Ты в ловушке - Ника Маршал

— Ну что ж, тогда тебе повезло с собутыльником, на меня градус практически не действует, так что я смогу проконтролировать, чтобы ты ничего не натворила.

— Да ты как я погляжу рисковый парень, Леша.

— Что поделать привлекает меня непредсказуемость.

— В любом случае, если я начну творить дичь, то знай- это все алкоголь.

— Ладно, учтем.

Какое- то время мы просто молча смотрели на вечерний пейзаж, раскинувшийся перед нами и неторопливо попивали коньяк.

Ночь.

Прекрасный вид.

Красивый мужчина рядом.

И бутылка коньяка между нами.

Романтика, что сказать. На самом деле теперь это напоминает какой-то ромком, в котором герои после подобной сцены обязательно просыпаются на утро в одной кровати.

Я покосилась на мужчину рядом со мной.

Хотя… пожалуй, я не против такого развития событий. В конце концов я взрослая женщина, у меня тоже есть потребности и у меня уже год не было секса.

Может почему бы и не…?

Нет. Нет. Нет. Ева, фу! Ева нельзя! Только не так!

Это будет неправильно, ни по отношению к Леше, ни по отношению к себе!

Секс ради заглушения боли не выход! Мы это уже проходили с Красновым! Ты помнишь, чем это все закончилось! Наступать дважды на одни и те же грабли слишком, даже для тебя.

— Так зачем это все, Леша? — Разбила я тишину. ну все, градус начал действовать и меня потянуло на разговоры по душам. Ух, нехорошо, Ева…Нехорошо… а собственно какого черта?! Нет хорошему сексу, так хоть поговорить! Махнула рукой и подлила себе еще немного янтарной жидкости.

— Ты о чем именно спрашиваешь? — Повернул в мою сторону голову Барский и посмотрел с неподдельным интересом.

— Хм… ну ты помог мне там на парковке, притворился, когда я тебя попросила, врезал моему бывшему, когда тот меня оскорбил и… привез сюда, чтобы развеяться. — Неловко загибала пальцы и подняла руку вверх, демонстрируя их, и с вопросом уставилась на Лешу. — Я об этом говорю? Зачем? Ты мог просто развернуться и уйти, или просто ничего не делать, никто тебя ни к чему не обязывал… какая тебе с этого выгода? Почему решил мне помочь?

— Почему говоришь… на самом деле, Ева, все до банального просто. Когда мужчине нравится женщина, он готов ради нее на все. А уж врезать мудаку, который посмел ее оскорбить, святое дело.

— О да, мудак- это верно подмечено. — Кивнула я, и тут неожиданно до меня дошло. — Погоди! Я тебе нравлюсь?! — Сказала эмоциональнее, чем нужно, выпучив на мужчину глаза.

Барский улыбнулся.

— ОЧЕНЬ нравишься, Ева.

— Какая неожиданность… И когда только успел? — Пробормотала неловко, спрятавшись за стаканом, и сделав очередной глоток обжигающей жидкости. И я на сто процентов уверена, мои щеки сейчас пунцовые не от градуса в крови, а во всем виноват этот пристальный зеленый взгляд, прожигающий в ожидании ответа.

— И что это твое «нравится» значит? Чего ты хочешь? Если можно поконкретнее. — Посмотрела открыто в глаза мужчине, тщетно пытаясь разглядеть в них фальшь.

— Если конкретнее, я хочу с тобой встречаться, Ева. Хочу любить тебя и делать счастливой. быть причиной твоих улыбок… — Склонился он ниже и подцепил прядь моих волос, немного накрутив на свои длинные пальцы. — Хочу беспрепятственно касаться тебя и вдыхать твой запах, — поднес прядь волос к носу, и втянув воздух отпустил их, склонившись еще ниже, его голос становился все тише, опускаясь до интимного шепота, от образовавшейся между нами атмосферы по телу пробежали маленькие разряды тока и как же это чертовски приятно быть на этой грани. — Хочу ласкать твое тело и доставлять тебе удовольствие. хочу чтобы ты стала для меня всем, а я для тебя… такой ответ тебя устроит, Ева? — Склонился с явным намерением получить поцелуй, горячее дыхание уже опалило мои губы и как же хочется поддаться на эту провокацию… НО…

— Какое смелое заявление… — Отстранилась сама. Не время пересекать эту грань и бросаться в омут с головой.

Барский разочарованно выдохнул, но настаивать не стал и вернулся в ровное положение.

— Понимаешь, Леша… с некоторых пор я разочаровалась в любви… и в данный момент вот так просто поверить в то, что я кому- то понравилась всего лишь после нескольких мимолетных встреч… я не могу. Уж извини.

— Я тебя не тороплю, и ответа прямо сейчас не требую. Но… могу я попросить тебя рассказать, что стало причиной твоего разочарования?

— Ммм… не знаю… это слишком личное… почему хочешь узнать?

— Чтобы лучше понять тебя, Ева, и то, откуда взялась эта боль, смешанная с печалью в твоих глазах.

— Хорошо, сдаюсь. Расскажу. Но взамен тоже жду откровенности.

— Все что захочешь. — Легко согласился.

— Расскажешь, что у тебя сегодня случилось, ты тоже выглядишь…ммм…подавленным. Мне интересно, что стало причиной твоего состояния. Откровенность на откровенность.

— Идет.

— Ну, тогда, — я глубоко вдохнула и выдохнула, собираясь с мыслями. — Мы с Артемом были вместе пять лет, еще со школы. У меня никогда не было сомнений, что это навсегда, и мы поженимся, создадим семью… Никогда не думала, что можно полюбить кого-то настолько сильно… а потом…

***

Больше года назад.

День начинался как обычно, я поднялась со звуком будильника и быстро собравшись, прошла на кухню, где Ирина готовила себе кофе.

— Доброе утро, дочь. — Протянула эта женщина, натягивая на лицо тошнотворную слащавую улыбку.

— Доброе. — Буркнула я.

Ирина родила меня, когда ей было шестнадцать, после скинув дочку на плечи бабушки, упорхнула в неизвестном направлении, и не интересовалась мной на протяжении семнадцати лет. Она появилась на пороге нашего дома только когда узнала, что бабушка сильно заболела.

Коротко о моем первом впечатлении, о так называемой матери-

когда эта женщина с глубоким декольте, разрезом на юбке до бедра, надутыми утиными губками, белокурыми волосами и надменным взглядом, переступила порог больничной палаты бабушки, первой фразой сорвавшейся с моих губ в адрес незнакомки, когда бабушка объяснила, что это моя родная мать, были слова.. — «Слава Богу, мое яблоко далеко укатилось от этой низкосортной яблони. Чтобы быть матерью, нужно уметь нести ответственность, но судя по всему вы знаете только значение низкой социальной ответственности.»- Все что я чувствовала в тот момент к этой женщине, так это глубокую неприязнь.

— Ты что меня сейчас шалавой обозвала?! — Взвилась блондинка.

— Ну, если вам это определение ближе — то да.

Так и началась наша взаимная "любовь"…

Вскоре бабушка умерла, а Ирина переехала жить в нашу квартиру, в которой до сих пор была прописана, похоже, бабушке не