Страсти по Шекспиру - Мирна Маккензи

Эмма снова хотела возразить, но, поразмыслив, решила принять помощь Райена.

Работа была в полном разгаре, когда вдруг Райен поставил очередную коробку и, нахмурившись, посмотрел на девушку.

- Что такое? — удивилась она.

- Почему у Холли намного больше вещей, чем у тебя?

Девушка глубоко вздохнула.

- Просто я не слишком сентиментальная. К тому же Холли дочь дяди Гилберта, — ответила она, поняв его намек. Да, были времена, когда она ревновала. Но она смогла справиться с этим.

Райен открыл рот, чтобы что-то добавить, но Эмма не дала ему это сделать. Она наклонилась ближе и положила кончики пальцев ему на губы.

— Дядя Гилберт любит меня, Райен, — произнесла она и только после этого поняла, что ей не стоило прикасаться к нему. Эмма чувствовала, как горят его губы под ее пальцами, и это обезоруживало девушку. Ее сердце билось в сумасшедшем ритме. Напряженный взгляд Райена словно завораживал ее.

Здравый смысл подсказывал Эмме, что нужно бежать от него как можно дальше. Но девушка никак не могла найти в себе сил сделать это.

А потом она почувствовала его руки на своей талии, ощутила твердые мускулы его бедер. Желание нахлынуло на нес, словно безудержная река.

— Я вся пыльная, — с трудом произнесла Эмма.

— Ты прекрасна, — возразил Райен, притянув ее к себе. В следующее мгновение его губы оказались на ее губах.

Руки Эммы скользнули по его плечам. Желание растопило лед ее самозащиты, спалило здравый смысл. Этот поцелуй наполнил все ее существо.

- Райен, — прошептала она ему в губы, когда он слегка отстранился.

- Скажи мне, — приказал он хриплым и слегка грубоватым голосом.

Она посмотрела ему в глаза. Я люблю тебя, звучало у нее в голове, в сердце, но... что. если она ошибалась? Что, если Дженелл и Холли ошибались?

А что, если она повторит судьбу своей матери? Что, если Райен будет относиться к ней как к одной из тех женщин, которые были частью его бизнеса? Разве не так поступил с ней Джон?

Эмма понимала, что ей следует остановиться, но она была так влюблена! Она так многого хотела!

Что же ей нужно было сказать? Или сделать?

Что он делал? О чем думал? — спрашивал себя Райен, когда держал Эмму в своих объятиях, борясь с желанием снова поцеловать ее.

Он изо всех сил старался держаться от нее подальше после того, как услышал разговор Криса и Гилберта. Но когда Холли сказала ему, что Эмме нужна его помощь, что-то похожее на радость наполнило его сердце. Он схватился за возможность снова побыть с ней наедине.

Потом, неожиданно, Эмма прикоснулась к нему. Желание, пронзившее его, было настолько сильным, что он не знал, как с ним справиться. И он поцеловал ее, но в ее глазах увидел растерянность, сомнение, может быть, даже страх.

Страшным усилием воли Райен заставил себя отпустить Эмму. Он видел, что от волнения девушка едва держится на ногах.

- Мне не следовало прикасаться к тебе, - признал он, стараясь не выдавать голосом переполнявшие его чувства. — Поверь, Эмма, я пришел сюда не для того, чтобы пользоваться твоей слабостью. Но, несмотря на то что я безумно хочу тебя, я... Надеюсь, ты простишь меня... Это все? -Он указал на кучу коробок.

Эмма кивнула.

— Да, — прошептала она. — Все.

- Тогда я отнесу это Холли.

Спустившись вниз, девушка даже не заметила наблюдавшего за ней Франклина.

Интересно, губы Эммы на самом деле пылают, а волосы растрепались. И этот растерянный взгляд...

Вскоре появился Райен. Его волосы тоже были растрепаны, а глаза... Безусловно, он очень похож на влюбленного мужчину. И именно это делает его таким несчастным.

— Так это же здорово, — промурлыкал Франклин, прибежав к себе в комнату. Теперь он знал, как причинить боль Райену. Вопрос состоял лишь в том, каким методом следует воспользоваться и когда. Конечно, ему пришлось потратить немного времени, чтобы покопаться в чужом белье и узнать кое-какие подробности. Вместо того чтобы вникать вдела компании, Франклин принялся за изучение Райена и Эммы Карстэрс. Он обыскал комнаты обоих, обнаружив письма Эммы, дневники ее матери... И теперь он мог воспользоваться этими секретами. Нужно просто выждать время. Пока еще слишком рано разыгрывать козырную карту.

Но завтра или послезавтра...

— О, это будет превосходно, — пробормотал толстяк. — Интересно, какой цвет чернил предпочтет Райен?

Неважно. Эммалин, скорее всего, не станет обращать на это внимание.

Ну и веселье ждет его впереди!