Суданская роза - Юлия Чалова

- Яна, на самом деле, я хотел отложить этот разговор до утра. Чтоб мы оба хотя бы нормально выспались. В этом доме нам точно никто не угрожает.

- Влад, - тихо перебиваю его я, - когда все это началось?

Молчит. Штормовой, напряженный взгляд направлен куда-то вдаль, как будто он перебирает какие-то события из прошлого.

- Помнишь ту нашу встречу, когда ты первый раз оказалась в моей квартире? – хмуро усмехается Влад.

Моментально киваю. Тот день навсегда останется в моей памяти. С того момента изменилось многое, но сумасшедшее чувство влюбленности – оно никуда не исчезло.

- Ты был ранен, терял сознание …

- А ты читала мне сказки Шахерезады. Я помню, это была ее последняя сказка, - перебивает меня Влад и его глаза вспыхивают обжигающими искорками.

От этого сладкого воспоминания захватывает дух и не успеваю опомниться, как Влад накрывает меня поцелуем. Нежным, порывистым и долгим. С явной неохотой отрываясь от моих губ, Влад продолжает и я отмечаю, как от возбуждения в его голосе появляются чуть хрипловатые нотки.

- С самого начала, когда я тебя увидел, я просто потерял голову. И как я ни старался это скрывать, видимо, это было сразу заметно. Я пытался держаться от тебя подальше, но Янка – ты просто мое наваждение. В тот день, когда ты приехала, мне пришлось встретиться с теми, кто пытался шантажировать тобой. Одного такого слишком борзого ублюдка я утихомирил навсегда. Результат – два ранения, те самые, которые ты тогда и увидела.

Расстегиваю его рубашку, поддаваясь какому-то безотчетному инстинкту и вижу хорошо знакомые пулевые шрамы. Провожу по ним пальцами, чувствуя, как пьянею от прикосновений к телу Влада. Он не останавливает меня, смотрит и в эту минуту едва слышно дышит, как будто боится меня спугнуть.

- Янка, я реально с ума сходил по тебе с самого начала. И сейчас тоже… Мне многое, очень многое тебе надо рассказать. Но знай одно – я никуда от тебя больше не уйду. Мне не нужны другие женщины, для меня есть только ты.

- Влад, почему ты не рассказывал с самого начала о том, что в тебя стреляли из-за меня? Сколько раз это было? Почему ты молчал?

- Потому что был дураком. Идиотом был, - просто отвечает Влад и невесело усмехается, - но теперь все будет по-другому. Только ты приготовься к тому, что вся эта история получится очень длинной.

- Ну что ж, значит у Шахерезады появится материал для новых рассказов. Время писать новые сказки, - лукаво улыбаюсь я, снова возвращаясь к воспоминаниям того давнего вечера в квартире Влада.

Чувствую себя совершенно раздетой под пристальным, изучающим взглядом Влада.

- Яна, ты готова принять меня таким, какой я есть на самом деле? Ты готова узнать всю правду о том, чем я занимаюсь?

- Да, - не задумываясь, на автомате выпаливаю я, - полностью готова. Чем бы ты ни занимался, что бы ты ни делал. Кстати, тот восьмой томик «Тысячи и одной ночи» я у тебя так и не забрала.

Глаза Влада светятся победными искорками и он, взяв меня за руку, утягивает в спальню. Открывает один из ящиков прикроватной тумбочки и извлекает оттуда хорошо знакомую книжку.

Восьмой том «Тысячи и одной ночи», тот самый.

Не могу сдержать эмоций и чувствую, как по щекам катятся слезы. Господи, он восемь лет хранил эту книгу и перевез ее даже в свой новый дом?

Пьяно пошатывает от слез, смешанных с безудержными поцелуями.

В эту минуту я больше не хочу никаких разговоров. Я хочу только Влада.

Не помню, как мы оба оказываемся на огромной постели и в какой момент с меня окончательно слетает вся одежда. Обжигающее безумие охватывает нас обоих, не дает опомниться и накрывает с головой.

От понимания того, что теперь мы – навсегда вместе, в моей голове напрочь слетают все тормоза. Что-то шепчу в исступлении, выстанываю имя своего мужчины, схожу с ума от его порочного и одновременно нежного шепота. Тону в его поцелуях и дурею от каждого его рывка во мне.

Горячие волны невыносимо-сильного наслаждения накатывают и не торопятся отступать. С каждым прикосновением, поцелуем и новым оргазмом, этой ночью мы, словно заново открываем друг друга.

И мне доставляет особое, непередаваемое и взрывное удовольствие ощущать, как он кончает в меня, словно пытается пометить свою территорию. То, что позволено только одному мужчине – только Владу.

Наспех утолив жажду друг друга, продолжаем тонуть в сумасшедших ласках, откровенных признаниях и безудержных поцелуях. Теперь уже – медленно и ненасытно.

Наши тела сплетаются в безумной агонии, Влад ловит поцелуями мои стоны нескрываемого и необычайно-острого наслаждения. Медленно, с оттягом, вколачивается в меня на всю длину и кончает, не отрывая от меня помутневшего взгляда.

За окном спальни пепельно-серой дымкой брезжит рассвет. Теряю счет бесчисленным признаниям в любви, тонущим в сладкой эйфории этой ночи. Устало сворачиваюсь клубочком в объятьях Влада и чувствую, что проваливаюсь в сонное забытье.

- Янка … , - едва слышу его хрипловатый шепот.

- Влад, любимый… давай утром... я устала, - тихонечко бубню себе под нос и сквозь полусонный морок слышу, как почти бесшумно выдвигается ящик прикроватной тумбочки.

Чувствую, как мне на безымянный палец надевается кольцо. Мгновенно открываю глаза и ошалело рассматриваю свою руку. Золотое, с большим бриллиантом, игриво искрящемся в сероватой дымке первого осеннего рассвета.

Поднимаю глаза на Влада и ловлю его довольную улыбку. Ту самую, с ямочками на щеках. Улыбку, в которую я безумно влюблена с первого взгляда.

- Выходи за меня замуж, - шепчет он и сейчас в его стальных омутах сотня безбашенных чертей отплясывает озорной танец.

От удивления чуть приоткрываю рот и мое «да» тонет в очередном и очень нежном поцелуе.

Глава 11. Кто и как куролесил (Яна)

Открываю глаза и самая первая мысль в голове – а вдруг это был только сон?

Закутанная в воздушное и мягкое одеяло, я осторожно гляжу на безымянный палец правой руки. Бриллиант играет переливчатыми бликами в золотистой дымке полуденного солнца.

Мне не приснилось. И это – прекрасная новость наступившего нового дня.

Настенные часы показывают ровно полдень. Влада в спальне нет, но я отлично чую доносящийся из кухни аромат чая с мои любимым чабрецом. От удовольствия зажмуриваюсь и какое-то время лежу улыбаясь. Сердце учащенно бьется в предвкушении чего-то необычайно приятного, озорного и однозначно обещающего счастье.