Час на соблазнение - Джанис Мейнард

– Быстро.

Пожав плечами, Квинтен сбросил полотенце и забрался в кровать.

– Не хотел терять ни минуты с тобой.

Кэти закатила глаза.

– По лимонаду, а потом потанцуем босиком?

– Не смейся надо мной. – Квинтен обнял девушку и медленно ее поцеловал.

– Мы что, опять займемся сексом? – зевнув, спросила она.

– Ложись‑ка, мы будем спать.

– Да, сэр, – сонно пробормотала Кэти. Удобно улегшись рядом, Квинтен произнес:

– Так хорошо, Кэт.

– Да.

Последним, что он помнил, было то, что Кэти, вздохнув, взяла его за руку – и они оба провалились в блаженную дрему.

Квинтен проснулся в пять утра от непреодолимого ощущения, что что‑то не так. Нащупав телефон, он отвернулся от спящей Кэти, чтобы не потревожить ее, и открыл прогноз погоды. Сердце его упало. Он боялся не за себя, а за свою гостью, что с такой готовностью приехала в Мэн, дабы помочь всей семье Стоун.

И все же, как бы Квин ни старался соблюдать тишину, Кэти проснулась. Приподнявшись на локте и отодвинув волосы с лица, она спросила:

– В чем дело?

Отложив телефон, Квинтен произнес:

– Ложись, мы со всем разберемся утром.

Девушку не нужно было долго уговаривать – спустя несколько минут она снова провалилась в сон. Квин же так легко заснуть не мог и забылся намного позже тяжелым сном.

Когда в окно заглянул рассвет, он выскользнул из постели, надел спортивные штаны и потихоньку прошел в гостиную с намерением включить телевизор, пока не отключили свет. Через несколько часов, возможно, они будут отрезаны от внешнего мира.

Посмотрев новостной выпуск, Квинтен нахмурился: похоже, Сосновый штат ожидают серьезные испытания. Обычно ураганы ослабевали над холодными водами океана в этом регионе, но этот был упорным и неотвратимо настигал побережье. Ночью скорость его передвижения только возросла, и хаос с разрушениями уже царили по всему северо‑восточному побережью – под ударом была территория юга Новой Англии, где и располагался штат Мэн.

В дверях показалась Кэти. Она пересекла комнату и села на колени к Квинтену.

– Сколько у нас времени? – спросила она.

Квин обнял ее, все еще горячую после сна.

– Сложно сказать навскидку. Вероятно, самый сильный удар стихии придется на полночь, плюс‑минус.

– Ненавижу ночные бури. Днем они не так страшны. Я предпочитаю смотреть в лицо опасности.

Квинтен широко улыбнулся.

– Хочешь сказать, что хотела бы стоять на скале и наслаждаться морскими брызгами?

– Имея гарантию того, что со мной ничего не произойдет, я бы с радостью бросила вызов этому урагану. Испытала бы на себе мощь стихии – есть в этом что‑то завораживающее.

– Ты сумасшедшая, но мне это нравится. – Квинтен взял пульт и убавил звук до минимума. – Но я не вижу смысла в пустых переживаниях. До полудня мы вполне можем заниматься привычными делами.

– Согласна. – Встав, Кэти потянулась. – Мне предстоит закончить два весьма важных доклада – тогда я смогу вздохнуть свободнее.

– Звучит неплохо. Когда закончишь, нужно будет наполнить все ванны и раковины водой. Вскипятить ее мы всегда сможем потом, но запасы нужно сделать сейчас. А я посмотрю, все ли в порядке снаружи. Все машины в гараже, твоя тоже. Не забудь зарядить все электронные устройства.

Кэти недовольно наморщила носик.

– Все это вполне реально, так ведь? Мне не снится сон?

Она отправилась одеваться, а Квинтен позвонил Фарреллу.

– Ты где, дружище?

Голос брата показался Квину встревоженным.

– Все еще в Портленде вместе с Заком. Мы закрыли завод и офис, отправили всех домой. Сейчас нам уже поздно ехать на север, так что я нанял местного паренька, чтобы он позаботился о моем доме и доме Зака.

– Я бы с радостью сделал это для вас, – недовольно сказал Квинтен.

– Знаю. Но тебе велено сидеть тихо, да и потом, я уверен, тебе самому забот хватает. Кстати, Кэти уехала?

Квинтен вспыхнул.

– Нет, она все еще здесь.

В трубке воцарилось молчание. Фаррелл вздохнул.

– Скажи ей, чтобы позвонила мне. Я заеду в ее дом сегодня днем.

– Будьте осторожнее там с Заком.

– И вы тоже. Думаю, скоро мобильная связь оборвется. Так что свяжемся по возможности. Люблю тебя, братишка.

– И я тебя.

– Квин?

– Да?

– Что у вас там происходит с Кэти? Я бы хотел получить свою помощницу назад как можно скорее. Прошу, береги ее.

– Я с радостью.

Фаррелл с негодованием пробормотал что‑то.

– Я серьезно. Веди себя умнее. Кэти нужна компании.

– Она нужна и мне, – с трудом вымолвил Квинтен. Слова эти дались ему нелегко.

– Никогда не слышал, чтобы ты говорил так о женщинах, – с удивлением произнес Фаррелл.

– По‑твоему, я бесчувственный зомби?

– Кто сказал, что у зомби не бывает чувств?

– О боже – давай на этом закончим нашу беседу.

Фаррелл ухмыльнулся.

– Нас ожидают нелегкие деньки. Береги себя, Квин, и Кэти тоже.

После беседы с братом и ставшего неожиданным откровения ему о Кэти Квинтен решил какое‑то время провести наедине с собой. Впервые за много лет он поймал себя на том, что не думает о лыжных гонках. Не волновало его и поврежденное колено.

До пришествия урагана все еще оставалось несколько часов, но океан был уже неспокоен, да и небо над головой приобрело тревожный свинцово‑серый оттенок. Облака неслись так быстро, что было ясно: грядет что‑то страшное.

Сунув в рот несколько орехов, чтобы перебить голод, Квинтен принялся за дела. У него не было специальных ставен, что закрывают на время урагана, но недавно Фаррелл привез несколько листов фанеры со склада. Он собирался использовать их в новой лаборатории, однако Квин решил, что они сослужат ему куда лучшую службу сейчас.

Составив листы на тачку, он отвез их к фасаду дома. Спустя какое‑то время стало ясно, что без помощи Кэти ему все же не обойтись. Дело было даже не в том, что колено все еще плохо ему повиновалось, просто тяжелую фанеру оказалось крайне неудобно в одиночку поднимать по лестнице. Пришлось отправлять девушке сообщение. Она пришла моментально и тут же оценила ситуацию.

– Что, думаешь, будет так плохо? – спросила она.

– Фаррелл полагает, что да. Вот я и вспомнил про фанеру. Помоги мне втащить листы по лестнице и подержать их, а я буду забивать гвозди. Стремянка уже у крыльца.