Любить не страшно! - Дебора Тернер

— Не волнуйтесь, я умею обращаться с лодкой.

Полчаса спустя Энджи, переодевшись и надев широкополую шляпу, загрузила в шлюпку корзинку с едой и питьем и ветровку — на случай, если станет прохладно.

— Но если вдруг погода испортится или еще что-нибудь пойдет не так, — напутствовала ее экономка, — оставайтесь в бухте и ждите, если вас долго не будет, я пришлю за вами мужа.

Энджи заверила, что так и поступит.

Благополучно доплыв до Белой бухты, Энджи сошла на берег и отправилась исследовать рощицу. Когда солнце стало заметно припекать, она расстелила под пальмой плед и села перекусить. Миссис Болтон была прекрасной поварихой, но вопреки ее предсказаниям Энджи не очень проголодалась. Она съела только кусочек пирога и ломтик бекона, запив все это домашним лимонадом.

Энджи было грустно. Ее пребывание на острове подходило к концу, завтра она попрощается и с этим прекрасным местом, и с Кейдом. Она не вернется на Треско, а Кейд не станет ее разыскивать, но Энджи этого и не желала: пока в жизни Кейда есть Селин Рокстен, он мало, что может предложить другой женщине.

Энджи посмотрела на часы. Время еще есть. Она легла на плед и стала смотреть на море, потом закрыла глаза. Как оказалось, зря. С закрытыми глазами она почему-то еще отчетливее вспоминала каждое движение Кейда, каждый его взгляд, каждое слово, его ослепительную улыбку, его красивое лицо с правильными, чуть резковатыми чертами. И собственную реакцию на его поцелуи и ласки. Энджи прекрасно помнила, что Кейд без труда воспламенял ее в считанные секунды.

И еще ее пугала пустота, образовавшаяся в том месте, где еще недавно жила независимость.

Энджи не знала, когда у нее созрело решение не полагаться больше на другого человека, не рассчитывать ни на кого в своем стремлении к счастью. Решение это не было осознанным. Перед глазами Энджи был поучительный пример матери, зависевшей от мужа так сильно, что эта зависимость стала ненормальной и довела ее до полной потери самостоятельности. Глядя на мать, Энджи дала себе слово никогда не повторять ее ошибку. И вот теперь ее решимость дала трещину. Своей бьющей через край мужественностью Кейд разрушил все ее защитные барьеры, но дело было не только в этом. Она привыкла делиться с Кейдом своими мыслями и знала, что ей будет недоставать ежевечерних телефонных разговоров с ним, она мечтала, чтобы у них было общее будущее… Энджи пробил озноб, она поежилась и обхватила себя руками.

— Неужели я влюбилась в Кейда Рассела? — произнесла она вслух. — Этого не может быть!

Физическое влечение, даже самое сильное, еще не любовь, то, что Кейд оказался интересным собеседником, тоже не имеет отношения к любви, просто он умный, образованный человек, а ей всегда нравилось общаться с умными людьми. Энджи не сомневалась, что, если бы Кейд не родился в богатой семье, он сумел бы добиться всего, что у него есть сейчас, собственными силами. В серьезных экономических изданиях его называли блестящим бизнесменом, обладающим недюжинным умом и силой воли. Эти качества — определяющие свойства его личности, а не результат происхождения.

— А еще он выглядит как герой романтических грез девушки, — пробормотала Энджи в приступе презрения к себе.

Она покачала головой. Странное дело, чем больше она думает о Кейде, тем большей силой наделяет его ее сознание.

Еще раз взглянув на часы, Энджи подумала, что пора отправляться в обратный путь. Сложив плед и подхватив корзинку, она села в шлюпку и начала энергично грести, надеясь, что физическая нагрузка поможет ей избавиться от мыслей о Кейде. Не тут-то было. Однако Энджи опомнилась только тогда, когда вдруг поняла, что ее уносит в открытое море. Она корила себя за беспечность: с морем шутки плохи, в море нужно думать только о море, тогда бы с ней ничего не случилось. Но сожалеть об ошибке было поздно, нужно было ее быстрее исправить.

— Надеюсь, в этой шлюпке есть якорь? — пробормотала Энджи.

Увы, якоря не оказалось. Тем временем течение стало показывать, на что оно способно. Энджи стоило большого труда даже удерживать лодку на месте, не говоря уже о том, чтобы продвигаться к берегу. А до берега далеко, поняла она со страхом. А тут еще ветер поднялся… Энджи стиснула зубы, постаралась не думать о самом страшном и налегла на весла, внушая себе, что каждый гребок приближает ее к берегу.

Куда подевались яхты, которых обычно напротив Белой бухты полным полно? — думала она. Правда, кое-где виднелись треугольники парусов, но их было мало, и до них было далеко, даже если она закричит, ее не услышат. Оставалось надеяться только на свои силы, а они таяли.

Энджи еще раз оглянулась, ни на что особенно не надеясь. Огибая оконечность мыса, по направлению к ней по волнам скользила яхта. Энджи бы завизжала от радости, но на визг уже не осталось сил, поэтому она только лихорадочно замахала руками над головой.

— Слава Богу, — пробормотала она, — теперь меня спасут.

С яхты дали гудок, давая понять, что увидели ее и поняли просьбу о помощи. Яхта подходила все ближе, Энджи уже видела мужчину, стоящего у штурвала. Вот он выключил двигатель, судно теперь шло только по инерции. Когда шлюпку и яхту разделяло несколько метров, Энджи узнала рулевого. Кейд! Ее сердце подпрыгнуло в груди и забилось радостно.

Умело маневрируя, Кейд подвел яхту почти вплотную к шлюпке.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Кейд хриплым от волнения голосом.

Энджи посмотрела в его горящие глаза и бесцветно пробормотала:

— Нормально.

— Перебирайся на яхту, я возьму шлюпку на буксир.

Легко сказать, перебирайся. Как только Энджи встала, у нее подкосились ноги. По-видимому, пережитое напряжение истощило ее силы, и она не могла даже стоять самостоятельно. Пробурчав под нос ругательство, Кейд бросил в шлюпку трос с крюком, подтянул ее к катеру и закрепил. Затем, перегнувшись через борт, подхватил Энджи на руки и перенес на яхту.

— Не понимаю, почему меня не держат ноги? — беспомощно сказала Энджи. — Устали-то у меня только руки и плечи.

— Это шок, — коротко бросил Кейд, опуская ее на мягкое сиденье у стены рубки. — Не двигайся.

Оставив Энджи, он снова вернулся на корму и немного отпустил трос, чтобы шлюпка могла плыть за яхтой на буксире. Энджи смотрела, как Кейд разматывает трос. Игра сильных мускулов под загорелой кожей рук заворожила ее. Странно, подумала Энджи, у меня совсем не осталось сил, но, несмотря на это, во мне шевельнулось желание, и не просто шевельнулось, кажется, из глубины моего существа поднимается какая-то мощная, пугающая сила. Наверное, я буду реагировать на Кейда Рассела даже на смертном одре, заключила она с горькой самоиронией.

Кейд выпрямился и посмотрел ей в глаза.

— Почему ты не бросила якорь и не подождала, пока кто-нибудь придет к тебе на помощь?

— Я шлюпке нет якоря. Кейд снова тихо выругался.

— Это мое упущение, теперь якорь будет. Энджи истерически рассмеялась.