Секретное оружие блондинок - Ким Лоренс

— Как много мужчин было между мной и Рупертом?

Это уже слишком!

— Сотни! — выкрикнула Люси. — Ваш интерес возбуждают дела только такого рода или еще что-нибудь? — едко спросила она. — Я не верю вам. Энни слишком деликатна, чтобы обсуждать чью бы то ни было сексуальную жизнь, когда она...

— Она?..

Люси встряхнула головой, ужаснувшись тому, что чуть не разоткровенничалась.

Морщинка между его темных бровей стала глубже.

— Мой бог! — Почти комическое выражение потрясения появилось на его лице. — Не хотите ли вы сказать, что она девственница?

— Ну, закон этого не запрещает, не правда ли? — воинственно буркнула Люси.

Энни — с ее единственным возлюбленным, и она — с двумя. Интересно, не связано ли это с генами? Может показаться, что женщины семейства Фостер холодны, думала Люси, хотя, когда она смотрела на Финна, таковой себя не ощущала.

Он хмыкнул.

— Просто это немного необычно, — мягко заметил Финн.

— Это встречается гораздо чаще, чем вы думаете. Во всяком случае, она больше не чудачка — ваш драгоценный брат об этом позаботился.

— Вы думаете, он знал?

— Почему бы вам не спросить его самого, когда вы в очередной раз будете обмениваться впечатлениями? Откуда, черт возьми, мне знать, был он в курсе или нет? — выкрикнула она. — Вы не возражаете, если мы сменим тему? И, кстати, если вы перескажете Энни наш разговор, я вас из-под земли достану.

— Могу понять ваше нежелание увлекаться кем-то после фиаско с Рупертом.

— Кто сказал, что это было фиаско?

— Энни.

Люси бросило в жар, потом в холод, потом снова в жар. Наконец, сделав нечеловеческое усилие, она взяла себя в руки и вздернула подбородок.

Финн наслаждался видом ее выпирающих сосков. Наконец-то он перестал притворяться джентльменом. Владей Люси собой, ей следовало бы влепить ему пощечину.

— Я думаю, мы должны быть реалистами, — предложил он низким, глубоким голосом. — Не стоит пренебрегать такой сексуальной совместимостью и ждать, когда все само собой рассосется. Только потому, что нарушились планы наших уважаемых родственников...

— Ничего себе, уважаемых! Ваш брат все испортил, пострадала моя сестра.

— Не спорю.

— Не спорите? — недоверчиво отозвалась Люси.

— Нет. Может быть, вы помолчите, а я объясню то, что пытаюсь объяснить?

Люси открыла было рот, чтобы возмутиться, но увидела, как он на нее смотрит, и замолчала. Финн напоминал человека, способного в любую секунду потерять самообладание.

— Благодарю вас, — увидев, что она затихла, начал он, не без иронии растягивая слова. — Я пытался сказать, что не понимаю, почему их история должна мешать нам продолжать встречаться.

— Я не хожу на свидания. — Весь этот разговор совершенно бессмыслен.

— Не удивительно после Руперта. Но я тоже.

— Что — тоже?

— Не назначаю свиданий, — пояснил Финн.

— Тогда что же вы предлагаете? У нас был просто секс... Господи, вы ведь об этом говорите, не так ли? — Люси задохнулась.

— Я, кажется, припоминаю, как вы говорили мне при нашей первой встрече, что секс — самый лучший способ расслабиться после тяжелого дня.

— Вы — причина всех моих тяжелых дней, моей головной боли, моих бессонных ночей! — запальчиво возразила она. — Вы использовали меня.

— Может быть, и так, но лишь в той мере, в какой вы использовали меня.

Его издевательский вид заставил ее стиснуть зубы.

— Я вас не использовала!

— Это не претензия, — успокоил ее Финн улыбкой. — Что касается меня, можете использовать столько, сколько вам захочется.

— Не рассчитывайте, — пробормотала Люси, чувствуя, как внизу живота разливается жгучее тепло.

— Я только предложил. И у меня не было никаких скрытых мотивов для того, чтобы провести с вами ночь, Люси.

— Но когда появилась такая возможность, вы этим воспользовались.

Жестокое обвинение, но Финн даже не пытался оправдаться.

— Не буду утверждать, что поступил бы иначе, если бы меня пригласили снова. Мои собственные ночи тоже не были такими уж спокойными, если вас это утешит, — добавил он. — Но давайте на мгновение отложим в сторону наши отношения...

Люси изумилась: как будто такое возможно! Вероятно, он мог вертеть своими чувствами и так и сяк, но она не могла.

— Вам нужна работа, а Лайаму нужна няня. Гордость — прекрасная вещь, но ею не оплачиваются счета.

Можно было бы работать в супермаркете, но там нет Финна Фицджералда.

— Если я скажу «да»... — Люси подняла голову и уловила тень самодовольного удовлетворения на его лице. — Я говорю гипотетически, — тут же огрызнулась она.

— Разумеется.

— Что было бы, если бы я сказала «да»?

— Завтра утром вы отправились бы со мной в Дублин, а потом в дом на побережье, и там познакомились бы с Лайамом.

— Кто присматривает за ним сейчас?

— Брайди... при отце она следила за домом и за Коном, пока тот не вырос. Вам не придется заботиться о продуктах и тому подобном; она возьмет на себя все заботы по хозяйству.

— Не похоже, что вам нужна нянька.

— Брайди обожает Лайама,— согласился Финн, — и она очень толковая. Но, к сожалению, она не молодеет, а Лайам довольно живой мальчик. Я беспокоюсь, что ей слишком тяжело уследить за ним.

— А вы будете?..

— Что случилось, Люси? Вы боитесь не справиться с собой?

Люси возмущенно вскинула голову.

— Об этом я не беспокоюсь, — еле ворочая языком, возразила она.

— Почему бы вам не объяснить мне, что вас беспокоит? — спросил Финн. Голос был мягкий, вкрадчивый... опасный.

— Ну, раз вы спрашиваете, меня беспокоит, нет ли у вас мысли, что, выплачивая мне жалованье, вы тем самым получаете доступ к моей постели. — Люси подумала, что ей следовало бы выразиться тактичнее. — Я думаю, самое лучшее поговорить обо всем открыто. Чтобы не возникло недоразумений.

— Просто для справки, Люси: я никогда за это не платил.

От нарочитой грубости она густо покраснела.

— А если вы просите у меня каких-либо письменных гарантий... — Финн покачал головой. — Я не из тех, кто путает личные дела с бизнесом, и при этом не считаю нужным скрывать, что хочу вас... Я не намерен давать пустые обещания и не собираюсь говорить, что не буду заниматься с вами любовью, потому что в последнее время я больше ни о чем не способен думать.

— Я вам не верю. — Но она хотела верить.