Мистер Совершенство - Дж. Э. Хасс

Я вижу, что она уже близко. Рука, поддерживающая ее вес, дрожит, затем сгибается, и Элли откидывается на стол, широко раздвинув ноги. У нее мокрые пальцы и она сжимает зубы, когда доходит до кульминации.

Я сильнее сжимаю член, быстрее двигаю рукой, а затем наклоняюсь, поднимаю ее платье, убирая с дороги, и выстреливаю спермой на ее обнаженный живот, пока она за этим наблюдает. Мы оба замираем на несколько мгновений. Нет ничего, кроме нашего тяжелого дыхания. А затем я разрушаю момент:

— Я смогу справиться с отсутствием секса, — говорю я, направляясь в свой офис.

— Подожди!

— Чего именно? Я сейчас принесу полотенце, чтобы тебя вытереть. Сейчас вернусь.

— Мак…

Я открываю дверь, прохожу в кабинет и иду в ванную, беру полотенце, а затем возвращаюсь в кабинет Элли и вытираю свою сперму с ее живота.

Глава 14

Элли

— Каков наряд для завтрашнего дня? — спрашивает Мак, небрежно вытирая полотенцем свой все еще твердый член, снова приводя себя в порядок. Занимаясь этим, он смотрит вниз, и мне требуется всего несколько секунд, чтобы понять, что он уставился между моих ног.

— А что? — спрашиваю я, спрыгивая со стола, и обхожу его стороной.

Всем своим телом он поворачивается вслед за мной, и я отступаю, пока не упираюсь в стену позади себя. Поправляю свое черное платье, расправляя его на бедрах, и пытаясь выяснить, что же случилось с моими туфлями, замечаю движение за спиной Мака. В дверях стоит Мин — руки в боки, с открытым ртом и выпученными глазами.

— Эм… — громко говорю я. — Завтрашний наряд.

Я смотрю на Мака, а он все еще на меня, заправляя обратно в брюки рубашку. Качнув головой в сторону двери на Мин, я как бы говорю ей: «Убирайся нахрен, пока он тебя не увидел!».

— Ага, — подтверждает Мак. — Так что же завтра?

— Эм… — снова повторяю я, затем слышу тихий щелчок из офиса Мака, и теперь зная, что Мин ушла, начинаю дышать спокойнее. — Повседневный бизнес-стиль, конечно. Это же пятница.

— Что именно ты наденешь? Джинсы и футболку? — я рассмеялась этому предположению.

— Нет, — снова смеюсь я. — Завтра на мне будут широкие брюки и майка, а поверх нее шелковая блузка.

— Звучит прекрасно, — говорит Мак, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в щеку. — Не могу дождаться.

А потом он уходит в свой кабинет, закрывая за собой смежную дверь.

Меня и раньше озадачивали мужчины. Черт, меня, наверное, озадачивало большинство мужчин. Но от конкретно этого, у меня отвисла челюсть. Как он может быть одновременно таким чертовски горячим и таким чертовски отвратительным?

«Ох, мисс Хэтчер, — мысленно напеваю я. — …пришло время вас трахнуть. А после того, как мы это сделаем, я клюну тебя губами в щеку, похлопаю по заднице и скажу: «Спасибо, детка, было весело»».

Меня даже не хлопнули по заднице. И не поблагодарили за веселье.

Вот ублюдок.

Стук в дверь моего кабинета возвращает меня в реальность. Дверь приоткрывается, и сердито взирая на меня, в нее заглядывает Мин.

— Поверить не могу, — говорит она, пока Аделин благодарит своим «Спасибо» и «О, так мило» людей в холле. Затем Мин хватает ее за руку и затаскивает в мой кабинет, захлопывая за собой дверь. — Какого хрена я только что видела? — кричит Мин.

— Тссс, — говорю я, указывая на дверь. — Он с другой стороны этой чертовой двери!

— Он ушел, — говорит Аделин. — Он очень сильно торопился отсюда уйти. Даже не остановился, чтобы взять автограф.

— Ты достала телефон? — спрашиваю я Мин.

— Нет! — отвечает она. — Я посмотрела везде. Его там не было. Должно быть, Стоунволл держит его при себе.

— Ты, должно быть, прикалываешься. Так что, я только что позволила ему…

Мин машет передо мной пальцем:

— Не притворяйся со мной, подруга. Ты позволила ему кое-что сделать не для того, чтобы меня прикрыть. Когда это началось? И что случилось с этим кабинетом? Здесь все выглядит совершенно новым.

— Да, — говорит Аделин, проводя пальцем по мягкой ткани кресла, стоящего перед столом, затем удобно на нем усаживается. — Я бывала в этом кабинете раньше. Он был отвратительным. В последний раз здесь пахло сигарами.

— Он просто… он… просто сделал мне сюрприз. Сегодня вечером.

— Да, — говорит Мин, садясь на второе кресло, стоящее перед моим столом. — Своим членом в твоей киске.

— У нас не было секса! — настаиваю я.

— Я слышала, как вы оба кончили, — говорит Мин.

— О, боже, ты врешь…

— Конечно же, нет. Я все время прислушивалась к тому, что здесь творилось, — она скрещивает руки и ноги, словно это окончательный ответ, а затем кивает головой. — Теперь начни рассказ с самого начала и не останавливайся, пока мы не доберемся до вот этого самого момента.

Я вздыхаю, затем обхожу вокруг свой новый стол и сажусь в кожаное кресло, где только что сидел Мак. Кресло все еще хранит его тепло, которое я ощущаю своими оголенными бедрами, и мне хочется, чтобы оно не пропало так быстро.

Господи. Во что я ввязалась?

— Я так счастлива, что приехала сюда сегодня, — с усмешкой произносит Аделин. — Не упусти ни одной детали.

Итак, я пересказываю последние два дня и начинаю с того момента, когда Мак стоял у подножия горки.

***

— Ну, — говорит Аделин, когда я заканчиваю. — Этот кабинет прекрасен.

— Я не понимаю, — говорит Мин, прикусывая ноготь — плохая привычка, которую мы обе приобрели за эти годы. — Что именно он делает? Пытается переплюнуть своего брата?

— Подожди, ты думаешь, что он ревнует к тому, что я встречалась с Хитом?

— Ты не встречалась с Хитом! — говорят они хором.

— Ты просто бредила, Элли, — добавляет Аделин. — Хит морочил тебе голову, я ведь уже тебе об этом говорила.

— Да, — поддерживает ее Мин. — Я тоже так думаю. Я имею в виду, что никогда не думала, что вы с ним будете встречаться, даже через миллион лет, но теперь, когда об этом упоминает Аделин, думаю, именно поэтому он притворялся, что у вас двоих есть шанс.

— Ну, спасибо, девчонки! — я закатываю глаза. — Какой милый способ заставить девушку чувствовать себя неадекватной.

— Это совсем не то, на что мы намекаем, Элли, — говорит Аделина. — Ты слишком хороша для Хита. Ему просто нравятся распутные девки, а ты не в его вкусе.

— Так почему же Мак все это делает? — спрашиваю я. — Если не из-за Хита?

— Мак? — усмехается Мин. — Теперь ты называешь его Мак?

— Что? Я же тебе говорила, это его имя!

— Ты ему нравишься, — говорит Аделина. — Я ставлю