Любовное пари - Ли Майклс

— Очень вежливо прийти сюда в качестве ее делегата.

Давай все выясним. Ведь ты здесь не из-за меня. Я знаю это точно.

— Хочешь пунш или пирожные? — спросил Курт.

— Нет. Я не останусь больше на этом празднике.

— Потому что у тебя слишком много дел? — непринужденно поинтересовался он.

Словно его это волнует.

— Да нет, остаток дня я буду отдыхать. А завтра приступлю к поискам работы.

— Тогда мое предложение просто замечательное. — Внезапно Курт стал серьезным. — Лисса, я хочу... Я должен с тобой поговорить.

— О, думаю, ты уже все сказал мне на Рождество, Курт. Прости, но мне бы не хотелось повторно это услышать. Спасибо, что пришел на церемонию вручения дипломов. Скажи Ханне, что я как-нибудь зайду к ней и мы поболтаем, и... — Она сняла кепку и поправила рукой волосы.

И не нужно посылать мне рождественских открыток; если я захочу что-нибудь узнать о тебе, то почитаю деловые журналы.

— Лисса, — тихо проговорил Курт. — Я собираюсь сказать тебе то, зачем я сюда пришел. Ты можешь стоять здесь и слушать меня или можешь уйти, но я все равно последую за тобой. Я буду кричать до тех пор, пока не пойму, что ты услышала мои слова. Тебе решать, как поступить.

Это было бы замечательным представлением для толпы: на сцене — ректор университета, который все еще зачитывает имена опоздавших выпускников, а в это время Курт кричит на весь городок. Вот только что? Опять обвинения?

Толпа собралась за праздничным столом, и люди, спускающиеся со сцены, обходили Лиссу и Курта и присоединялись к торжественной трапезе.

— Но почему прямо сейчас? — устало спросила девушка. — Ведь было достаточно времени для разговора, Курт. Почему тебе обязательно нужно испортить мой выпускной?

— Я не собираюсь его портить. Я пришел, чтобы попросить у тебя прощения.

Она резко повернулась к нему.

— Попросить прощения? За что? У меня так много версий, что я даже не знаю, с какой нужно начать.

— Давай начнем с самой главной. Прости меня за то, что необоснованно обвинил тебя. Я имею в виду аборт. За то, что осмелился даже предположить такое. Тогда в моей голове все смешалось. Казалось, что она раскололась на мелкие кусочки, а потом из них сложилась картина, которая мне совершенно не понравилась. Я не хотел верить ей, но, когда я обвинял тебя, ты ничего не отрицала. И твой взгляд тогда... — Курт перевел дух. — Конечно, словами не загладить вину. Лисса, мне очень жаль, что я так вел себя. Понимаешь, тогда мне и в голову не пришло, что, возможно, у тебя был выкидыш. Ведь так все и произошло?

Лисса помедлила с ответом.

— Думаю, так.

Курт нахмурился.

— Что ты имеешь в виду под словом «думаю»?

— Все случилось очень быстро. Когда я только заподозрила, что беременна, я купила себе тест. Результаты показали отсутствие беременности, но в инструкции к тесту было сказано, что на раннем этапе беременности он может не показать положительный результат. Позже я хотела купить еще один тест, но у меня началось кровотечение и... Вот и все. Так я никогда и не узнала правду. Хотя в глубине души я уверена, что носила твоего ребенка. Так говорит мне мое сердце.

— У тебя было такое виноватое выражение лица, да и я не мог мыслить здраво.

Лисса поняла, что ей нужно быть благодарной ему за то, что он наконец-то признался в своей неправоте.

— Я очень рада, что крайней мере ты хоть что-то понял. И сколько же тебе потребовалось времени, чтобы признать свою ошибку?

— Около месяца. Я был очень зол на тебя. — Замолчав на минуту, Курт продолжил: — К тому же ты не призналась мне в своей лжи.

— Не надо сваливать на меня вину, Курт.

— Я даже не думал об этом. Я причинил тебе сильнейшую боль. Мне потребовалось время, чтобы осознать, почему ты солгала мне и даже не подумала сказать правду. Разумеется, тобою руководила сильнейшая обида.

— Я не горжусь тем, что тогда сказала тебе, — признала Лисса. — Но если тебе потребовался всего лишь один месяц, чтобы все осознать, тогда почему ты ждал до сегодняшнего дня, чтобы поговорить со мной?

Курт потупил взгляд.

— Знаю, как странно это звучит, но я боялся. Ведь я понимал, какой ужасный поступок я совершил. Я не мог представить, что ты согласишься поговорить со мной после того, что я натворил. Шесть лет назад ты даже слушать меня не стала.

— Ты имеешь в виду тот день, когда я выбежала из математического класса, а ты догнал меня? День, после того, как мы... Курт, ты не особо настаивал на разговоре.

— Возможно, мы оба кое-чему научились.

Возможно, с сомнением подумала Лисса. Хотя, если бы он позвонил ей этой весной, она бросила бы трубку. Она тоже была сердита на него. Даже сегодня Лисса не желала его слушать.

— Но я не мог позволить всему этому так просто закончиться, — продолжал Курт. — Я должен был сказать тебе, что мне очень жаль, что все так произошло. В то же самое время я знал, что дела у тебя идут хорошо. Я понимал, что тебе нужно закончить университет, и не хотел рисковать твоим будущим. Не хотел расстраивать тебя. Вот почему я ждал, когда наступит твой выпускной.

— Понимаю. Очень умно с твоей стороны. Кстати, откуда ты знал, что дела у меня идут хорошо? От Ханны, полагаю?

— Нет. Бабушка никогда не упоминала твоего имени. Я звонил декану экономического факультета.

Декану, человеку, который только что пожал ей руку и пробормотал: «Тебя ждет блестящее будущее».

— Думаю, он рассказал тебе о моей дипломной работе?

— Не совсем. Но на самом деле он согласился следить за тобой. И кажется, он был впечатлен твоими успехами. Что ты теперь собираешься делать, Лисса?

Он завершил свою речь, поняла она. Извинения закончились. Сейчас он поговорит на абстрактные темы и уйдет.

— Искать работу.

— Есть одно местечко в моей компании, если тебя, конечно, это интересует.

— Ты хочешь нанять меня, Курт? Я совсем не умею продавать. Буду только отпугивать покупателей. Нет, спасибо.

— Это работа другого плана, — произнес Курт. — Я хотел бы, чтобы ты установила новую систему отслеживания. Ты говорила, что могла бы создать ее.

Это была бы работа ее мечты! На мгновение Лисса задумалась о том, как бы это было замечательно...

— Спасибо за предложение, но я вынуждена отказаться от него, Курт.

Это были единственные слова, которые она смогла произнести. Работать рядом с ним, работать на него и не быть с ним? Нет, этого она не переживет.

Курт кивнул. Казалось, его нисколько не удивил ее отказ. Молодые люди дошли до конца аллеи. По обеим сторонам тротуара росли сосны, и от них веяло прохладой. Затянувшееся молчание тяготило обоих. Девушка посмотрела на Курта и спросила: