Повенчанные страстью - Николь Джордан

Кэтлин растерянно заморгала.

— Что?

Покачав головой, Джейк негромко рассмеялся.

— Черт возьми, я почти ничего о тебе не знаю, а когда-то собирался жениться на тебе… Я бы не отказался от кофе. Ты сможешь сварить его? Если нет — не беда, я сделаю это сам. Где кухня? Там мы и поговорим. Нам никто не помешает: половина твоих работников в городе, остальные — на горных пастбищах, в обществе вонючих тварей.

Продолжая говорить, он мягко прошелся по коридору, не оставляя Кэтлин выбора, кроме как следовать за ним с зажженной лампой в руке. Она понимала: спорить бесполезно. Джейк не из тех людей, которых заботит, желанный он гость или нет.

Он без труда разыскал кухню и сразу направился к плите, но едва снял с нее кофейник, Кэтлин покачала головой и отставила лампу на стол рядом с раковиной.

— Нет, лучше сядь. Я сама сварю кофе. Ты прав — нам надо поговорить.

Она заметила, что ее слова изумили Джейка, и этот маленький триумф придал ей сил. Очевидно, Джейк ожидал сопротивления, но Кэтлин уже давно надоели недомолвки. Надо выяснить отношения с Джейком, пока она окончательно не потеряла рассудок от волнений и неизвестности.

«Получилось! — с оттенком отчаянной радости подумала она. — Я смотрю на него, говорю с ним, а со мной ничего не происходит».

Она вынула из рук Джейка синий жестяной кофейник, радуясь возможности хоть чем-нибудь заняться, и отвернулась к раковине. Но Джейк не сел к столу. Он просто застыл на месте, наблюдая за Кэтлин.

— Господи, какие волосы! — наконец произнес он, словно самому себе, негромко и благоговейно. — Мне так часто снилось, как они обвивают меня…

Сердце Кэтлин на миг остановилось, когда она почувствовала, как Джейк подхватил несколько прядей ее распущенных волос и пропустил их между пальцами. Она старалась не вспоминать былое время, когда Джейк превращал такой простой жест, как поглаживание ее волос, в акт преклонения, когда считал себя вправе прикасаться к ним и к ее телу в любой момент… Но теперь он лишился этого права.

Отстранившись, она запретила себе обращать внимание на Джейка и принялась наполнять кофейник свежей водой. Поставив его на плиту, она открыла заслонку и переворошила тлеющие угли, словно не замечая присутствия Джейка. А он стоял близко. Даже чересчур близко.

— Значит, вот в чем ты спишь? — его голос превратился в еле слышный хрипловатый шепот. Вздрогнув, Кэтлин обернулась и заметила, как неотрывно он смотрит на тугие бутоны ее сосков под тонкой тканью рубашки.

Кэтлин мгновенно ощутила, как кровь стремительно заструилась в ее жилах, а между бедрами возникло знакомое тепло, но встряхнулась, запахнула халат и крепко затянула пояс.

— Я же сказала — садись за стол, Джейк! Обманчиво ленивым движением он повернулся к кухонному столу из полированного дуба и отодвинул стул так, чтобы сидеть лицом к Кэтлин. Положив шляпу на стол, он устроился на стуле, вытянув перед собой длинные ноги и скрестив мускулистые руки на груди, отчего поблекшая синяя ткань его рубашки натянулась на широких плечах.

Кэтлин сыпала в кофейник молотый кофе, понимая, что еще никогда в жизни не ощущала острее присутствие рядом мужчины, не испытывала такого напряжения во всем теле, не слышала так отчетливо гулкий стук собственного сердца. Джейк наблюдал за ней, и под его пристальным взглядом Кэтлин чувствовала себя абсолютно беспомощной.

— Знаешь, а ведь я никогда не ложился с тобой в настоящую постель.

Она вздрогнула, услышав это неожиданное замечание. — И никогда не ляжешь, — ровным тоном отозвалась Кэтлин.

— На твоем месте я не стал бы утверждать наверняка.

— Черт побери, Джейк… — Она нетерпеливо повернулась к нему, приняв самую независимую позу. — Говори то, что собирался, и уходи. — И добавила тоном чопорной классной дамы: — Итак, о чем же ты хотел поговорить?

— О тебе. И обо мне. О нас.

— «Нас» больше не существует.

Он покачал головой, и в глубине его зеленых глаз вспыхнули огоньки.

— Вот тут ты ошибаешься, Кэт. Я как раз хотел доказать тебе обратное.