Наваждение - Клара Флэйм

— Ну, Ярого малость помяли. Его б подлатать. Нос там… И, ну это, типа лицо. Кровищиии, жуть просто. — При этих словах парень морщится.

Сердце стучит ещё быстрее прежнего. Драка или бой на ринге? Это совсем разные вещи. Боюсь, что после ринга ему дорога только в больницу. Это тебе на сбитые костяшки и ссадины, которые можно просто замазать зелёнкой. Мне снова становится страшно, но теперь за Стаса и особенно, когда я думаю про «кровищу».

— Где он? — вот уже и паника сквозит в голосе.

— Так это…дома.

— Я сейчас. Жди.

Захлопнув дверь, я тут же бегу на кухню и хватаю аптечку. Смотрю на её содержимое. Ума не приложу, что именно там с ним и что мне может понадобиться, поэтому беру её всю. Меняю шорты на джинсы, волосы стягиваю в небрежный пучок, натягиваю слипоны прямо на голые ступни и снова открываю дверь.

Парень стоит, прислонившись спиной к стене, и смотрит в экран телефона. Из динамика слышатся крики, подбадривания в виде отборного мата. Не иначе, как это запись боя. Чёрт, телефон! Запоздало вспоминаю, когда уже закрыла дверь на ключ. Ладно, плевать. Я же тут, рядом. Обойдусь, успокаиваю себя.

— Как твоё имя? — спрашиваю у парня, когда он по-джентельменски забирает ношу из моих рук.

— Вака, — отвечает он.

Закатываю глаза.

— Да что ж вы, как животные-то, только на клички отзываетесь! — возмущаюсь я. — Нормальное имя есть у тебя?

— Эмм, конечно, есть, — парень распахивает на меня свои глазёнки, и румянец смущения слегка трогает его скулы. — Ваня. Ну, то есть Иван.

— Ася, — отвечаю я ему с улыбкой.

— А я знаю, — с ответной улыбкой говорит Иван и входит в лифт.

Знает? Ну, ладно. Меня это, в общем-то, не удивляет, и так понятно, что моё имя он мог узнать только от одного человека.

Когда мы подходим к квартире Стаса, видим слегка приоткрытую дверь и Иван как-то странно напрягается. Суёт мне в руки коробку и бесшумно подходит к лестнице, оглядывает верхние и нижние пролёты, прислушивается, и словно убедившись в чём-то, возвращается ко мне. Я слежу за его осторожными действиями, и мне становится не по себе, особенно когда вспоминаю, что у меня даже телефона с собой нет.

Из-за двери вдруг слышатся громкие мужские голоса.

— Ярый, ты, блять, совсем ебанулся? Ты слил бой! Ты понимаешь, что это значит? Да Тарантино просто порвёт тебя?

Этот противный хрипловатый тембр голоса я узнаю. Он принадлежит Мухе. Меня мгновенно передёргивает. А Ваня переминается с ноги на ногу, почему-то не решаясь войти внутрь. Мы вынужденно продолжаем слушать.

— Скажи мне честно, тебе заплатили? — шипит Муха. — Или ты решил вообще свалить? Ты же знаешь, от него так просто не уходят?

— Я ничего не сливал, — сипит Стас.

— Да мне-то не пизди, — рычит Муха. — Я твои приёмы наизусть знаю. Ты его слил, сука!

— Ты, блять, на кого гавкаешь. — Голос Стаса так громко и яростно прокатывается по воздуху, что даже Иван, стоящий рядом, весь съёживается. — Завали своё ебало и беги скорее к боссу. Выложи ему свои догадки, а заодно вылижи яйца. Глядишь, он наконец-то заметит тебя, ублюдок! Думаешь, я не знаю, что ты хочешь выслужиться перед ним?

Мой спутник косится на меня. Этот разговор точно не для моих ушей. Он быстро вталкивает меня в квартиру и громко хлопает дверью, оповещая присутствующих, что они больше не одни.

— Это мы, — кричит Вака. Голоса сразу затихают.

Скидываю обувь и иду на кухню, потому что в комнате никого нет. Практически сразу замираю на пороге от увиденной картины, чуть не выронив из рук аптечку.

Стас сидит на стуле, держа у носа полотенце, которое уже полностью пропиталось кровью. Его светло-серая футболка вся в пятнах и потёках. Правый глаз уже заплыл, оставив лишь маленький просвет, а кожа вокруг него приобрела фиолетовый оттенок. Левая бровь, правая скула рассечены и кровоточат. Разбитые губы покрыты бурой коркой. Руки все в крови, но я думаю, что это из-за носового кровотечения.

Я много чего видела в больнице на практике, да и в учебном морге тоже, но сейчас меня всю просто затрясло. Я была не готова к такому. Часто моргаю, потому что всё вокруг вдруг затуманивается, и я вижу перед собой только кровавый силуэт Стаса. Теперь я понимаю, почему врачи никогда не оперируют и не лечат своих близких. Сосредоточиться и отключить эмоции просто нереально. Но сейчас у меня нет выбора. Я делаю пару вдохов и уверенно шагаю в помещение.

— Блять, какого хрена здесь делает эта пигалица? — взгляд Мухи словно режет меня. — Ярый, скажи, что это грёбаная шутка?

Кроме этих двоих, в кухне находится ещё один человек. Игорь. Он угрюмо смотрит в пол, сложив руки на груди. Но при моём появлении поднимает глаза и смотрит на меня. Вид у него виноватый.

Стас приподнимает голову и тоже смотрит на меня. Склеры его глаз, а точнее склера одного глаза красная от сосудистого кровоизлияния.

— Боже мой, — стон срывается с моих губ.

Муха, молча, переводит взгляд с меня на Стаса. Снова и снова разглядывает нас по очереди, а потом шипит:

— Это из-за неё, да? Из-за этой сучки ты подставил всех нас?

— Заткнись, — не сдерживаюсь я. Мой взгляд полностью сосредоточен на Стасе. Я лихорадочно соображаю с чего мне нужно начать, а Муха дико бесит и раздражает меня. Сейчас точно не время бояться его. Пусть катится к чёртовой матери!

— Что, ты сказала? — Муха делает шаг в мою сторону.

— Только тронь её, и я тебе хребет сломаю, — грозно басит Ярый и встаёт на ноги. Его шатает, и он хватается за край стола, где тут же остаётся кровавый след его ладони. Я инстинктивно подаюсь к нему и свободной рукой обхватываю его талию. Знаю, что всё равно не удержу эту гору мышц, но делаю это на уровне инстинкта. Так мы и стоим, пока Муха сверлит нас злобным ледяным светом глаз.

— Ладно, — скалится он, и поднимает ладони вверх. — Ладно. Я надеюсь, ты понимаешь, что будет