Код фортуны - Наталья Калинина

– Так сам ей расскажи, какая она сладкая-аппетитная, – засмеялась Инга.

– Рассказывал! Не раз. Но Ларка понимает мои слова в точности наоборот. «Аппетитная» у нее почему-то стало синонимом «толстая». Ужас! Кто вас, барышень, поймет?

Так, в легких разговорах, они проехали половину пути. У Инги складывалось впечатление, что брат нарочно болтает с ней на отвлеченные темы, чтобы она не думала о случившейся с ней неприятности. Но хоть она и поддерживала активно разговор о невестке и племяннике, все равно мысли водили хороводы вокруг случившегося.

– Странно, Вадим, – вставила она вдруг невпопад, когда брат рассказывал ей о новых достижениях сына.

– Что «странно»? То, что Ванька нам песни по утрам поет? Так он и правда поет! Тебе надо послушать! Жаль, сегодня его ты не увидишь – он у родителей Лары. Мы же думали, что на концерт поедем…

– Ой… Концерт! – всполошилась Инга и бросила торопливый взгляд на часы. – Уже начался…

Произнесла она это с таким огорчением и так жалобно посмотрела на брата, что тот сдался:

– Ну, хочешь, все же поедем. Если не будет пробок и если Лара быстро соберется, то можем застать пару песен.

– Ларисе я тоже планы сбила своим потопом, – удрученно пробормотала девушка. – Она же ведь так хотела пойти! Ждала этой субботы, ребенка к родителям отвезла…

– Ничего страшного. Я ей позвонил, сказал, что наши планы отменяются. Она, если и огорчилась, виду не подала. Переживает за твое бедствие и ждет тебя в гости. Но если хочешь, мы можем попробовать застать финал.

– Было бы здорово! Во-первых, я обещала Лёке приехать. Во-вторых, мне нужно ей срочно передать одну вещь. Не знаю, когда смогу увидеть Лёку в следующий раз, а вручить ей это надо как можно скорей.

С этими словами Инга продемонстрировала брату сверток. Как хорошо, что она упаковала вышитую косынку еще утром и положила в свою сумочку с тем, чтобы вечером не забыть ее. С этим потопом вечерний концерт совсем вылетел из головы.

– Что это?

– Так… Один оберег.

– А-а… – без всякого интереса протянул Вадим и свернул на улочку, ведущую к его дому. – Так что «странно»? Ты так и не объяснила.

– Это просто мысли, вырвавшиеся вслух, – смущенно улыбнулась Инга. – К твоему сыну мое восклицание не имеет отношения. Я думала о том, что странно вышло с моей квартирой. Она же защищена! Я ставила прочную защиту, которая должна была охранять мое жилье и от подобных напастей тоже.

– Ну, где-то твоя защита дала сбой, – предположил Вадим.

– Вот это мне и кажется странным! Защиты – мой конек! Не хвастаясь, скажу, что они не однажды выручали и меня, и тебя, да и других людей. Да, впрочем, ты и сам знаешь. Еще недавно моя защита спасла вас с Ларой от мощнейшего проклятия – выдержала его напор, не сломалась, что дало мне время найти решение для устранения проклятия.

– Да уж, помню, – мрачно отозвался Вадим. Воспоминания были не из приятных, особенно если учесть, что та история чуть ли не закончилась гибелью Инги.

– Я тебе о том случае напомнила лишь потому, чтобы сказать, что доверяю своим защитам: они прочные и сильные. Долгое время одна из них оберегала мое жилье, а тут вдруг что-то дало сбой. Хотя, может, причина кроется в этом – «долгое время». Случившееся – моя вина! Лень и безалаберность. Я уже давно собиралась обновить защиту своего дома, но все почему-то откладывала – находились другие дела. Уповала на то, что продержится как-нибудь. Но со временем она ослабла, если совсем не разрушилась. Надо проверить…

– Инга, только вот не надо себя казнить за это, – отозвался Вадим немного раздраженно, потому что в этот момент въехал во двор дома и увидел, что место, на котором он привык ставить машину, занято. И ничего не оставалось другого, как втиснуть блестящебокую красавицу «Ауди» в узкий промежуток между двумя деревьями – единственное место, которое оказалось свободным.

– Я не казнюсь, я размышляю…

– Ну, сейчас уже поздно – размышлять. Теперь надо действовать – ликвидировать последствия потопа и, если тебе уж так хочется, ставить новую защиту.

Последние слова он произнес с плохо скрываемой иронией: хоть ему уже не раз приходилось убеждаться в способностях сестры, хоть он и принимал ее деятельность, все равно Вадим относился к занятиям Инги с наигранной снисходительностью. Просто потому, что считал: ему – мужчине, отцу семейства и руководителю отдела в солидном банке – не подобает верить в подобные вещи. Хотя в душе он, конечно, не мог поспорить против того, чему неоднократно был свидетелем. Чего хотя бы история с проклятием стоила! Если бы не сестра, как знать, был бы он жив еще или нет. И Лариса – тоже. И если бы не помощь Инги, когда Лара мучилась в родах, то и Ваньки бы тоже не было. И по поводу защит сестра права – что-то есть в этом!

– Ну так что, на концерт поедем? – спросил он, чтобы сменить тему, которая вызвала мрачные воспоминания.

– Едем, – поспешно согласилась Инга, пока брат не передумал.

– Тогда поднимаемся, тебя отправляем в горячий душ, как ты и хотела, а Лару – одеваться. Если вы, барышни, соберетесь быстро, без задержек, то еще успеем.

* * *

Все должно случиться сегодня и здесь. Другой, лучшей, возможности у него уже не будет. Концерт – это то место, где можно совершить задуманное и потом беспрепятственно слиться с безликой толпой. Во время выступления это сделать невозможно, но потом, в каком-нибудь коридоре, ведущем к гримеркам… Тем более что проникнуть туда он может беспрепятственно – кое с чьей помощью, конечно. Главное, чтобы девушка в это время оказалась без сопровождающих. Но ему уже известно о ее беспечности. Даже в свои ночные загулы она улетает без охраны.

Конечно, можно подкараулить ее и возле какой-нибудь гостиницы. Но выследить в таком случае ее будет куда сложней, да и потом куда? Его поймают быстро. Нет, нет, все случится сегодня, здесь.

Он не думал ее убивать. Тем более так быстро, непродуманно. Ее смерть-то по большому счету и не нужна ему. Но она нужна тому, с кем они вступили в опасный союз.

– На ней мощная защита, – сказали ему вчера по телефону.

– И что? – непонимающе переспросил он. Какая-то ерунда, право, защита… Какая еще защита?

– А то, что, пока у нее есть такая охрана, ничего с ней не случится.

– И? – поторопил он, начиная тревожиться. Такой оборот ему не понравился. Что значит – «ничего не случится»? А как же обещанный «спектакль»?

– «И»… – передразнил его голос в трубке, наполняющийся раздражением от его непонимания. – Взломать ее надо, защиту!

– Так и займись этим!

В трубке помолчали, видимо, справлялись с клокочущими эмоциями. Потом вновь раздался голос, который зазвучал уже в другой тональности – ласково, вкрадчиво:

– Займусь. Но без крови не обойтись. Мне нужна жертва… Иначе ничего из того, что ты пожелал, не выйдет. Ты к ней даже приблизиться не сможешь!