Репит - Кайли Скотт

— Это было двадцать четыре часа назад. Очевидно, пора повторить.

Эд осушает половину стакана.

— Незачем. Мы в порядке.

— Ты точно не в порядке. Ты избегаешь меня с тех пор, как проводил на работу сегодня утром, — возражаю я.

Очевидно, я не могу долго держать язык за зубами.

Взгляд Лейфа прыгает между нами, в то время как Горди слегка скулит.

— Это безумие, — усмехается Эд. — Как я могу избегать тебя, когда проводил на работу и забрал оттуда домой? К тому же последние пару часов мы провели в одной комнате.

— Ты избегаешь меня, не физически, а эмоционально. Я не виню тебя, у тебя есть на это право. Просто с тех пор, как ты приготовил мне кофе сегодня утром, и я задала вопрос о наших отношениях, на который ты ответил честно, что, кстати, я очень ценю, все снова стало неловко.

Эд смотрит на меня.

— О наших прошлых отношениях, я имею в виду.

Эд молчит. Похоже, он действительно несчастлив.

— Я думала, мы будем друзьями, и, если ты передумал, я хотела бы знать. Обещаю, что не расстроюсь.

Он снова не отвечает.

— Я опять тебя раздражаю. Извини.

— Не извиняйся. Он это переживет, — говорит Лейф. — А пока я буду твоим другом.

— Лейф! — рычит Эд.

Его брат, однако, пропускает это мимо ушей.

— Почему бы мне не разделить с тобой футон, Клем? Ты будешь в полной безопасности, и мы будем дружить. Кстати, мне нравятся короткие волосы. Очень круто.

Я трогаю челку, проверяя скрыт ли шрам.

— Эд сказал, что это стиль панк-рок.

— Точно.

Эд поджимает губы так, что они выглядят, как тонкая раздраженная линия, и залпом допивает виски.

— Хорошо, что я вернулся, — продолжает Лейф. — Раз уж вы расстались и не очень ладите, то предлагаю отвозить Клем на работу и забирать на своем байке.

— У тебя мотоцикл? Я никогда не ездила на них. Ну, во всяком случае, я не помню.

— Тебе понравится! — говорит Лейф, но потом хмурится. — Подожди минутку. Значит ты забыла все и то, как занималась сексом? Черт, теперь ты вроде эмоциональной девственницы. Что ж, тебе очень повезло, что у меня…

— Придурок, какой мотоцикл? Она едва поправилась после черепно-мозговой травмы! — все еще рычит Эд. — Это небезопасно. И перестань с ней флиртовать.

— Разве не должна она выбирать? — спрашивает Лейф. — Байк и флирт?

Я вздыхаю.

— Эд, наверное, прав насчет мотоцикла, и в плане секса ты меня не интересуешь. Но все равно спасибо.

Эд просто смотрит в потолок, словно ищет там помощь, которая, понятно, не придет.

— Ну ладно, а как насчет того, чтобы спать вместе на футоне? — Лейф подмигивает мне, нисколько не смущаясь. — Серьезно, если ты просидела на этом диване больше часа, то знаешь, что спать на нем невозможно. Ты ведь не возражаешь, Клем?

— Так будет проще, — честно говорю я, но это, очевидно, неправильный ответ, потому что Эд так сильно стискивает челюсть, что того и гляди сломает зубы.

Похоже я опять ляпнула не то.

— Я лягу на диване…

— Хватит, — прерывает меня Эд. — Ты спишь со мной, Клем, и я все еще провожаю тебя на работу.

— Что?

— Ты меня слышала. Я буду продолжать провожать тебя на работу.

— Э-э… не мог бы ты повторить первую часть?

— Мы можем жить в одной комнате. Так будет проще всего.

Эд снова наполняет стакан. Не уверена, кто его заставляет пить: я, брат или мы оба?

— Футон достаточно большой, — говорю я с сомнением в голосе.

«Мы с Эдом в одной в постели…»

Я беру свой стакан и опрокидываю в рот содержимое.

Ох! Горло горит огнем, на глазах наворачиваются слезы. Но алкоголь делает свое дело — вселяет в меня фальшивую храбрость.

— Тише, — говорит Эд. — Цеди понемногу.

Я киваю.

Он снова наполняет свой и мой стакан, игнорируя Лейфа.

— Так о чем ты хочешь поговорить?

— О, нет, пока все в порядке. Спасибо. Я использовала все свои слова на данный момент. Вы двое давно не виделись, и, наверное, хотите наверстать упущенное.

Лейф прячет улыбку.

— Черт возьми, это так странно. Она так отличается от себя прежней.

— Она, между прочим, здесь. — Я машу рукой. — Почему люди говорят о тебе, как будто тебя здесь нет? Это так грубо.

— Думаю, ты на пятьдесят три процента другая, — говорит Эд с более мягкой улыбкой.

— Неужели?

— Ага. Я подсчитал. Ты реагируешь так, как я ожидаю, примерно в половине случаев, так что…

Я неразборчиво бормочу в ответ и размышляю над его словами.

Это означает, что я все еще ужасный человек или он имел в виду изменения к лучшему?

В общем-то, мне нравится, какая я сейчас. Большую часть времени.

— Она стала намного веселее, чем раньше, — продолжает Лейф.

— Я так рада, что могу тебя развлечь. Вас только двое или у вас есть еще братья и сестры?

— Еще есть старший брат, Нильс. Он — молчаливый гигант.

Я гляжу на Эд.

— Не-а, — говорит Лейф. — Нильс не такой. Эд счастлив и добродушен большую часть времени. Но, предполагаю, ваш разрыв подпортил его жизнерадостность. Я имею в виду, ты и он были…

— Ты права, Клем, — перебивает его Эд. — Очень невежливо, когда люди говорят о тебе так, будто тебя нет в комнате.

Лейф смеется.

Они начинают говорить о тату-салоне, обсуждать общих знакомых татуировщиков, которых Лейф видел во время своего пребывания на Тихоокеанском побережье.

Я медленно потягиваю виски и похлопываю Горди, когда он подходит попрощаться, прежде чем снова лечь в свою собачью постель. Такой вежливый пес.

Я вспоминаю, что Лейф говорил об объявлении в его Instagram и задумываюсь. Может пора создать новые аккаунты в соцсетях? Было бы здорово окунуться во что-нибудь. Иметь какую-то цифровую запись моей жизни.

Я просматриваю телефон и останавливаюсь на иконке Instagram. Конечно, у меня не будет подписчиков, но какая разница. Это будет для меня, а не для других. Размещение фотографий в публичном месте сделает мое существование более реальным. И более постоянны. Телефон, где хранятся фотографии, можно украсть. Воспоминания можно потерять. Но как только они появляются в сети, потребуется нечто большее, чем просто случайное ограбление, чтобы потерять их.

Нужно всего пять минут, чтобы настроить аккаунт и оставить свой цифровой след. Это странно расслабляет. Как будто я только что получила страховку.