Роковой - Джулия Фокс

Андрей (6:40): Мне нужно была свежая рубашка, поэтому я уехал домой. Ты выглядела слишком мило, чтобы тебя разбудить. Я уже скучаю по тебе. Увидимся в офисе, киса.

Он заставлял меня чувствовать себя школьницей. Я откинула голову на подушку и уставилась в потолок. Прошлая ночь была совершенной. Между ног еще саднило от его проникновений. Я провела рукой по губам вспоминая как: Андрей целовал мои губы, как его язык проникал в мои губы и как он им меня трахал. Наверное мы не дали Антону уснуть прошлой ночью. Андрей ставил меня раком и мы занимались каким-то безумным примирительным сексом. Как будто мы нуждались в этом отчаянно. В ту минуту, когда наши тела соединились, все наши проблемы были решены.

Мы также говорили о любимых фильмах и еде. Мы смеялись и подшучивали друг над другом. Я протащила пиццу в спальню, как только Антон заснул. Возможность увидеть его сторону, которую, по его словам, не замечает большинство людей, заставила меня почувствовать себя особенной. У меня было чувство, что мы являемся особенными друг для друга.

Мы не говорили ни о работе, ни о семье, ни о чем-то удручающем. Вместо этого, мы говорили о наших любимых фильмах, еде, хобби и шоу. Мы поели и еще немного поговорили.

Сработал будильник и я вскочила с кровати. Как только мои ноги коснулись пола, я пожалела, что двигалась так быстро. Мои бедра болели, как будто я всю ночь делала выпады и приседания. Приятная горячая ванна уменьшит боль. Я завершила свою утреннюю рутину, которая была похожа на мою ночную. Я накрасилась, высушила волосы феном и направилась к шкафу, чтобы найти, что надеть.

Сегодня я решила надеть красное платье. Оно идеально облегало мои изгибы, но и не было слишком тесным. Мои черные туфли хорошо смотрелись с такой же сумочкой. Мне было интересно, что Андрей подумает обо этом наряде. Для уверенности, я накрасила губы в красный цвет. Я пожала плечами и направилась на кухню. Только потому что у меня было отличное настроение, я приготовила нам с Антоном кофе и яичницу.

— Как вкусно пахнет.

Прозевал Антон, когда он вошел на кухню, выглядя еще красивее, чем вчера, в синем костюме.

— Сегодня замечательное утро.

Сказала я, широко улыбаясь и пододвигая тарелку к нему. Он остановил его рукой и сел на табурет.

— Ооо, да. Я слышал, как прошла громка твоя ночь, поэтому и утро выдалось замечательным.

Я бросила вилку в его сторону. Он поймал ее и я закатил глаза.

— Перестань, сколько раз мне приходилось терпеть громкие крики оргазмов твоих подруг?

Он посмотрел на меня и подмигнул.

— Я знаю, как доставить удовольствие дамам. Что я могу сказать?

Я покачала головой и продолжила завтракать. Честно говоря, те несколько раз, когда я занималась сексом с Антоном, я была пьяна. Я действительно не помню, имитировала ли я свои оргазмы или нет, но я решила держать это при себе, не желая задеть его чувства.

— Кажется у вас все серьезно?

Сказал он, откусывая последний кусок омлета.

— Да, он на самом деле попросил меня стать его девушкой.

Я колебалась со словом «девушка», не зная, как оно звучит.

Антон подавился кофе.

— Прости, ты только что сказала «девушка»?

Он прочистил горло и продолжил, когда я кивнула.

— Вау, ребята, вы слишком серьезно ко всему относитесь.

Я прикусила губу.

— Ты думаешь, что для этого слишком рано? Я имею в виду, что он мне действительно очень нравится. Я чувствую себя счастливой рядом с ним.

Выражение лица Антона стало непроницаемым, что было впервые с тех пор, как я узнала его так хорошо. Каждая его складка или морщинистое выражение лица, не были для меня новыми, но это определенно было новым. Это заставило меня немного нервничать.

— Полина, ты действительно заслуживаешь быть счастливой и если Бродский сделает тебя счастливой, то дерзай.

— Я его почти не знаю.

— Вы можете быть с кем-то с детства и узнать о нем что-то новое. Люди всегда меняются. Пусть это тебя не пугает.

— Спасибо.

Я была шокирована его искренними словами.

— Пожалуйста, Полина, ты же знаешь, что я тебя люблю.

— У меня никогда не было с тобой серьезного разговора. Это другое. Обычно ты тупой или рассказываешь грязные шутки. Это приятные перемены. Правда, спасибо тебе, Антон.

— Да уж, не привыкай. Кстати, ты выглядишь горячо.

Он шлепнул меня по заднице.

— Ааа, ничего не меняется.

Крикнула я, подняв голову вверх. Мы рассмеялись и вышли за дверь.

Прибыв в офис, нас сразу же встретил секретарь.

— Полина, Андрей ожидает тебя, он в малом конференц-зале и хотел бы, чтобы ты отправились туда.

— Спасибо, Антон увидимся позже.

Я подмигнула ему направляясь в конференц-зал.

Дверь была открыта, поэтому я вошла прямо во внутрь. Мое тело полностью остановилось, застыв на несколько секунд, анализируя то, что я видела. Андрей сидел во главе стола, как и вчера. Но на этот раз, на столе напротив него сидела девушка. Она игриво смотрела вниз, говорила и смеялась, и Андрея забавляло то, что она говорила. Его улыбка стала шире при виде меня.

— Милая, привет.

Женщина оглянулась через плечо, чтобы взглянуть на меня. Андрей встал со стула и направился ко мне. Он обнял меня и поцеловал. Женщина встала рядом с сиденьем Андрея, лицом к нам.

— Э-э, доброе утро.

Сказала я. Он схватил меня за руку и повел туда, где только что сидел.

— Полина, это Алла, она мой помощник. Она отсутствовала вчера. Алла, это Полина, одна из наших новых практикантов и моя девушка.

Алла представляла из себя жгучую брюнетку, с выразительно карими глазами. Она выглядела потрясенной. Ее глаза расширились от удивления.

— Не знала, что у тебя кто то есть, Андрей… а, привет, приятно познакомиться.

Она протянула руку. Я тоже и мы неловко пожали друг другу руки. Она кивнула и посмотрела на нас обоих. Я чувствовала себя неловко, зная, что она вероятно думает: «Почему она?» Андрей не обращал внимания на все это. Он просто стоял там с широкой улыбкой на лице. Я не знала, почему он был так счастлив. Было ли это потому, что он впервые представил меня как свою девушку? Или из-за того, с кем он меня познакомил.

— Что ж, я пойду к себе. Поговорим позже, Андрей.

— Было бы здорово, спасибо.

Она помахала нам, а затем ушла.

ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ ГЛАВА

— И так, крошка.

Игриво сказал он, наклоняясь так, чтобы мы были на уровне глаз.

— Ты выглядишь