Выданные мужья обмену не подлежат - Арина Ларина

– У нас больше двадцати человек не влезет.

– Вот! – Яна повернулась к любимому, индифферентно таращившемуся в телевизор. – Костя, надо урезать!

– Урезай.

– Кого? Я же не знаю, кто они такие!

– Не-не, моих не трогай. Там друзья и родня. Родню нельзя, обидятся. Своих урежь как-нибудь, у тебя родни нет.

– Тебе не кажется странным, что устраивать праздник и платить за торжество ты не хочешь, однако приглашаешь целую ораву неизвестных мне людей. За мои же деньги, – рассвирепела невеста, представив, что скажет ее мама. И будет права!

– Яночка, ну что же вы так? Еще жить не начали, а уже счеты какие-то денежные. Нельзя так, деточка, – вклинилась Зинаида Ивановна. – Вы теперь одна семья. И родня у нас общая.

Ссориться с будущей свекровью, на территории которой предстояло жить, Яна не планировала. Поэтому сникла и промямлила, что надо что-нибудь придумать.

– Ты тряпка! – Лариса металась перед ней, как голодный тигр, которого подразнили куском мяса. – Янка, зачем тебе это? Я понимаю, если бы ты залетела, и жениться надо было бы кровь из носу! Но ты же свободная женщина! Тебя используют, а ты рада. Этот бугай смазливый, который тебе не пара – и правильно твоя мать говорит, – он сел на тебя и поехал. Костюм небось тоже ты оплачиваешь?

– Лара, он тогда в старом пойдет. А он у него уделан так, что смотреть страшно. Костя так и сказал: ему внешняя мишура не нужна. Это все формальности. Он и так еле согласился на это все.

– Да? Но быстро вошел в раж и начал командовать.

Лариса в тихом бешенстве смотрела на подругу. Ну почему она такая кулема?! Пришла к ней на ночь глядя жаловаться, вместо того, чтобы там всех построить. Вот так всегда: сбегает от неприятностей и хнычет. А потом вся жизнь в соплях.

– Лариса, я его люблю. Не надо меня сейчас против него настраивать, а то я заплачу. – Яна сидела на краю кресла, как воробей на жердочке. Ее было жаль и очень хотелось дать по глупой голове.

– Лучше бы ты замуж выходить передумала, а не плакала, – мрачно буркнула Лариса. – Знаешь, у меня идея. Если Костя не хочет формальностей, ограничьтесь платьем, лимузином и фуршетом в загсе. Там такой фуршет – кто что успеет, тот то и съест. Скромно и со вкусом. И перепиться ваша родня новоиспеченная не успеет, и до драки дело не дойдет.

– Нет, они уже всем сообщили. Там этой родни выводок целый. Бабки какие-то двоюродно-троюродные, дядьки, тетки. Зинаида Ивановна объясняла, но там черт ногу сломит. Я даже вникать не стала. Поняла только, что и так сделали мне одолжение и позвали не всех. Поэтому с моей стороны лишь родители и вы с Маринкой.

– А что говорит твоя мама?

– Она еще не знает, что мы будем в меньшинстве. Я ей сказала, что придут мои друзья, знакомые. Ну, в общем, там толпа будет. Надеюсь, она так и не поймет, – вздохнула Яна.

– Не кисни. Позвони сейчас своему Косте и скажи, что он прав.

– В чем?

– А во всем! Прав, что не нужно устраивать балаган из такого важного и, не побоюсь этого слова, святого праздника. Поэтому ты согласна, что не надо никакого торжества. Тем более что дорого, квартира не резиновая, а деньги не лишние. Скажи, мол, распишемся, и все. А фуршет пусть для него сюрпризом станет.

– Но они всех позвали!

– Янка, это их родня. Они же против были! Ну, так пусть тогда либо сами эту попойку оплачивают, либо родне тоже втирают, что свадьба – дорого. – Лариса радостно хлопнула в ладоши и дала Яне трубку. – Ты не понимаешь, что тебя банально используют? И если у них сейчас это выгорит, то дальше будет все продолжаться в том же духе! Звони давай!

Услышав новость, Костя оскорбленно засопел. А Яна торопливо добавила:

– Я подумала, что начинать семейную жизнь, делая что-то наперекор твоему мнению, неправильно! Да, любимый?

– Радость моя, – зло произнес Костя, – а ты не подумала, что мы уже пригласили родню, люди готовятся, подарки покупают?

– Так мы на церемонии всех будем рады видеть, – промолвила Яна, косясь на подругу, старательно вслушивавшуюся в разговор.

– И что, они отдадут подарки, и не поев, уедут? Да нам потом никто руки не подаст.

На заднем плане послышался тревожный голос Зинаиды Ивановны, переходящий в рев противоугонной сигнализации.

– Вот! – воскликнул Костя. – Мама в шоке.

Лариса яростно затрясла головой и состроила страшную рожу, погрозив Яне кулаком. Та в ответ развела руками и округлила глаза.

– Скажи, что у тебя денег не хватает, – прошипела Лара. – Все на платье и лимузин ушло.

Яна послушно озвучила версию.

– Ласточка, – вкрадчиво произнес Костя, пошептавшись с маменькой. – Ты же откладывала на квартиру. Разве нет? И что, все, прям, так и ушло на кусок тюля?

– Но это же на квартиру! Ты сам говорил, что кормить гостей и устраивать для них пляски – дело десятое. Надо экономить, жилплощадь важнее. Это же твои слова, – пролепетала Яна, беспомощно глядя на подругу.

Лара одарила ее таким взглядом, что несчастная невеста съежилась и виновато отвернулась – опять она сказала что-то не так!

– Яна, сейчас я дам маме корвалола, а потом объясню тебе диспозицию, – отчеканил Костя и куда-то утопал под тихие всхлипы Зинаиды Ивановны.

– Там маме плохо, – испуганно прошептала Яна.

– Какого лешего ты разболтала ему про свои сбережения? – возмутилась Лара. – У женщины должны быть свои тайны, свои заначки и свое пространство, в котором она сама себе хозяйка. Да, совместный бюджет имеет право на существование, но только последняя идиотка раскрывает сразу все карты, даже не начав этот бюджет вести! В результате ты теперь знаешь, что у будущего мужа – шаром покати, а он в курсе твоих финансовых дел до последней копеечки! Поэтому он так и будет шантажировать тебя слабым маминым здоровьем и угрозой семейной идиллии при каждом удобном и неудобном случае! Тьфу на тебя, бестолочь сельская! Сказок начиталась. Тебя обдирают как липку, а ты глазами хлопаешь и улыбаешься!

– Я уже не улыбаюсь, – вздохнула Яна. – Как мне все надоело.

– Ага, – радостно пододвинулась к ней Лара. – И это семейная жизнь еще не началась. Может, да ну ее, эту свадьбу?

Внезапно на том конце провода зашуршало, грохнуло, скрипнуло, и снова раздался Костин голос:

– Все, маму уложил. Яна, поясняю для непонятливых. Я пошел тебе навстречу, согласился на свадьбу со всеми ее идиотскими атрибутами. Из-за этого пришлось позвать родню. Потому что, раз есть застолье, родню надо звать. А не было бы ничего, и звать бы никого не пришлось. Ясно?

– А сейчас почему нельзя отменить?

– Как? Людей уже пригласили!

– Ну, сказать, что денег нет.

– Опозориться? Ты представляешь, какие разговоры в семье пойдут? – ахнул Костя.