Необычная невеста - Барбара Картленд

В комнате воцарилась тишина.

Наконец Эльмина, запинаясь, пробормотала:

— Я… мне жаль… мне очень… жаль.

— Как, черт побери, у вас это получилось? — насилу вымолвил маркиз.

Он все еще сидел, не спуская с нее глаз, и пытался понять, что, собственно, произошло с ним.

— Я… мне… очень жаль, — вновь забормотала она. — Пожалуйста… не сердитесь.

— Боюсь, я скорее удивлен, нежели сердит…

И вдруг, продолжая смотреть на девушку, стоящую перед ним в полупрозрачной ночной рубашке, маркиз расхохотался.

— Быть такого не может! — прорыдал он сквозь смех. — Немыслимо!

Эльмина стояла как вкопанная, не зная, что делать дальше, и он сказал:

— Итак, если вы хотите поговорить со мной, а теперь я понял, что нам действительно необходимо поговорить, давайте забирайтесь в кровать.

Девушка не двигалась, и маркиз прибавил:

— Обещаю не касаться вас, раз вся проблема состоит именно в этом.

В его голосе прозвучали саркастические нотки, но Эльмина их даже не почувствовала, потому что никак не могла прийти в себя от содеянного.

Впрочем, маркиз, медленно поднимавшийся на ноги, еще раньше, до этого удара, начал осознавать, сколь необычную женщину взял в жены.

Теперь же он понял, что никогда в жизни не встречался с чем-то подобным.

Когда наконец ему удалось встать с пола, Эльмина уже юркнула в кровать и расположилась в море кружев, украшавших постельное белье.

Кровать выглядела крайне величественно: балдахин на деревянных позолоченных резных стойках был расшит золотыми фигурками ангелов; с него мягко ниспадал вниз, уже не топорщась от времени, бархат цвета нильской волны.

Среди подушек Эльмина казалась слишком маленькой и воздушной, а рассыпавшиеся по плечам

волосы лишь сильнее подчеркивали, что она еще совсем ребенок.

От маркиза, однако, явно не укрылось и другое.

Выпуклость груди под прозрачной тканью ночной рубашки, облегавшей ее стан, большие глаза, смотревшие опасливо на него, — все обнаруживало просыпавшуюся в ней женщину.

Глядя на нее, он осторожно присел на край постели.

— Итак, начнем с самого начала. Объясните мне, как вам удалось столь необычным образом сбить меня с ног.

— Это все… карате.

— Карате? — опешил маркиз. — Скажите, ради всего святого, где вы могли научиться карате?

Эльмина судорожно вздохнула.

— Я трени… ровалась… обучалась… приемам карате более года, и джиу-джитсу тоже.

— Но как? И где? Уму непостижимо! Надо полагать, в Оксфордшире полным-полно экспертов в этой необычной науке!

Эльмина слабо улыбнулась в ответ.

— Объяснение простое. Чанг, который служит у моего отца, мастер в обоих видах этой борьбы.

— Ему, очевидно, повезло приобрести столь талантливую ученицу, — нарочито равнодушно произнес маркиз, потирая при этом место удара.

Эльмина с состраданием взглянула на мужа.

— Я… я не нанесла… вам повреждений?

Он покачал головой и промолвил:

— Теперь, когда вы дали мне понять, и, признаюсь, весьма убедительно, что не желаете, дабы я к вам прикасался, я вполне готов выслушать доводы в защиту вашей точки зрения, почему мы не должны вести нормальную супружескую жизнь.