Оторва: Страсть без запретов - Эдуард Снежин

— Здравствуйте, Вадим, это Соня, — раздался в трубке мягкий грудной голос.

«Значит, Людмила все-таки сводит меня с ней, ну что ж, что в мире ни делается, все к лучшему».

— Здравствуйте, Соня. Очень рад, что вы позвонили.

— Знаете, мы живем в современном мире, ничего, что я первая знакомлюсь?

— Нормально, значит, вы продвинутая.

— В парке уже елку поставили. Не хотите вместе посмотреть?

— Хочу. А сколько вам лет, ничего, что у женщины спрашиваю?

— Ничего. Двадцать шесть.

— Соня, а мне сорок два. Стар для вас.

— Я знаю, Люда сказала. А у меня Танька. Три года.

— Отлично! Давно не катал детей на плечах.

Голос женщины потеплел:

— Вот что, как лучше? Может быть, сначала заглянете ко мне?

— Спасибо, прямо сейчас?

— Да.

Соня назвала свой адрес, и я направился к ней, через магазин. Поразмыслив немного, прихватил пару бутылок сухого вина.

«Уж очень легко все получается, — размышлял я по дороге. — Что-то не так, наверно, не такая уж она красавица». И подготовился, на всякий случай к скидке на «товарный вид».

Но Соня в скидке не нуждалась. Дверь открыла высокая черноволосая девушка с выдержанными правильными чертами лица.

«Сказка какая то», — подумал я.

Притягательная сексапильность Сони больше всего заключалась в редком сочетании удлиненной шеи, узких плеч и талии с пышными верхними и нижними формами. Я даже задохнулся от желания, давно не был с женщиной, но надо было пока играть джентльмена.

Большое значение имеет первый взгляд женщины на мужчину — она всегда, не сознавая, примеривается: легла бы с ним в постель?

Взгляд Сони был обнадеживающий. Видимо, она тоже приготовилась к скидке на мой возраст, но лет мне всегда давали меньше на целый десяток.

— За знакомство с милой дамой! — протянул я бутылки «Цинандали».

— Хорошее вино, — оценила Соня. — Пойдемте в кухню, Танька в комнате пока спит, — просто сказала она.

Если женщина нравится — в ней нравится все. Сонин голос звучал как песня.

«Главное — не спугнуть чудо, не ускорять события», — испугался я и решил пока ничего у Сони не спрашивать. Но она сама с естественной простотой рассказала основное: от мужа ушла, вернее, переехала в наш город, сразу после рождения Таньки — в парне проявился алкоголик. Была у нее здесь в городе любовь с ровесником, но бросила его — не созрел для серьезных отношений. Наконец, последний роман у нее был с мужчиной старше меня, женатым, по-видимому, из начальников в техникуме, она вспомнила о нем по-доброму, но сказала ему, что нечего разрушать семью.

Мы незаметно перешли на «ты».

— Ну, значит, я подходящий для тебя, холостой и созревший.

— Дети у тебя есть?

— Дочь от первого брака, учится в институте, в Москве, приедет к Новому году.

Через час мы с Соней и Танькой на моих плечах гуляли в парке, как добрая семейная пара. Я понял, что Соня решительная женщина и ищет подходящего супруга, но с ней, пока даже не целованной, мне было так хорошо, что я, впервые за долгое время, просто наслаждался синим вечером, хрустом снега под ногами, парковой музыкой из динамиков и целиком погрузился в атмосферу близкого праздника. Она тоже улыбалась вовсю, но тут вдруг над озером стали стрелять салют, проверяли ракетницы к Новому году. Танька испугалась, заплакала, и мы поспешили домой.

Соня уложила ее, а мы опять уселись на кухне и за разговорами поглощали мелкими глотками «Цинандали». С Соней можно было нескучно говорить на любую тему.