Мой сводный препод - Ая Кучер

бабули — то ещё приключение. Когда идёшь пешком с остановки автобуса, то все эти рытвины на дороге воспринимаются как часть обычного деревенского пейзажа. Луг, лес, изгибы далёкой речки в низине и бездорожье смотрятся вполне аутентично. Но… дорогая иномарка Влада с низким клиренсом явно со мной не согласна.

— Да что ты беспокоишься! — закатываю глаза, когда мы проседаем на очередном спуске. — Просто высади меня — я сама отлично дойду!

— Нет, — упрямо цедит сквозь зубы явно взбешённый Влад. — Лучше я, всё же, тебя довезу.

Смотрю на него и ни черта не понимаю. Ну с чего он взялся мне помогать? Уж не думает, что из-за того, что он меня до бабушки подбросил, я забуду его отвратительное поведение прошлой ночью? Он, ведь, не настолько дурак?

Верчу в руках новый смартфон. Этот его жест мне тоже непонятен. Купить меня, видимо, пытается. Или ему просто претит, что я со старьём хожу?

Пришлось пока симку в это новое чудо техники, всё же, вставить. Просто потому, что мне нужно быть на связи, а старый телефон сдох. Я решила, что попользуюсь этим навороченным до тех пор, пока не доберусь до цивилизации и не подзаряжу старый. Ничего страшного, что он заряд держит плохо — во всех остальных смыслах мой старичок ещё вполне себе ничего!

Я, вообще, люблю старые вещи и с трудом расстаюсь с привычным. В моём понимании любимая футболка с дырками, в которой я гоняла на велике прошлым летом, куда лучше самого дорого нового платья. Просто потому, что со старой вещью связаны приятные воспоминания, а платье, какое бы оно красивое не было — это просто вещь. Такая же, как и миллионы других.

— Охренеть! — Влад уже минут пять давит на педаль газа и двигает рычаг переключения скоростей, но машина с места не сдвигается.

— В чём дело? — взволнованно спрашиваю его.

— Колесо попало в рытвину, и никак не… — он снова газует, но ничего не происходит. Слышу, как резина проворачивается по грязи. — Не едет!

— Ясно, — дёргаю ручку двери, и она поддаётся.

Беру сумку и выпрыгиваю наружу.

— Ты куда?! — ревёт Влад и глушит мотор.

Слышу, как за спиной хлопает водительская дверь, и Влад тут же догоняет меня.

— Совсем сдурела? — сильные пальцы впиваются в мой локоть.

— Руки убрал! — вырываюсь из его захвата.

— Ладно! — он тут же разжимает пальцы. — Извини!

Это его «извини» по интонации больше похоже на «иди на…», но я игнорирую излишнюю эмоциональность маньяка.

— Ты куда собралась? — Влад всё идёт за мной следом. — Вернись в машину!

— Зачем? — отвечаю, не оборачиваясь. — Ты же всё равно застрял!

— Я не могу оставить её посреди дороги! — Влад еле сдерживает раздражение. Да, он типично городской житель. В сельской местности его лоск и начищенные до блеска ботинки выглядят крайне неуместно. — Нам нужно вызвать эвакуатор, а потом…

— Тут мёртвая зона, телефон не ловит, — усмехаюсь, не глядя на него. — Пошли лучше до дачного посёлка. Там бабуля дядю Егора попросит, он тебя на тракторе эвакуирует.

Влад, конечно же, не верит мне на слово и лезет в карман проверять свой смартфон. Потом тихо чертыхается и топает за мной следом. Слышу, как машина издаёт своё «пик-пик» — он поставил её на сигнализацию.

Поднимаемся на холм. Солнце сильно припекает. Наверное, это последние жаркие деньки этого года…

— Далеко ещё? — недовольно бурчит Влад.

Оглядываю знакомую местность.

— Нет. Вот за тем холмом начнутся дачи. Нам туда.

Влад молча идёт рядом. Снимает пиджак и забрасывает его себе на плечо. Потом расстёгивает верхние пуговицы рубашки.

— И часто ты тут отдыхала? — спрашивает.

— Каждое лето по три месяца, — срываю высокий колосок и с удовольствием жую мякоть, которая ближе к корню. В детстве всегда так делала.

— А мать тебя с собой разве на отдых не брала? — удивлённо переспрашивает Влад.

— Нет, — пожимаю плечами. — Она одна на отдых не ездила. А меня с собой ей было брать неудобно…

Неудобно, потому что спонсировали этот отдых её мужчины. А ребёнок там был бы лишним…

Влад хмыкает, и я чувствую на своём затылке его тяжёлый взгляд.

— А ты ей никогда не говорила, что тебя это расстраивает? — внезапно спрашивает.

— С чего ты взял, что меня это расстраивает? — оборачиваюсь к нему лицом.

— Наверное, Мальдивы, на которые твоя мать ездила со своими… — он запинается. — Друзьями, куда интереснее, чем очередное лето на даче у бабушки?

— Ты так говоришь, видимо, потому, что никогда на даче у моей бабушки не был, — усмехаюсь я. — С ней не может быть скучно!

— А у меня не было бабушки, — помолчав немного, говорит Влад.

— А кто у тебя был? С кем ты проводил детство?

— С братом, — хмурится он, глядя в пустоту перед собой.

— Повезло тебе, — пожимаю плечами. — У меня, вот, нет братьев и сестёр. Вы с ним близки?

— Нет, — Влад мотает головой и отворачивается.

— Почему?

— Не твоё дело! — отрезает он, а я словно прихожу в себя.

Опять попалась на эту «удочку». Каждый раз когда завожу с ним разговор, кажется, что в этот-то раз нам, наконец, удастся пообщаться нормально, но… я просто забываю, какой он неадекватный!

— Не очень-то и хотелось! — бурчу в ответ и тоже отворачиваюсь.

Сам, ведь, беседу завёл. А потом сам же и психанул. Придурок.

— Извини, — внезапно вздыхает он. — Ты не виновата. Мой брат умер много лет назад. А я не очень люблю говорить на эту тему.

Поражённо поворачиваюсь к нему. У моего отчима был ещё один сын? Брат Влада? И он умер… Видимо, Влад до сих пор переживает по этому поводу, раз даже говорить об этом не хочет…

— Мне очень жаль твоего брата… — тихо говорю, а сердце скручивает от сочувствия. — Как его звали?

— Дима. Его звали Дима.

Дальше какое-то время мы идём молча. Влад пропадает где-то в своих мыслях, а я боюсь снова расспрашивать его. Видимо, брат Влада умер в молодом возрасте… И, наверное, это было что-то трагическое… Так всегда бывает, когда умирают молодые…

Вскоре виднеются разнопёрые крыши домов, и дорога выводит нас к знакомым заборам.

— Вот и пришли! — останавливаюсь возле калитки и нажимаю небольшую кнопку — дверной замок.

Слышатся торопливые шаги, а потом со скрипом открывается деревянная дверь.

— Василинушка! — вижу родное лицо бабушки, испещрённое морщинами.

Бабуля радостно обнимает меня, сдавливая рёбра. Хватка у неё что надо! И не скажешь, что человеку восьмой десяток скоро пойдёт!

— Бабуля, — растворяюсь в знакомом запахе. От неё пахнет землёй, свежей выпечкой, мёдом и какими-то цветами… как же уютно!

— Ох! — причитает бабушка, опуская ладони