Девичьи грезы - Сара Сил

– Да уж, этого у него не отнять. Думаю, девочка в чем-то очень на него похожа, – сказала Харриет.

– Она делать так специально, бедняга, из-за благоговения, которое она испытывать к нему. – Ответ Агнес прозвучал настолько неожиданно, что у Харриет челюсть отвисла от удивления.

– Но я считала... – начала она, припомнив слова Даффа о том, что ребенок совсем его не любит.

– Тогда вы думать, как все остальные, – подытожила Агнес. – Дитя с ума сходит по папочке, это я вам говорю.

– Надеюсь, ты права, Агнес. – Харриет все еще сомневалась, и тут старый Джимси, который чистил серебро в дальнем углу кухни и, казалось, не прислушивался к их разговору, неожиданно ляпнул:

– Разве не время подумать сменить это странное создание, которое у вас вместо собаки, юная мисс? – Джимси, по одному ему понятной причине, никогда наедине не называл Харриет «мэм».

– Сменить Парня? Да я только недавно завела его! – возразила Харриет.

– Я думал, это чудище всего лишь замена, не хочу вас обижать, потому что странно пестовать бессловесную тварь, чтобы утолять страстное желание...

– Попридержи язык, старый дьявол! – резко оборвала его Агнес.

Щеки Харриет зарделись, и она вылетела из кухни со скоростью, на которую только была способна, размышляя по дороге, имел ли в виду Джимси то, о чем подумала она сама.

К тому времени, как она добралась до кровати в конце этого несчастливого дня, ей уже было все равно, кто что думает. Харриет, как в былые дни в приюте, так захотелось тепла, участия и уверенности, что она зарылась лицом в подушку и зарыдала от одиночества.

Она не знала, сколько прошло времени – часы или минуты, – когда вдруг поняла, что Дафф стоит у ее кровати со свечой в руке.

– Ради бога, девочка моя, что случилось? – нежно спросил он, и на минуту она от удивления перестала лить слезы.

– Мне... мне так жаль... Я потревожила тебя? – Харриет пыталась сдержать рыдания.

– Нет, я еще не ложился, но меня встревожили эти безудержные слезы горя в соседней комнате. Что такое? – Он поставил подсвечник на столик и сел на край кровати. – Полагаю, это из-за Нони, – произнес он, и Харриет снова разрыдалась.

– Она ненавидит меня! Лучше бы мне вообще никогда сюда не приезжать! – всхлипывала она, не замечая абсурдности своих слов.

Дафф обнял ее и прижал к себе, баюкая, и в тот момент он стал так похож на туманные образы, которые девушка выдумывала для себя в приюте, что на какой-то момент ей показалось, что все это сон.

Когда она немного успокоилась, муж уложил ее на подушки и убрал спутанную челку с ее горячего лба.

– Послушай, глупый ребенок! Моя несносная дочурка выказала тебе свое восхищение, закатив этот скандал, – ты оказалась лучше, чем она ожидала, и теперь она думает, что я обманом заставил тебя выйти за меня! Нони считает, что ты не намного старше нее, и думает, что я поступил нечестно, использовал свое превосходство, и она не далека от истины. Так что выше нос!

– Разве она не знает, что именно она была основной причиной нашего брака?

– Девочка моя, поимей хоть каплю здравого смысла! Никто не обсуждает причины своей женитьбы с восьмилетним ребенком, кроме того, она не была единственным резоном, хотя в тот момент это была самая легкая отговорка, которую я смог придумать.

– Я и забыла! Саманта – вот еще один повод, не так ли? – вырвалось у нее. Ей стоило быть более осмотрительной, она сразу же поняла это, так как почувствовала, что Дафф напрягся.

– Саманта? – холодно и требовательно прозвучал его голос. Она отвела глаза, не желая встречаться с его настойчивым взглядом.

– Не надо было упоминать о ней? – наконец выдавила Харриет.

– Не вижу причины, почему бы и нет, если только ты не проверяешь свои выдумки, – последовал холодный ответ. – Она что, поощряла твою страсть к романтическому драматизму красочными сказочками из прошлого?

– Она просто удовлетворила мое любопытство – всякое такое, что сам ты не расскажешь.

– Например?

– Ну, просто сплетни. Я не копаюсь в прошлом, Дафф, но ведь это естественно – узнать что-нибудь о человеке, за которым ты замужем, разве не так?

– Например? – повторил он, и на нее нашло сильное, просто невыносимое желание ответить ему с той школьной грубостью, которую разбудила в ней Нони.

– Например, какая у тебя зубная паста, бреешься ли ты один или два раза в день, любишь яйца всмятку или вкрутую, где тебе сломали нос, если такое вообще было, разное ли у тебя белье зимой и летом, болит ли у тебя голова, зубы и простываешь ли ты! Да я даже не знаю, сколько тебе лет!

Он провел рукой по волосам, взъерошив их еще больше, и беспомощно посмотрел на Харриет:

– Бог мой! Какой странный список!

– Эти незначительные детали действительно очень важны для жены! Но мы... мы ведь не близки в обычном понимании, и я не могу узнать это сама!

Он саркастически улыбнулся:

– И Саманта просветила тебя по этим вопросам?

– Нет конечно же! Если бы я стала задавать такие вопросы, что бы она подумала о нашем браке? – запальчиво ответила Харриет, и взгляд его смягчился.

– Рад слышать, что твоему любопытству есть пределы. К твоему сведению, мне все равно, какой пастой чистить зубы и какие яйца есть – последнее зависит от настроения Агнес. Мне следует бриться два раза в день, чтобы не обрасти щетиной к обеду, но я частенько не делаю этого, и мне тридцать семь. Довольна?

– Тридцать семь? – повторила она с улыбкой человека, только что выкравшего ценную информацию.

– Я вдвое старше. Это тебя шокирует?

– Нет, но это кое-что объясняет. – Она надеялась, что именно в этом кроется причина того, что он обращается с ней как с ребенком. Последнее время ей очень хотелось изменить такое положение вещей. – Не мог бы ты, ну хоть иногда, забывать об этой разнице в возрасте?

Он смотрел на нее нежно, но в то же время с хитрецой.

– Это частенько бывает трудно. Ты безропотно принимаешь то, что я считаю нужным, и грезишь наяву. Я даю тебе время повзрослеть.

– А потом, когда ты посчитаешь, что я уже выросла?

– Кто знает? Надо просто подождать, а там посмотрим. А пока не бегай к Саманте за информацией. Я не сомневаюсь, что она уже воспользовалась ситуацией, чтобы вытащить на свет старые сплетни и отыграться. Понятно?

Харриет глубоко вздохнула и закрыла глаза.

– Я прекрасно поняла, что когда-то у вас был роман, и это меня совершенно не удивило, не шокировало и не расстроило. Ты думал, что я буду переживать? – выпалила она, пока смелость не покинула ее.

– Я вовсе не поэтому не говорил тебе, просто это такая древняя история, что она вовсе тебя не касается. Однако я догадывался, что Саманта не упустит случая сообщить тебе пикантные подробности. Она пыталась огорчить тебя?