Море внутри - Дарья Лаврова

– Слушай, а зря ты тогда отказалась от предложения Кравцовой. Могла хотя бы попробовать. Все же лучше, чем сидеть в архиве. Не понравилось бы – отказалась. А понравилось – была бы сейчас училкой!

А ведь Оля права, думала Яна. Ей стоило попробовать, прежде чем отказываться. Яна никогда не задумывалась о том, чтобы учить чему-то других. Она просто не могла себя представить в этой роли.

На следующий день Яна взялась за роман. Нужно было довести начатое до конца. Все, что ей говорила Женя, все предложения и замечания ее подруг, прочитавших роман, даже мнение Трушина, Яна записала в отдельный блокнот, чтобы в нужный момент достать и все вспомнить.

Сделать роман современным и актуальным. Это было главное. Добавить информационный фон и убрать лишнее, в том числе бестолковых героев, которые никак не влияли на развитие сюжета.

Ноутбук оказался удобнее, чем стационарный компьютер, да и работал значительно быстрее. На нем уже были установлены все необходимые программы, но в остальном он был пустым. Трушин позаботился о том, чтобы удалить с него все личные файлы и фотографии.

Исправляя старое и добавляя новое, Яна чувствовала себя влюбленной. Она улыбалась без причины, шептала предложения, смеялась и хлопала в ладоши, перечитывая написанное. И главное – бабочки в животе, мурашки по коже. Первый раз Яна испытала это, когда познакомилась с Сережей. Потом бабочки незаметно улетели, а мурашки растворились. Яна не ожидала, что переписывание книги так сильно вдохновит ее.

Она переносилась в прошлое. Закрываешь глаза, и тебе снова девять лет. А потом десять. Двенадцать, тринадцать, пятнадцать… Друзья, тусовки, первая любовь и все еще впереди. И не хочется открывать глаза и возвращаться в бесцветную реальность.

Яна готова была заниматься этим целыми днями, изредка прерываясь, чтобы налить себе чаю и сделать бутерброды.

Поработав с ноутбуком две недели, она привыкла и уже не воспринимала его как «старый ноутбук Трушина». Теперь это был только ее ноут, и ничей больше.

Перед сном Яна зашла ВКонтакте. Одна заявка на добавление в друзья. У нее перехватило дыхание и, казалось, от волнения задрожали руки. Неужели Сережа? Она так много думала о нем эти дни, что не удивилась бы, если бы он объявился именно сейчас. Она ждала этого каждый день, хоть и не сильно в это верила. Яна открыла заявки и прочитала:

«Артем Григорьев хочет добавить вас в друзья. Добавить. Отклонить».

Яна удивилась, но Артема добавила. На следующий день он написал и спросил, как дела. После недолгой переписки Яна решилась спросить про Трушина. Вернулся ли он из Крыма и как у него дела.

Артем сдержанно ответил, что у Сергея все в порядке. Казалось, он не хотел рассказывать об этом Яне. Но тогда зачем он написал ей? Неужели он не предполагал, что она будет спрашивать о нем? Тогда Яна спросила его прямо – встречается ли с кем-нибудь ее бывший парень.

Он так же коротко ответил, что у Сергея есть девушка. Артему было интереснее поговорить о самой Яне, чем о личной жизни своего приятеля. Каждый раз, когда Яна пыталась спросить о бывшем, Артем старался перевести тему на нее. Спрашивал первое, что приходило в голову, – об учебе, работе, занятиях в свободное время.

Артем писал, что любит свою работу и с детства хотел быть программистом.

Яна писала, что работает в архиве, а в детстве хотела стать писателем, но как-то не получилось. Она понимала, почему программист, бухгалтер, продажник, финансист, учитель, врач и другие – могут любить свою работу. Приносить другим пользу и видеть результат – это понятно. Но она не понимала, за что можно любить архив. Яна чувствовала себя маленьким винтиком, незаметной пешкой в огромном финансовом механизме. Бесполезной, лишней и ненужной. Если она уйдет, ничего не изменится, и ей сразу найдут замену. Работа Яну не радовала, но и не огорчала. Ее устраивало, что она не занимает все ее свободное время и что иногда у нее есть возможность заниматься тем, что ей нравится.

Яне звонили с незнакомого номера. Она ответила.

– Это Артем, – представился он. – Привет. Извини, что поздно звоню. Я увидел номер у тебя на странице и решил, что так будет быстрее. Ты не против?

– Не против, – улыбнулась Яна. – Это так неожиданно, но я очень рада тебя слышать.

– Так на чем мы остановились? Ты написала, что после работы можешь заниматься тем, что тебе нравится. Продолжай.

– Мне нравится писать, – сказала Яна. – Наверное, я графоман.

Артем рассмеялся:

– Почему ты так думаешь?

– Сережа читал, ему не понравилось.

– Ему ничего не нравится, – снова рассмеялся Артем. – Так что его мнение не в счет. Что ты сейчас пишешь?

– Я пишу книгу о девочке-подростке и первой любви.

– Это твоя личная история?

– Не совсем, наполовину где-то.

– Это хорошо. А что потом будешь делать? В смысле, когда допишешь.

– Еще не знаю. А что можно сделать?

– Можно отправить книгу в несколько издательств, чтобы ее прочитали, а потом напечатали, если понравится.

– У меня нет столько денег. Сережа сказал, что это будет очень дорого.

– Трушин болтун, – вздохнул он. – Чтобы издать книгу, деньги не нужны. Тебе самой еще заплатят. Поищи в Интернете сайты издательств, там должны быть указаны адреса электронной почты. Как допишешь, посылай.

– Откуда ты все знаешь?

– Я всезнайка, – отшутился Артем. – У меня бывшая однокурсница, когда училась, пару книжек издала. Так что все получится. Хотя ты совсем не похожа на писателя… Часто это замкнутые и необщительные чудаки, не от мира сего. Странные, творческие люди. И у всех своя боль. Личная драма. А ты другая. Ты открытая и легкая.

– Может быть, у меня тоже есть своя драма, – улыбнулась Яна. – Но я научилась быть такой. Чтобы не пугать окружающих. Видишь ли, быть простой и легкой намного сложнее, чем замкнуться и страдать.

– Знаешь, мне очень интересно с тобой. Можно я буду иногда тебе звонить?

– Конечно. Звони.

После разговора с Артемом Яна села перечитывать роман о себе и Трушине. Там были все мельчайшие подробности развития их отношений – от самого начала, когда он облил ее пивом, и до того, как они впервые расстались. В те дни Яна прибегала с учебы и записывала все важные моменты в дневник. Что он сказал, что она ему ответила, что подумала, что сделала. Позже она соединила эти многочисленные отрывки в один большой роман, ей даже не пришлось много дописывать и исправлять, все и так уже было готово.

Ей не верилось, что все это написала она. Яна не узнала свой текст, будто его сочинил и записал кто-то другой. Их история еще недавно казалась ей такой интересной и захватывающей! На бумаге выглядела обычной, скучной и ничем не примечательной. Таких историй миллионы.