Я не сплю, я жива - София Чар

Досада, кипевшая в душе, на время отвлекла от выступления священника. Что что-то пошло не так она поняла только, когда гости замка вдруг разом зашумели, принявшись осматриваться по сторонам.

Встрепенувшись, понимая, что что-то пропустила, Ветала мотнула головой, подняв взгляд вверх, к возвышению у трона, чтобы тотчас замереть. Священник. Высокий сухощавый мужчина с холодным взглядом хищной птицы, смотрел прямо на нее.

– И главное. Корона и церковь должны быть непристрастны в такие моменты. Сейчас, когда зло подло проникло в наши ряды, церковь обязана изобличать его, а корона карать. Во славу Единого!

Громкий крик подхватили еще несколько раз, прежде чем люди вдруг прыснули в стороны, к стенам. Ветала не успела даже понять, что произошло, когда вдруг человек, стоявший перед ней, развернулся к ней и плеснул что-то прямо в ее лицо. Девушка едва успела зажмуриться, ощутив приторно-сладкий запах жидкости, залившей волосы, лицо и лиф платья.

– Твою мать! – понимая, что непонятная субстанция очень липкая, скорее удивленно, чем зло выругалась она, попытавшись оттереть ее.

Мужчина, стоящий перед ней, никуда не исчез, откровенно изумленно уставивший на рыжую. Видимо, что-то пошло не так, но обрушить на его голову поток площадной брани, чтобы отучить экспериментировать на нервных принцессах, Ветала не успела.

За спиной вдруг что-то взревело. Раздался испуганный женский крик, на который рыжая резко обернулась и застыла изумленным тушканчиком.

Упала, впервые, пожалуй, не проверив, подхватит ли ее кто-то, известная придворная кокетка. Кричала Шайяна, которую трепетно обнимал уже молодой граф Талан, а ревел…

– Вилар?! – изумленно прошептала Ветала, глядя на мракобеса, рухнувшего на пол.

Кожа мужчины, там, куда попала та дрянь, которой плеснули и в рыжую, дымилась. Вежливый насмешник, всегда опережавший противника на три шага вперед, знавший, откуда стоит ждать удар, он едва держался на дрожащих руках, опираясь о пол. Кажется, он пытался встать, но ему не дали. Невесть откуда, появились четверо священников в темных рясах с ртутно-блестящими цепями. В мгновение ока они опутали мракобеса, когда же его вздернули, поднимая на ноги, зал снова ахнул, а Ветала судорожно вдохнула.

На бледном лице мужчины проступили такие знакомые каждому здесь, а особенно ей, темные жилы, изобличающие порождение иного мира.

– Узрите истинное лицо зла, которое так подло втерлось вам в доверие! Узрите того, кто сумел смутить сознание двух леди благородной семьи Амадан!..

Священника бы, наверное, несло еще долго, но эти слова будто что-то переключили в сознании Веталы. Кто бы ни сдал Вилара, сейчас он угрожал и ей, а значит…

– Что?! Вы на что намекаете? Что я по-родственному мужика с тетушкой делила? По-семейному так, чтобы далеко не ходить? – громко возмутилась она, медленно обернувшись к священнику. – Да кто вам дал право так оскорблять нашу семью!

Продолжение вдохновенной речи так и застряло в горле священника. Поперхнувшись воздухом и словами, он кашлянул.

– Не нужно гнева, дитя мое. Храму стало известно, что это порождение мрака вовлекло вас в свои сети и даже запачкало ваши руки родственной кровью… – сокрушенно покачав головой, произнес он.

Зал снова ахнул. Обвинение было серьезным. Очень серьезным, бросавшим тень на нового короля, ведь он должен был бы что-то решить… И он решил. Не особенно долго терзаясь сомнениями.

Чуть прищурившись, Даир медленно повернулся к священнику. И пусть ростом они были примерно одинаковым, в эту секунду казалось, что Танаи смотрит на храмовника сверху вниз, будто на какого-то таракана.

– Вы позволили себе испортить наряд моей дочери, намекнуть на порочную связь с женихом моей кузины, а теперь смеете обвинять ее в государственной измене? – четко и очень спокойно уточнил он.

Очень спокойно. Так, что мигом затих весь зал и только Вилар, стоящий на коленях в цепях, издевательски рассмеялся, откинув голову назад.

– Мелко как-то, сударь. Нужно было сразу говорить, что принцесса открыла моему народу проход в этот мир. А может заодно и Нератию захватите? Скажите, что их принцесса, погибшая в башне Северного ворона на деле была одержимой? Ну же, не стесняйтесь! – с мрачным весельем, хрипло воскликнул он, криво усмехаясь.

Невольно вздрогнув, Ветала мрачно зыркнула на веселящегося мракобеса. Посмотрите-ка на него, спеленали в цепи, а он еще зубоскалит, болван!

Между тем священник как-то смутился, на миг опустив взгляд, чтобы взять себя в руки.

– Поймите, сын мой…

– Я вам не сын, а вы мне не отец. Если хотите плодотворного союза церкви и короны, учтите. Я не потерплю голословных обвинений. А нет… – вздохнув, Даир медленно пожал плечами. – Будете спасать души без какого-либо финансирования. В скитах и пещерах, питаясь корешками и желудями. Зверей тоже грех убивать.

Отчеканив это, Даир стремительным шагом спустился по ступенькам, остановившись рядом с дочерью, чтобы взглянуть на Вилара. Взглянуть задумчиво и оценивающе. Он не знал, кем был придворный маг покойного принца Горана, не знал и о том, что Ветала как-то с ним связана. И хорошо, может, знай он, держаться так невозмутимо Танаи было бы тяжелее.

Между тем получивший такой сочный щелчок священник зло сжал ладони, не собираясь так просто отступать.

– Ваше величество, мы узнали все о том, что случилось из…

– Ну и что вы узнали? – вдруг раздался откровенно скучающий голос молодого мужчины.

В отличие от большинства аристократов, за все время этих волнений, он так и не сдвинулся с места. Опираясь на трость, он с бесконечной скукой осматривался по сторонам. Достаточно высокий молодой мужчина с длинными золотистыми волосами, тонкими, почти девичьими чертами красивого лица и внимательным взглядом голубых глаз. Принц Нератии, брат покойной принцессы Мерьен, странно похожий на нее.

– Ну так что? Что ваша принцесса заодно с мракобесом мир захватывала? И как вы удачно, прямо к коронации узнали. Быстро, просто браво, – усмехнувшись, он изобразил пару ленивых хлопков.

– Но… Но… – владеть собой священнику становилось все сложнее, да и времени на то, чтобы взять себя в руки ему не дали.

– Впредь думайте, чем выливать на порядочных людей помои, – мрачно бросил Даир и обернулся к связанному мракобесу. – В темницу его. Заковать так, чтобы не улизнул. Приставить стражу.

– Особенно на людей из монаршей семьи… – почти мурлыкающе протянул принц Нератии, довольно улыбнувшись.

В любой другой раз, рыжая не сдержала бы довольной усмешки, узнав такого же ярого