Расплата будет жаркой - Мейси Ейтс

– Я коллекционирую вещи, – сказал он. – Дорогие вещи. На самом деле любую ценную вещь. Я уже говорил тебе, что все потерял, когда умерла моя мать. Большую часть своей жизни я был окружен тем, что мне не принадлежало. Я был вынужден спать в комнатах с другими детьми. И более того, эти комнаты были временными. У меня не было семьи. У меня не было ничего. Я чувствовал себя беспомощным. Меня ничто не держало в этой жизни. Добившись успеха, я понял, что смогу исправить ситуацию. Я купил себе дом. Теперь у меня четыре дома. И в каждом из них у меня есть собственная спальня. И никто не спит в них, кроме меня.

Чарити поняла, что ни разу не ночевала в спальне Рокко. Если они оставались на ночь вместе, то только в ее комнате. От волнения у нее скрутило живот. Рокко продолжал говорить:

– И я начал коллекционировать вещи. Эти вещи заменили мне все то, что я потерял. Они дают мне ощущение нужности. – Он посмотрел в ее глаза. – Я защищаю то, что принадлежит мне.

Чарити подумала о том, что он сказал ей на благотворительной вечеринке. О том, что она ему принадлежит. Тогда его заявление показалось ей обидным, пренебрежительным и унизительным. Но теперь она понимала, что обладание чем-то означало для Рокко гораздо больше, чем для любого другого человека.

Эти вещи, которые принадлежали ему, он защищал всеми возможными способами. Он их ценил.

Чарити повернулась вокруг, разглядывая коллекции.

– Это удивительно, – сказала она.

– Правда? – спросил он. – Я должен признаться, что нечасто прихожу сюда, чтобы полюбоваться своими приобретениями. Но я часто проверяю, все ли здесь на месте.

От его слов ей показалось, будто кто-то крепко сжал ее сердце рукой. Она едва могла дышать. Она посмотрела в дальний угол комнаты и увидела постамент со стеклянным шкафом. Однако она не поняла, что в нем. Чарити шагнула вперед. У нее перехватило дыхание, когда она увидела, что находится в стеклянном шкафу. Солдатики. Маленькие зеленые пластмассовые солдатики, которые не представляли никакой денежной ценности.

– Рокко?..

Он отвернулся, у него покраснели щеки.

– Это были мои любимые игрушки. По ним я тосковал сильнее всего, не считая моей матери. Но… они были самыми дорогими для меня из всего, что я смог приобрести. – Он посмотрел на Чарити, взгляд его карих глаз стал пустым. – Итак, теперь ты видела.

– Да, – ответила она, хотя не была уверена, что они говорят только о коллекции. – Рокко…

Он подошел к ней и крепко прижал к своей груди. Выражение его лица стало жестким. Он коснулся ее щеки большой и теплой ладонью.

– Не надо, – произнес он.

– Ты о чем?

– О том, что ты собираешься сказать. Просто поцелуй меня.

Так Чарити и сделала. Она поднялась на цыпочки и поцеловала его со всей страстью. Рокко запустил пальцы в ее волосы, крепко удерживая голову, и поцеловал Чарити в ответ – жадно и пылко. Он дрожал. Она была уверена, что тоже дрожит. Рокко коснулся рукой ее подбородка, потом провел кончиками пальцев по шее, а затем прикоснулся к кулону в центре колье.

– Идеальная женщина, – резко произнес он. – Моя женщина. – Она слушала его сквозь туман вожделения. – Жаль, что не смогу хранить тебя здесь, как все, чем я обладаю.

Ее сердце затрепетало, к желанию примешался страх. Ей казалось, что Рокко говорит искренне. Он закрыл бы ее в стеклянной витрине, если бы мог. А ей совсем не хочется от него убегать. Если она убежит, ей придется жить без него. Но она не желает с ним расставаться.

Чарити была права насчет своего понимания Рокко. Она знала, какие чувства к нему испытывает. Вернее, понимание его чувств давало ей возможность правильно назвать то, что она к нему испытывает.

Она боялась полюбить Рокко. Но более того, она хотела, чтобы он тоже ее любил.

В детстве Чарити была глупой. Она хотела, чтобы отец любил ее. Она жаждала любви матери, которую никогда не видела. Ей хотелось получить любовь бабушки, которая изредка забирала ее к себе, чтобы она не оставалась ночевать на улице.

Большую часть своей жизни Чарити жаждала любви тех людей, которые не могли ее дать ей. И теперь она добавляет в этот список еще одного человека.

Рокко Амари.

Отец ее ребенка. Ее любовник. Единственный мужчина, знающий ее лучше остальных.

У нее заныло сердце, на глаза навернулись жгучие слезы, но она не собиралась плакать. У нее болела голова. У нее болело все тело.

«Может быть, никто из них не любил тебя в ответ потому, что ты не заслужила их любви?»

Чарити стиснула зубы и закрыла глаза, отказываясь слушать коварный голос рассудка. Наконец она решилась облечь в слова то, над чем часто размышляла.

Конечно, если бы она была достойна любви, сейчас ее уже кто-нибудь бы любил.

Она воровка. Она виновата. Она обокрала Рокко, который дороже всего ценит свои владения. Рокко, который достаточно терял в своей жизни.

Он никогда не будет испытывать к ней такие же сильные чувства, какие испытывает к нему она.

Но сейчас она не будет думать об этом.

Во всяком случае, в данный момент. Она должна подумать о Рокко, который решился показать ей самое сокровенное. И она обязана его отблагодарить за этот подарок.

– Прости меня, – выпалила она. – Мне жаль, что я обокрала тебя. Я не имела права ничего у тебя забирать. Мне нет оправдания. Я не могу спрятаться за спиной своего отца. Я не могу списать свое поведение на воспитание. Потому что я знала, что поступаю неправильно, но все равно так делала. Прости меня, – повторила она.

Чарити было наплевать, что Рокко может использовать это признание против нее. Ее не волновало, что она дает ему доказательства и основания, чтобы отправить ее в тюрьму. Прямо сейчас она действовала правильно и искренне. Только так. Она не может вернуть Рокко деньги, но она в состоянии признать, что совершила ошибку.

– Я знаю, что все это неправильно, – сказала она скорее для себя, чем для него. – И я не собираюсь делать это снова. Я изменилась. Я в самом деле изменилась. – Она должна в это верить. Ей необходимо сказать ему об этом, потому что ей нужно, чтобы эти слова стали правдой.

– Я знаю, что ты украла деньги, – ответил он, смотря на нее в упор карими глазами. – Это не имеет значения.

– Это имеет значение, – произнесла она.

Он заставил ее замолчать, припав к ее губам в жарком поцелуе, по-прежнему держа пальцами ее кулон.

– Нет. – Он уперся лбом в ее лоб. – Ты не мошенница. Ты поступала нечестно. Я верю, что ты обманывала людей. Я знаю, что ты обманула меня. Но твой обман – это просто поступок. Он никак не связан с тобой.

Чарити с трудом сглотнула. У нее так сильно сдавило горло, что она едва могла дышать.

– Я не заслуживаю такого отношения, – сказала она.