Тайна ее рождения - Рей Морган

— Эй, Мэтт, тут тебе звонил частный детектив. У него есть новости, и он просил, чтобы ты перезвонил ему на мобильный сразу же.

Мэтт направился к телефону, и у Энни упало сердце. Ну вот. Теперь он обо всем узнает. Она так все запутала! Пойдет ли он сразу же к Джошу и Кэти и расскажет им обо всем? Заберут ли они Эмили и поедут домой, чтобы позвонить своему адвокату? Захочет ли Мэтт узнать, почему Энни ничего ему не сказала?

Энни чувствовала странную тяжесть во всем теле. Неужели приближается очередной обморок?

— Эй, дорогая, — позвала Милли. — С тобой все в порядке?

Девушка схватила Милли за руку.

— Он никогда не поймет, — пробормотала она, глядя на женщину безумным взглядом. — Мне нужно было рассказать ему раньше. Все снова развалится, и это только моя вина.

Слепо развернувшись, Энни побрела к двери. Бежать отсюда! Успеет ли она в Хьюстон до полуночи?

Когда начались родовые схватки, Энни поняла, почему чувствовала себя так странно накануне и почему ей было плохо весь день. Ее тело готовилось к большому событию, а она не уделила происходящему должного внимания. В конце концов, ей предстояло носить ребенка еще целый месяц.

Одно Энни знала точно: до Хьюстона ей не добраться. Она не доедет даже до Остина. На самом деле ей повезло, что она оказалась в Койот-парке прежде, чем ее машина сломалась окончательно…

Итак, она осталась в темном и пустом парке без машины, без телефона — без всего. На многие мили не было ни следа людей. А ей в недалеком будущем предстоит рожать.

Энни напрасно потратила несколько минут на бессильный гнев, а потом перешла к решительным действиям. Ей нужно было хорошее, чистое место для ребенка. Девушка быстро прошла в те помещения, которые служили ванными комнатами и общим залом. Ванные комнаты были относительно чистыми, но общая оказалась заперта.

— Как хорошо, что я выросла в этом парке, — вслух произнесла Энни. Как она помнила, над дверью всегда оставался запасной ключ. Перевернув старую пластиковую миску и встав на нее, Энни сумела на цыпочках дотянуться до верха двери. К счастью, ключ по-прежнему был там.

Девушка отперла дверь и вошла. Здесь почти ничего не изменилось. Стояли все те же буфеты высотой до потолка, в которых хранились принадлежности для ремесел, и стол с подходящими для работы стульями. Была даже раковина с исправным краном.

Энни перенесла из машины необходимые вещи и начала сооружать для себя небольшое гнездышко в уголке.

— Первые поселенки только так и рожали, — подбадривала она себя.

Прошел час. Энни пыталась ходить в промежутках между схватками. Прошел еще час, и о ходьбе пришлось забыть. Стемнело окончательно, но единственная лампа в середине комнаты разгоняла мрак. Энни подумала, а не заметит ли кто-нибудь свет с шоссе? Может быть, ей все же придут на помощь? Интересно, а что в этот момент делает Мэтт? И о чем он думает?

— Ох, Билли, малыш… — простонала Энни, когда начался очередной приступ. Боль была такой сильной, что Энни показалось, будто ее зажало в огромных тисках. Она пыхтела вместо того, чтобы дышать, и это не шло ей на пользу. Девушка не была уверена, что справится с этим. Боль прошла, но сразу же накатила новая волна, прежде чем Энни успела отдышаться. Она не могла вынести этого.

— О, Мэтт! — в отчаянии воскликнула девушка.

И внезапно, как по волшебству, он оказался рядом.

— Энни, Энни, моя милая Энни… — произнес он, осматривая ее живот и одновременно вытаскивая из кармана мобильный телефон, чтобы вызвать «скорую помощь». — Только держись, дорогая. Я знаю, тебе хочется тужиться… попытайся сдержаться, пока я все не приготовлю.

Сдержаться… Эти слова прозвучали так, словно Мэтт пытался приказать Земле перестать вращаться. Ничто не сможет задержать новую жизнь, которая должна появиться на свет. Он уже выходит!

— Я не могу, — ответила она Мэтту, когда схватки на мгновение прекратились. — Я не могу!

— Энни, ты все делаешь замечательно! Уже показалась головка. — Мэтт положил руку на живот девушки. — И еще разок, Энни. На этот раз у тебя получится. Я готов его принять.

Энни со стоном, от которого содрогнулись стены, начала тужиться.

— Хорошо, головка вышла, еще одно усилие…

Она отдавала все оставшиеся силы и почувствовала, что ребенок появился на свет.

— Ну, вот и он, — радостно сказал Мэтт. Он поднял младенца так, чтобы мама смогла его увидеть. — Познакомься с мистером Уильямом.

— Билли, — слабо напомнила Мэтту Энни, протянув руку и коснувшись крошечных пальчиков младенца. Ее переполняли гордость и радость. — Билли Мэтью Торрес.

Мэтт улыбнулся.

— Ты уверена?

— Я уверена.

Он наклонился и поцеловал ее. Энни плавала на волнах счастья.

— Как ты меня нашел?

— Это заняло некоторое время. Я не знал, что ты уехала, до тех пор, пока Милли мне об этом не сказала. Тогда я начал беспокоиться. Пытаясь найти тебя, отправился домой. Когда и там тебя не обнаружил, то готов был сойти с ума. Но потом вспомнил, что связывало тебя с этим парком, и решил приехать сюда.

Энни услышала звук сирен — приехала «скорая». Образ ее новорожденного сына запечатлелся в ее голове, и больше она ничего не желала видеть. Девушка закрыла глаза и уснула.

* * *

Энни проснулась в больничной палате. Мэтт сидел рядом с кроватью, терпеливо ожидая, пока роженица вернется из страны снов. Энни улыбнулась ему.

— У меня есть ребенок! — произнесла она с ноткой удивления.

— Да, есть, — ответил Мэтт, взяв ее руку в свою. — И ты родила прелестного, здоровенького малыша! Три килограмма восемьсот граммов, готовых как следует покричать.

Энни засмеялась, но сразу же замолкла.

— Ой, и вправду больно…

— Неудивительно. Прошлой ночью ты пробежала марафон, Энни. И победила в этой гонке.

Девушка закрыла глаза, и на нее нахлынули воспоминания. Эмили, Джош, Кэти и эта проклятая междоусобица.

— Ты на меня сердишься?

— Вообще-то я просто в ярости!

Глаза девушки широко распахнулись, и она уставилась на Мэтта.

— Правда?

— Да. И на то много причин. — Он поцеловал ее пальчик. — Но мы с тобой, наверное, думаем о разных вещах.

— Так за что ты сердишься, скажи?

— Хорошо. Первое: я действительно зол на тебя за то, что ты убежала в ночь, не сказав никому, куда отправляешься. Ты могла попасть в очень опасную ситуацию. Это было безумством.

— Ты же знаешь, прошлой ночью я была немного не в своем уме. Наверное, из-за родов. Не могла связно мыслить. Но ты прав. Прости, пожалуйста, — на мгновение на ее лице отразилось раскаяние, но потом взгляд резко изменился. — Что еще?