Перед рассветом - Кэндис Проктор

— Что это? — прошептала Индия, крепче сжимая руку Джека.

— Пещера Песен — так называется это место. Когда в пустотах набирается много воды, волны бьются о стены, и получается нечто вроде музыки.

Вскоре показалось пятнышко света, дышать стало легче, пронесся легкий ветерок. Лужа позади ударилась о стену пещеры и разразилась новым крещендо таинственной, фантастической музыки.

— Как вы нашли это убежище?

Джек пожал плечами.

— Я здесь уже прятался однажды.

Он почувствовал на себе ее пристальный взгляд.

— Когда в очередной раз спасались от английского правосудия?

— Угадали.

Он ожидал, что Индия продолжит расспрашивать его о прошлом, но вместо этого она спросила:

— Куда ведет тоннель?

— На другую сторону горы.

— А остальные пустоты?

Джек тихонько засмеялся:

— Гора изрыта пустотами, как пчелиные соты. Саймон может хоть неделю плутать по лабиринту и все равно выйдет обратно к ущелью, если, конечно, не найдет потайной тоннель.

* * *

Стоя у выхода из пещеры, Джек поднял глаза к небу. Дождь прекратился, слышался лишь слабый звук капели: извилистая тропинка превратилась в жидкое, скользкое месиво, и от легчайшего дуновения ветерка с веток градом сыпались капли. Становилось прохладно. «Да, — подумал Джек, — можно подумать, что дождь лил целую вечность, а не какие-то тридцать минут».

Наконец из-за тучи показалось солнце, и темные промокшие джунгли словно покрылись испариной.

С места, на котором они находились, открывался прекрасный вид на северную часть острова — внизу, в туманной дымке, простирались лощины и горные кручи, покрытые лесом, а за ними — зеленые долины и болотистые топи. Далеко на северо-востоке виднелось маленькое французское поселение Ла-Рошель: его золотые пляжи и изумрудные лагуны были защищены огромными рифами, о которые с бесконечным грохотом яростно бились волны.

Невнятно чертыхаясь, Джек скинул ботинки и носки, расстегнул промокшую насквозь рубаху и, стащив ее с себя, стал расстегивать брюки.

— Что это вы делаете? — изумленно спросила Индия. Джек взглянул на девушку, и его пальцы застыли на поясе брюк.

— Как это «что»? Одежду снимаю. Она же мокрая.

Индия смотрела на него широко раскрытыми глазами, вне себя от возмущения. Ее собственное платье было перепачкано и разорвано, шлем от солнца и вовсе потерялся, сальные от пота волосы свалялись; в довершение ко всему она, как и ее спутник, тоже вымокла и изрядно извозилась в песке — однако все это никак не повлияло на ее представления о приличиях.

— И из-за этого вы намерены прилюдно раздеться?

Джек громко рассмеялся.

— Ну знаете ли, здесь вам не Пиккадилли, — иронично изрек он и спустил штаны, а заодно и исподнее. — Знаете, почему местные жители ходят совсем без одежды? Потому что быть мокрым и голым несколько приятнее, чем быть мокрым, да еще и в мокрой одежде. К тому же так меньше шансов подхватить простуду. — С этими словами Джек, подпрыгивая на одной ноге, стащил с себя сначала одну мокрую прилипшую штанину, затем вторую и выпрямился.

Индия старательно пыталась отвести от него взгляд: она то с преувеличенным интересом разглядывала ярко-зеленую листву смоковницы, то смотрела, как скатываются по листьям и падают на землю дождевые капли. Лицо ее зарделось от смущения, грудь вздымалась, дыхание участилось. Мокрая блузка, накрепко прилипнув к ней, так соблазнительно очерчивала все ее формы, что Джек просто не в силах был отвести от нее взгляд. Он снова ощутил уже знакомую волну сексуальности, исходившую от нее. Его никогда не привлекали подобные женщины, но сейчас его спутница была так невероятно стыдлива и чиста и в то же время так воинственна: настоящая амазонка! В ней была какая-то непостижимая притягательность, которую он даже себе не смог бы объяснить. Джек слегка переместил руки с зажатыми в них смятыми брюками, пряча от глаз Индии красноречивое доказательство крамольных мыслей, посетивших его в эту минуту, а затем, криво усмехнувшись, произнес:

— Если бы в вас была хоть капля здравого смысла, вы бы последовали моему примеру. Снимите одежду и разложите ее на камнях, пусть сохнет, иначе ночь покажется вам долгой и холодной.

Индия обхватила себя руками, как будто опасаясь, что он немедленно начнет срывать с нее одежду. Или она просто так сильно замерзла?

— Некоторые люди обладают достаточной силой духа, чтобы переносить подобные невзгоды, — сказала она, гордо выпрямляясь.

— Силой духа? Вот, значит, как вы это называете? — Взмахнув брюками в воздухе, Джек распластал их на ближайшем камне. — А я-то думал, что это глупость и ослиное упрямство.

Индия обернулась и посмотрела ему прямо в глаза, ее прекрасная грудь вздымалась при каждом вздохе.

— Глупость? Это вы о морали или о благоразумии?

Джек поспешил повернуться к ней спиной.

— Благоразумие? Что за чушь вы вбили себе в голову? Или вы полагаете, что при виде вашего обнаженного тела я тут же потеряю голову от вожделения и немедленно на вас наброшусь? Поверьте мне, милочка, за двенадцать лет, что я провел на этом острове, я настолько привык к виду обнаженного женского тела, что как-нибудь переживу, если вы разденетесь. Кроме того… — с этими словами он расстелил рубашку на камне в лучах заходящего солнца, — можете вообще не волноваться: вы не в моем вкусе. Я предпочитаю женщин, которые не пугаются мужчин и умеют наслаждаться тем, что происходит между мужчиной и женщиной, а не тех, что лежат на спине, думая об Англии в ожидании, когда же все наконец закончится.

— С чего вы взяли, будто хорошо меня знаете?

Джек бросил на нее быстрый взгляд и усмехнулся.

— Стоит только посмотреть на ваш шотландский плед, в котором вы разгуливаете по джунглям, и застегнутый на все пуговицы воротник блузки, как возникает резонный вопрос: и как это вы еще не умерли от удушья?

— Мое снаряжение очень удобно, вот и все.

— Удобно? — Джек подобрал с земли сухую ветку и стал озираться в поисках, чтобы сложить костер. — Хорошо, что вы еще насмерть не упарились в этом своем снаряжении. Здесь же тропики, а не Северный полюс! Есть только одна причина, по которой женщина стала бы так одеваться, — это сигнал, предупреждение для мужчин, как татуировка на лбу: «Внимание! Бесчувственная девственница. Руками не трогать».

— Ха, — Индия тоже подобрала ветку и положила в кучу, которую Джек уже сложил на плоском камне у входа в пещеру, — много вы понимаете!

Забыв о том, что нужно поворачиваться к ней спиной, Джек медленно поднялся и, нахмурившись, посмотрел на нее. Под его внимательным взглядом Индия медленно залилась краской.

— А может быть, вы вовсе не девственница?

— Не ваше дело, — решительно ответила она и метнула в него жестяную коробочку, оказавшуюся коробком спичек; Джек понял это только в последний момент и от удивления чуть было не уронил ее со скалы.