Я тебя никому не отдам - Олег Рой

Поселок и впрямь оказался очень тихим: взбирающиеся в гору безлюдные улочки в зелени и цветах, среди которых таилось несколько маленьких кафе, рыбацкие лодки, дремлющие на неправдоподобно прозрачной воде, скромная православная церковь у самого берега, вдоль которого беззаботно фланировали стайки неизбежных курортников. Стайки, впрочем, были немногочисленны, таксист не обманул.

Он всю дорогу болтал на одном из местных диалектов – сам с собой, нимало не беспокоясь о том, понимают ли его пассажиры. Как ни странно, абракадаброй его скороговорка не звучала, в отличие от, скажем, мелодично тонированного китайского щебета. Таня припомнила, что сербский, хорватский и черногорский относятся к одной языковой подгруппе и достаточно схожи, ну, примерно как белорусский или украинский не столь уж радикально отличаются от русского. В общем, славянский – он и в Черногории славянский, улыбнулась она про себя.

К тому же хозяйка – не то гостиницы, не то пансионата, здесь разницы было как-то не понять, – дочерна загорелая, шумная, черноглазая Лола, как она не без кокетства представилась, – вполне сносно изъяснялась на русском. Она радостно демонстрировала им чистый (только после ремонта, уверяла Лола, страстно прижимая руки к пышной груди) номер из двух комнат и кухни, ткнула в лист с перечнем доступных услуг, слегка подмигнув – мол, можно и сверх списка что-нибудь предоставить, как постояльцы пожелают, – и зачем-то потащила на балкон, широко раскинув руки, точно предлагая – поглядите, теперь все это ваше. Вид, впрочем, оттуда открывался и впрямь сказочный. После вздоха – по мне, хоть так живите, но ведь и нам жить надо! – хозяйка сообщила цену. Весьма, кстати, божескую.

Тишина, покой и ощущение полной безопасности окутывали, как одеяло. Ведь каждому ребенку известно: от страшных ночных чудовищ, что вылезают по ночам из каждого угла, лучшая защита – накрыться с головой одеялом…

– Похоже, на этот раз мы сбежали удачно, – довольно мрачно пошутил Сергей во время послеобеденной прогулки.

– Сплюнь три раза! – Таня постучала по толстому волосатому стволу подвернувшейся кстати пальмы. – Сил нет, как надоело бегать, да еще и не зная от кого.

– Положим, ты-то как раз не просто бегаешь, а по пути еще ухитряешься наносить противнику ощутимый урон, – без улыбки поправил ее Сергей и, остановившись, привлек к себе, заглядывая в глаза. – Тань… Может, наконец расскажешь хоть немного о себе? А то – в секции она несколько приемов выучила! Я все-таки не полный идиот. Тань?

– Ну да, есть у меня некоторые навыки, – вздохнула девушка. – Про секцию – это я так, я ж тебя еще совсем не знала…

– Но сейчас-то знаешь! – Сергей словно бы даже немного обиделся.

– Ну… Ладно. Действительно… – Таня долго держала паузу, но в конце концов решилась. – В свое время я училась в полицейской, тогда еще милицейской школе.

– В академии? В университете? – живо поинтересовался он.

Таня отрицательно покачала головой.

– В специальной такой школе. Ее создавали для борьбы с бандитизмом. Ну, помнишь – лихие девяностые и все такое? Готовили людей для противостояния группировкам, обучали работать под прикрытием, внедряться, действовать в одиночку. Учили, конечно, не только рукопашному бою. Блатной фене, психологическим техникам, выживанию в экстремальных условиях, плюс, как ни странно, началам юриспруденции и экономики. Ведь после эпохи «малиновых пиджаков» бандиты кинулись легализоваться, становиться респектабельными бизнесменами, даже политиками. Ну, да сам знаешь.

– А тебя-то как туда занесло? – искренне изумился он.

Она пожала плечами.

– Рано осталась сиротой. Воспитывала меня тетка. С помощью одного… В общем, у моего отца был друг, который работал как раз в этой структуре. Заботился обо мне, наверное, денег тетке подбрасывал. Он-то мне и предложил в эту школу поступить. Я девочка была очень романтичная, ах, ох, приключения, рыцари плаща и кинжала… И физическая подготовка тоже неплохая имелась, несколько разрядов по разным видам спорта. Ну и вот…

– И ты до сих пор работаешь под прикрытием? – Глаза Сергея горели, как у мальчишки, которому пересказывают шпионский роман.

– Да нет, конечно, – нахмурилась девушка. – Училась я хорошо… в этом ты сам мог убедиться. Но оказалось, что работа эта не для меня. Никакой романтики, только скучные и, по правде сказать, не совсем приглядные будни. И люди… не самые приятные. Даже среди своих. Кстати, среди чужих, к моему удивлению, попадались очень интересные, даже по-своему порядочные люди.

– И тебе прямо так позволили… покинуть ряды борцов? – недоверчиво спросил он.

– Да ну! – Таня хмыкнула. – Это ж только в кино любят показывать, что из спецподразделений, как из мафии, просто так не уходят. В жизни все проще. То есть не знаю, как из мафии, но тут… Восторга мое желание уйти ни у кого не вызвало, разумеется, но… Агент, который спит и видит, как бы на все это плюнуть… много ли толку от такого агента? Ну и тот папин друг помог, он тогда занимал довольно приличный пост в системе. Так что препятствовать мне не стали, отпустили в вольные пташки. Тут-то и пригодились мои познания в экономике и юридических тонкостях. Устроилась по старым связям консультантом-референтом в межотраслевую контору, объездила всю страну и кое-какое зарубежье. График во всех смыслах свободный, сильно не неволят. Сейчас вот взяла тайм-аут, отдохнуть хотела. Вот и отдохнула…

Таня расхохоталась, но Сергей ее веселья почему-то не подхватил.

– А мои-то проблемы тебе к чему?

– Если ты этого не понимаешь, – вздохнула она после долгого молчания, – тогда…

Девушка резко зашагала в сторону… да, собственно, сама не зная куда.

– Тань… – Сергей в минуту догнал ее и прижал к себе. – Прости, а? Понимаешь… ну… такой подарок судьбы… так ведь не бывает.

Ночью, лежа на смятой от недавних бурных объятий простыне и прислушиваясь к размеренному заоконному рокоту прибоя и такому же ровному, спокойному дыханию Сергея рядом, Таня снова и снова перебирала в памяти этот разговор. Собственно, Сергей задал вполне резонный вопрос. Они ведь взрослые люди, с приличным уже жизненным опытом, конечно, как тут поверить, что она, как восторженная девчонка, с первого взгляда воспылала такой страстью, что кинулась очертя голову решать любые проблемы и рисковать собой, только чтобы быть с ним рядом. Сергей не глуп, потому и сомневается. Хотя, конечно, вряд ли предполагает, что она рядом, потому что выполняет задание.

Но разве дело только в задании? Если честно? Перед самой собой? Если бы Учитель отменил приказ, оставила бы она Сергея? Вот он, проклятый настоящий вопрос.

* * *

Через сколько-то безмятежных, похожих один на другой дней позвонил Учитель:

– Завтра будь в Тивате, в кафе аэропорта, в четырнадцать ноль-ноль. И жди звонка.

И все. Только короткие гудки.

Но Таня обрадовалась. Ну наконец-то! А то начинает казаться, что мир застыл в этом лучезарном покое. Она с облегчением – ну да, «а он, мятежный, просит бури», и что? – вздохнула, потянулась, разминая мышцы, и широко улыбнулась Лоле, явившейся сменить постельное белье.