирина, он у Вас очень хороший. Очень! И Вы не думайте, мы с ним не любовники, – девушка стушевалась и замолчала.

– Марин, я знаю, что Антон очень хороший, – Марина при этих словах как-то порывисто вздохнула, – но он мой друг и только! Очень близкий друг. Неужели он не рассказывал?

– Правда? – Марина вдруг улыбнулась, – рассказывал. Он много о Вас рассказывал. Но я думала, может говорить не хочет, что Вы с ним…

– Что мы с ним что? Любовники?

Марина испугано на неё посмотрела и отвела глаза, а Ирина вдруг рассмеялась:

– Ох, Мариша, знала бы ты, сколько раз нам на это намекали и прямым текстом спрашивали! Так что не тушуйся! Не ты первая, как говорится, не ты последняя. Но поверь мне, мы с Антоном только друзья. Он, же, наверное, рассказывал обо мне и о моём муже?

– Да, рассказывал, и не только о Вас и о Вашем муже. Об их службе в армии тоже рассказывал, – Марина опять улыбнулась, – смешно так рассказывал.

– Смешно – это он умеет, – усмехнулась Ирина, – ну, раз уж Антон тебе смешно рассказывал не смешное, значит, отвлекал тебя. Так, да?

Марина кивнула и сказала:

– Он это рассказывал, когда я в больнице лежала после того, как… Антон ко мне приходил и вот отвлекал меня…

– Марин, а когда он к тебе в больницу приходил? Или Вы с Антоном там познакомились?

– Нет, не там, – Марина кинула быстрый взгляд на Ирину, и, увидев немой вопрос в её глазах, продолжила:

– Я в медицинском училище учусь, училась, – поправилась девушка, – на медсестру. У меня из родных только бабушка. Сами, наверное, знаете, какие у нас пенсии и стипендии. Вот я и подрабатывала тем, что подъезды мыла. Обычно, я рано утром их мыла. Я ведь из деревни сама, рано просыпаться – это у меня в привычке. Вот я и мыла их перед учебой. А в тот день вечером решила помыть… Хотела на выходные к бабушке съездить. Антон в тот подъезд к женщине одной приезжал, ну они с ней…, – Марина замялась, подыскивая нужное слово, – любовники, в общем, они с ней. Я видела его иногда, когда он рано утром уходил от неё. Он всегда очень тихо выходил, чтобы соседи не слышали. Там дом всё сплошь богатые, да знаменитые. Женщина та тоже богатая и красивая очень…

Марина вздохнула и замолчала, Ирина не торопила. Марина, увидев, что Ирина выпила чай, включила опять чайник, подвинула к ней блюдце с сыром со словами:

– Что ж Вы не кушаете ничего?

Ирина, не желая обидеть девушку, сделала себе бутерброд, Марина, увидев это, улыбнулась, подлила Ирине чаю и продолжила:

– Я уже закончила с уборкой в подъездах и шла к остановке автобуса, когда из-за угла дома выехала машина, а в ней они… Их трое было, все пьяные или под наркотой… Один из них жил в этом доме, я видела эту машину раньше у подъезда, огромная черная… они меня запихнули в машину на заднее сиденье, косу мою на руку намотали и… Держали они меня, в общем, так. Я отбивалась, конечно, но их трое было, а я одна. Кричала, только они музыку громче сделали. Били, чтобы не кричала. Потом, когда они, все трое сделали, что хотели, меня в багажник стали запихивать, а Антон увидел и остановил. Он как раз к женщине той приехал. Отметелил их сильно. У двух сотрясение мозга, у одного перелом руки и ноги. Только я этого не помню ничего, я сознание уже тогда потеряла. Очнулась в больнице. Всё болит, не помню ничего. Помню только, как меня в машину затащили. Это потом уже стала вспоминать…, – Марина судорожно вздохнула, отпила остывший чай из чашки и продолжила: