Второй шанс для истинной - Кристина Юрьевна Юраш

Он покачнулся, а я увидела, что с нами осталась только часть стаи. Остальных увел Вальборг.

– Зачем он уводит стаю? – прошептала я, бегая глазами от Сигурда к Астрид.

– Пока в стае есть альфа, его магия подчиняет себе. Сейчас, когда он ранен, магия слабеет! Искушение становится настолько велико, что кто-то из мальчиков да не выдерживает! – усмехнулась Астрид. – Так что мальчиков нужно держать подальше!

– А Сальгард? – спросила я, видя темную фигуру беты, которая пыталась помочь Сигурду встать. Но вместо этого встречала только злобный оскал и блеск ярко-голубых глаз. «Не тр-р-рожь!» – хрипло оскалился Сигурд.

– Я сказала, зачем он здесь, – прошептала Астрид.

Сигурд еле держался на лапах. Глаза его закатывались, но он силой воли возвращал себе сознание.

– Сильный противник! Редко такие рождаются! – усмехнулась Астрид. – Знали, кого посылать! Я еще удивлена, что он в своей стае не стал ни на что претендовать!

Паника заколотила меня, а я не знала, что делать. Ни жизнь, ни психологи меня к такому не готовили.

– О боже! – испуганно выдохнула я.

Сигурд сделал несколько шагов в мою сторону, и лапы не выдержали. Он рухнул, но пополз. Стоило Сальгарду протянуть к нему руку, как он видел жуткий окровавленной морды. Через мгновенье Сигурд снова поднялся на лапы и, шатаясь из стороны в сторону, направился в замок.

Я тоже попыталась подойти к нему, но вместо этого увидела предупредительный оскал. Я крепче прижала Сиги, который был еще в шоке.

– Учись! В следующий раз это будешь делать ты! – прорычала Астрид. – Обор-р-рона!

Что? Что я должна делать?

– Держать обор-р-рону замка! Защищать щенков, альфу и луну! – хрипло рыкнула Астрид так, что все начальники трусливо переглянулись. – Р-р-рассредоточились! Основные силы у входа!

– Мне? Мне что делать? – растерянно прошептала я, видя, как волчицы разбегаются в разные двери.

– Что хочешь! Толку от тебя мало! Отпор-р-р ты дать не сможешь! – рыкнула Астрид. – Я встану у входа в замок! Пусть попропр-р-обуют подойти! Сальгар-р-рд! Встанет в холле! А ты должна будешь сказать, если дело совсем плохо! Поняла?

Они исчезли, а я пошла по следу из алых капель, видя, как они ведут в коридор. Дверь в комнату была настежь открытой, а на ней виднелся алый след лапы.

– Сигурд… – прошептала я, бросаясь к альфе. Тот зарычал на меня, словно не желая видеть рядом. – Сигурд…

У меня едва с языка не сорвался глупейший вопрос: «Ты как?». Но ситуация и правда была «тыковая», поэтому я лишь стояла в растерянности, видя, как глаза его закатываются, а он падает на пол без сознания.

«Вызывай скорую!» – внезапно пронеслось у меня в голове. А я по привычке стала искать телефон, но вместо него нащупала медальон.

«Даже если бы здесь была скорая, а я вызвала ее, то тут бы скорая понадобилась скорой!» – пронеслось в голове следом.

Сигурд обернулся человеком, а я увидела страшные раны. Одежда его была разорвана и болталась лохмотьями.

– Без паники! – прошептала я, видя, как он лежит на коврике рядом с кроватью.

Но Сигурд и не думал паниковать. Он был без сознания. Паниковали только мы с Сиги.

– Надо его перевязать! – прошептала я. Внутри что-то поставило печать: «Надо!». Но я медлила.

Сигурд снова обернулся волком, а я бросилась к кровати и стала вытаскивать простыню. Подушка шлепнулась на пол. Но я пинком отбросила ее в сторону, пытаясь руками разорвать ткань.

Ткань с хрустом поддалась, и в моих руках очутилась длинная лента.

– Тише… тише… – прошептала я, на цыпочках подбираясь к Сигурду. – Сейчас я перевяжу тебя…

Он хрипло дышал, а я осторожно подошла, вздрагивая как суслик посреди поля при малейшем шорохе.

– Ну, – подняла я брови, глядя на зияющую рану на лапе.

– Аррр! – окрысился Сигурд, а потом его глаза снова закатились.

Дружеский кусь за полменя в мои планы не входил.

– Эх! Была не была! – фыркнула я, глядя на альфу. И стала подбираться к нему.

Говорят, что влюбленный волк – уже не хищник. Но Сигурд, может, и влюблен, но явно не в меня. Так что я немного «невменяемая», раз решила стать ветеринаром.

Назойливый голос внутри гнусавенько напевал: «Придет серенький волчок, отгрызет тебе сморчок!».

Так я хотя бы добилась эффекта почти не трясущихся рук.

Я понимала, что дело плохо. Что, быть может, будь на моем месте кто-то другой, уже бежал бы за Сальгардом. Но что-то внутри трепыхалось, словно птичка, когда я смотрела на огромный хрипло дышащий сугроб. Сигурд был без сознания.

А я зажмурилась, как щенок, решивший нагадить посреди комнаты, попрощалась с руками и осторожно протянула бинт из простыни под его мордой.

Через минуту на перевязанной морде красовался огромный узел. А мои нервы, собравшиеся в кучку, чтобы было удобнее трястись, выдохнули.

Так, морду перевязали. Теперь надо воды… Где раздобыть воды? Вода-а-а?! Ау!!!

Обычно вода была в кране!

Я бросилась в соседнюю дверь, видя там красивую купальню с мозаикой. Диковинно изогнутые краны с гулом и звоном набирали воду в медный тазик. Я несла его, расплескивая на себя, в комнату.

Простыня была порвана на тряпки. При виде крови сознание махало мне рукой. Приходилось стискивать зубы и сопеть, как ежик, смывая тряпкой кровь. Огромный волк превратился в человека, а я стала бережно вытирать кровь, готовя чистые бинты.

По своему опыту я знала. Мужчин должны лечить ветеринары. Или хотя бы специальный врач-экстрасенс. А всё потому, что от мужчины никогда не добьешься, что и как у него болит. Они либо здоровы, либо ты сидишь в черном и рассказываешь о нем только хорошее.

Они молчат и терпят, стиснув зубы, ровно до тех пор, пока толстая полярная лисичка не начинает тереться об них ласковой кошечкой.

И сейчас полярная лисичка сидела рядом, намекая, что всё очень плохо.

После недолгих раздумий я полезла в ящики роскошного стола, достав старинные ножницы. Ими я аккуратно срезала лохмотья одежды.

Тряпка выжималась в тазик, в котором всё было красным. Несколько раз я меняла воду, терпеливо и осторожно осматривая каждую рану.

Приходилось стискивать зубы, чтобы заставить себя осторожно промыть ее, стянув края. Несколько раз я была близка к обмороку. Мои дрожащие пальцы достали из раны обломок чужого клыка. А я уже бинтовала руку, стараясь, чтобы не туго.

Утирая пот со лба, я смотрела на Сиги, который все это время пытался вылизать Сигурду лицо. До лица мы еще не дошли.

Срезанная одежда ворохом валялась возле камина. Ножницы лежали возле моей ноги.

– Штаны. – мысленно объявила я, осторожно срезая порванные штаны.

В последнее время