Ах, эта волшебная ночь! - Алина Кускова

– Короче, Клементина, – потребовал дед, занявший свое привычное кресло.

– Короче, – Клементина широко распахнула объятия, – я приглашаю всех к нам в дом! У меня там сюрприз: яблочный пирог!

– Так нечестно, – возмутился Алексей, – вы сразу это спланировали!

– Честно, Лешенька, честно. Дома сражаться и стены помогают, – заключил Константин Бенедиктович, поднимая отца. – Пора домой – кушать и в теплую постель, Бенедикт Аполлинарьевич.

– Мне нужно переодеться, – сказала Анжела.

Ей не хотелось уходить из дома Крылова, но остальные с таким энтузиазмом восприняли известие о яблочном пироге, словно до этого голодали на необитаемом острове. Даже Юлька запрыгала и захлопала в ладоши (разумеется, ее поддержал Аполлинарий). Остальные, кроме старика, были в курсе заговора. А Анжеле так хотелось хорошенько рассмотреть обстановку в доме Крылова, покопаться в семейных альбомах (если таковые имеются, ведь висят же на стенах фотографии; кстати, интересно узнать, кто на этих фотографиях изображен). Постепенно оглядеть каждую мелочь, чтобы создать представление о мужчине в целом. Теперь этого она была лишена. Анжела поднялась на второй этаж в первую попавшуюся комнату и стала неспешно переодеваться, озираясь по сторонам.

Комната оказалась спальней Алексея. Что ж, Анжела тоже выбрала бы такую: не слишком просторную, с одним окном, большой кроватью под пологом, массивным шкафом, столом на витых ножках и расписанным под гжель комодом. В подборе обстановки чувствовалась женская рука. Анжела принялась разглядывать стены. Как того и ожидала, на одной из них увидела портрет матери Крылова, точно матери – женщина была на него очень похожа. Правильные черты, пухлые губы, смешливые морщинки у глаз выдавали натуру добрую и оптимистичную. Анжела вздохнула: повезло Крылову, у него такая хорошая мама, вон полог ему над кроватью прилепила, старалась. А вот ради Анжелы и постараться некому.

– Ты скоро? – в дверь поскреблась Юля. – Мы с Леней ждем тебя внизу. Будем участки переходить по снегу.

– Иду, – откликнулась Анжела, накинула шубку, застегнула сапоги и побежала вниз.

Участками переходили, как партизаны, по цепочке, держась за руки. Если Крылов постарался и очистил свою территорию от снега, то у Пародонтовых, несмотря на обилие мужчин, по участку вилась одинокая тропинка. По ней и шли, а впереди толкали деда.

Можно было обойти и по улице, но Анжела, как и все, захотела особой романтики. К тому же впереди шагал Крылов и держал ее за руку. Впрочем, шагал – сильно сказано. Алексей пятился боком и поглядывал на Анжелу. Было темно, но его заинтересованные глаза Анжела видела слишком хорошо.

Дом Пародонтовых показался Анжеле просто родным, а гостиная – уютной.

– Да, – вздохнул, усаживаясь рядом с ней на диван, Крылов, – моему особняку не хватает хозяйки. Мама часто болеет и редко выезжает из города. С елкой я прокололся. Четно сказать, совсем про нее забыл. А что, надо ее обязательно наряжать?

– Так полагается, – влез в их разговор Константин Бенедиктович, ни на минуту не оставлявший их одних.

Он что, видел, как они целовались?

– Полагается по уставу? – хмыкнул Крылов, явно раздосадованный пристальным вниманием соперника к Анжеле.

– А! А! Вот и вы! – В гостиную влетел растрепанный Евгений. – Я так и знал, что вы вернетесь, тетка вчера весь вечер на кухне возилась!

– Изыди, кошмар моих сновидений, – нахмурился Константин Бенедиктович. – Из-за тебя сидеть не на чем!

– Это не я, это кошка искала в семейном гарнитуре брильянты мадам Петуховой!

Евгений плюхнулся на единственный оставшийся в живых стул (места на диване рядом с Анжелой уже не было) и уставился на гостью немигающим взглядом кобры. Анжела устала выносить этот тяжелый, обвиняющий, ревнивый взгляд и подмигнула обиженному студенту. Тот вздрогнул, раскраснелся и закричал:

– Клементина, шампанского!

– Горько! – вторил ему дед из своего кресла, которое водрузили в гостиной.

– Папа, – обратился к нему Константин Бенедиктович, – тебе пора отдыхать. Пойдем?

– Ни за что, – возмутился тот, – я жду шашлык. Юля обещала его прокрутить в мясорубке.

Юльки действительно не было, как и Аполлинария.

– Пойду, – спохватилась Анжела, – помогу на кухне.

Но ее тут же с двух сторон схватили мужские руки.

– Сидеть! – рявкнул сгоряча Константин Бенедиктович.

– Останься, – попросил Алексей.

И Анжела осталась в комнате с четырьмя мужчинами, которым нравилась. Трое желали заполучить ее в жены, а четвертому она напоминала первую любовь. Никогда еще Анжела не переживала такого триумфа. Но, как и все хорошее, триумф чуть не завершился провалом.

– Добрый вечер, господа!

В гостиную зашла высокая привлекательная брюнетка, которая явно относилась к категории роскошных женщин. Она и одета была роскошно – в длинное черное вечернее платье, выгодно оттенявшее ее белоснежную кожу и подчеркивающее точеную фигуру. На шее красавицы висела брильянтовая подвеска, руки были унизаны перстнями, камни, размером с куриное яйцо, сверкали в электрическом свете. Мягко переступая длинными ногами по ковру, красавица приблизилась к Константину Бенедиктовичу, тот вскочил, уступая свое место, с жаром поцеловал ручку…

– Мы не знакомы, – томно произнесла брюнетка, глядя на Анжелу. – Это и есть ваша шведская миллионерша?

– Да, я она и есть, – отчего-то Анжеле захотелось дерзить этой особе.

– Каролинка, знакомься! – встрял Евгений, тоже подошедший к ней и чмокнувший руку. – Это Аделаида из Урюпинска, богатая вдова и моя невеста!

– С каких это пор?! – возмутился Константин Бенедиктович, взял стул Евгения и сел рядом с дамами. – Аделаида еще не остановила свой выбор ни на ком.

– Очаровательно, – пропела Каролина, сверля Крылова оливковыми глазами, густо подведенными черным карандашом.

Алексей лишь приветственно кивнул, отчего поднялся в глазах Анжелы еще выше.

– Елочка, – наконец отвела взгляд от Крылова Каролина. – Что вы с ней сделали? Какое убожество! Пахнет деревенщиной.

– Пахнет домом, – возразила Анжела. – Но то, что вы наделали, нам тоже понравилось.

– О, – протянула Каролина. – Вы совсем освоились!

– Вот именно, – уточнила Анжела, – со всем и со всеми.

– Кэрол, – прервал их пикировку Крылов, – как провела новогоднюю ночь?

Брюнетка прищурила глаза (и те превратились в две длиннейшие черные стрелы).

– Как обычно, – процедила она, – восхитительно. – Она повернулась к Константину Бенедиктовичу и сообщила: – Муж организовал встречу Нового года в Париже. Салюты, фейерверки, ресторан с хорошей кухней и развлекательной программой, было чудесно. Я прилетела сегодня – и сразу к вам.