Крепость из песка - Люси Монро

Тейра была счастлива и пришла в легкое возбуждение, когда Анджело сообщил ей, что им предстоит путешествие на Сицилию – он представит ее своим родным.

– Наконец.

Тейра подняла взгляд от портативного компьютера.

– Что – наконец?

Их пребывание на Сицилии длилось уже три недели, но медовый месяц не был заполнен исключительно интимными развлечениями. Когда Тейра проявила беспокойство о своей работе, Анджело не замедлил предложить ей работу ее мечты: собственный маленький офис напротив его кабинета на вилле.

Тейре еще никогда не приходилось работать в таких сказочных условиях. Какому младшему менеджеру предоставляли личный рабочий стол работы самого Чиппендейла и возможность ходить босиком по настоящему итальянскому мрамору?

Не говоря уже о штате рядовых сотрудников, готовых в любую минуту исполнить всякую ее прихоть.

Удивительно ли, что она восхищается Анджело? Он вырвал ее из рутины. Любовь ее усиливается. Она уже думала о том, чтобы первой произнести нужные слова, не дожидаясь, пока их произнесет он.

Их отношения не похожи ни на что, с чем она сталкивалась раньше. Анджело ясно показывает, что воспринимает ее как равного человека, а не как женщину, которую мужчине удобно лепить по своему вкусу.

А сейчас голос ее мужа был исполнен такого удовлетворения, что она нисколько не удивилась, увидев выражение триумфа на его точеном лице.

Тейра улыбнулась.

– Ты выглядишь так, как будто только что завладел очередной компанией.

– Как хорошо ты меня изучила. – Казалось, слова Тейры обрадовали Анджело не меньше, чем приятные новости, какими бы они ни были. – Пока еще нет, но скоро это произойдет.

Что-то в тоне его голоса заставило Тейру выдержать паузу.

– Скоро я заполучу компанию, которой добивался очень долгое время.

– Ты все-таки настиг того, кто в свое время лишил вас с матерью собственности?

Она уже знала, пусть ей об этом никто и не говорил.

Необычный свет зажегся в глазах Анджело.

– Да.

– Каким же образом?

– Он стал чересчур самоуверен. Не допускает и тени сомнения, что его планы могут не сработать. И в этом его ошибка.

– Что ты имеешь в виду?

– Его тесть возглавляет группу инвесторов, которая заложила фундамент одного финансового карточного домика. Как только они отзовут свои инвестиции, хваленая компания этого гада станет банкротом.

– А почему его тесть откажется от финансирования?

– Его дочь наконец поумнела, увидела, что за негодяй ее муж, и теперь подает на развод.

Как и богатая наследница, жена Барона. Но Барон сказал, что это он разводится, хотя Тейра могла бы поспорить, что дело обстоит иначе. Разве что Барон нашел приманку побогаче. А это вряд ли, раз он позвонил Тейре.

Как бы то ни было, сейчас не время раздумывать о Бароне. Сейчас ее гораздо больше интересует энергия, которую излучает Анджело.

– Ты этому рад?

– Да, черт возьми. И я этому поспособствовал.

По спине Тейры пробежал холодок.

– О чем ты?

– У него появились связи на стороне.

– Для такого человека это немудрено.

– И я этим обстоятельством воспользовался.

– Как? – Кажется, Тейра уже поняла, о чем идет речь. – Ты сделал так, что его жена узнала о других женщинах?

Ей стало нехорошо. Безжалостность Анджело простиралась дальше, чем она думала.

– Да.

– Это жестоко.

– Ты так думаешь? – Глаза Анджело потемнели, отчасти и от гнева. – А ты не хотела бы знать, кто такой Барон Рэндалл, прежде чем связалась с ним?

– Да, конечно, но здесь же другое дело. Жена уже с ним связана.

– И Барон продолжал бы выжимать ее как губку, если бы она не узнала правду. У них даже могли появиться дети, прежде чем у этой женщины открылись бы глаза.

– Нельзя оправдывать твой поступок такими аргументами. Ты ей сказал об изменах Барона, исходя не из ее интересов, а из своих.

– Я ей ничего не говорил. – Анджело поднялся и склонился над столом Тейры. – Я устроил так, что она узнала о происходящем через друзей, узнала о том, что рядом всегда есть кто-то, кто готов поддерживать ее по мере того, как будут вскрываться новые факты его гнусного поведения. Если бы так произошло с моей матерью, она бы избежала того унижения и сейчас была бы жива.

Тейре хотелось согласиться. Но... Наверняка существовали признаки, по которым мать Анджело могла бы понять, что ее любовник – нехороший человек. Точно так же произошло и с Бароном. Тейра тоже закрывала глаза на многое ради любви.

– Когда Барон выставил меня на публичный позор, рядом со мной тоже были друзья. Но от этого мне не стало легче.

– Ты многого не знала. В противном случае дела могли принять еще худший оборот.

– Возможно. Зато я убедилась в том, что друзья могут быть хуже чужих людей и даже врагов.

– Ты всерьез считаешь, что жена должна была оставаться в неведении относительно неверности мужа?

– Нет, я не то хотела сказать. – Конечно, ее слова можно интерпретировать именно так. – Просто мне неприятно, что этот шаг был частью твоей мести. Я представляла себе, что ты отберешь у него предприятие, но не станешь впутываться в его личную жизнь.

– Ни один человек так не заслуживает позора, как эта сволочь. Я никогда не забуду, как моя мама, плача, признавалась в своем глубоком унижении, в своей вине. Его жестокость убила ее. Нет ничего более личного, чем это.

И все произошедшее оставило Анджело лицом к липу с миром, где правят бизнес и возмездие, а любви нет места. Понятно, почему он так жесток, но впредь он не должен действовать такими методами. Смягчится ли он хоть немного, если полюбит ее?

– Но ведь Рэндалл не заставлял ее уходить из жизни, – напомнила Тейра.

– Нет, но подтолкнул мою мать к самоубийству.

– Возможно, это не в меньшей степени связано с ее горем из-за смерти твоего отца. Анджело, у нее был выбор.

Тейра чувствовала стыд за свои слова, но нельзя, чтобы Анджело прожил остаток жизни в ненависти к тому человеку.

В сердце, где царствует месть, нет места для любви, а ей нужна его любовь.

– Почему ты его оправдываешь? – спросил Анджело, как-то странно глядя на нее.

– Я не оправдываю. – Она положила руку на его ладонь. – Я хочу, чтобы ты был разумен.

– В каком смысле?

– Ненависть погубит тебя, а я не хочу, чтобы ты погиб.

Она умоляла его взглядом и надеялась, что он прочтет в ее глазах предостережение и прислушается к нему.