Опасности любви - Рексанна Бекнел

– Смейтесь сколько угодно, – в тон ему ответила Люси. – Я уверена, что корни вашей враждебности к графине – в детских переживаниях. – Она с любопытством посмотрела на него. – Ваша мама была добрая, ведь правда? Значит, причина вашего недовольства кроется в контрасте между жизнью с ней и без нее. Если бы ваша жизнь в таборе была тяжелой, то вряд ли бы вы были сейчас так злы на весь свет.

Она сказала это не подумав, но опять попала в точку. Не проронив ни слова, Айвэн вывел ее в пустынный холл; еще один поворот – и они неожиданно оказались одни в полутемной библиотеке.

Люси начала нервничать.

– У меня нет желания продолжать эту беседу. Особенно здесь, где…

Айвэн решительно закрыл за собой дверь, и Люси охватила паника. Но она понимала, что ни в коем случае не должна показывать ему свой страх, и потому с наигранной беззаботностью пожала плечами.

– Вы прекрасно понимаете, милорд, что это наше уединение за закрытыми дверями может погубить мою репутацию. И если вы вознамерились запугать меня, то смею заверить, вы своего добились. А сейчас, прошу вас, позвольте мне вернуться в залу. Меня ждут обязанности наставницы вашей кузины.

– А я-то как раз хотел рассказать вам о причинах своей злости! Неужели эта тема перестала вас интересовать, мисс Драйсдейл?

Сейчас ее интересовало только одно: как выпутаться из ситуации, в которую загнало ее собственное любопытство? Как она могла забыть об осторожности?! Ведь ясно же: оставаться наедине с этим человеком очень опасно! Во всяком случае – для нее. Люси всегда считала, что достаточно умна, чтобы не поддаваться сиюминутным увлечениям. И вот пожалуйста: даже Валери оказалась умнее и не поддалась чарам Айвэна Торнтона.

– Человеческий ум меня интересует всегда, – с трудом произнесла она. – Но при этом я не забываю и о правилах приличия. Так что если вы и в самом деле хотите рассказать мне о себе – сделайте милость. Только побыстрее, пожалуйста. Я должна вернуться к исполнению своих обязанностей.

Узкие губы его сложились в насмешливую улыбку.

– Побыстрее… – пробормотал он. – Что же, я попробую быть кратким. Но прежде, чем я начну, скажите мне, мисс Драйсдейл, могу ли я рассчитывать на взаимность?

Люси настороженно посмотрела на него.

– Что вы имеете в виду?

– Все очень просто, – усмехнулся Айвэн и подошел к ней поближе. – Мне интересно знать, что произошло в детстве с вами, что сделало из вас столь жадного наблюдателя за жизнями других. Или ваша собственная жизнь настолько скучна и лишена событий, что вы просто вынуждены жить чужой жизнью?

– Вы хотите меня оскорбить?

– Вовсе нет, мисс Драйсдейл. Кстати, можно я буду называть вас Люси? – произнес он так вкрадчиво, что по телу ее пробежала дрожь.

– Нет! Не думаю… По-моему, это совершенно неуместно… – пробормотала она.

– Значит, Люси. Уместность меня интересует меньше всего.

Люси окончательно растерялась. Уж не пытается ли он ее соблазнить? Да это же нелепо! Однако именно это желание горело в его немыслимо голубых глазах. Он смотрел на нее так, словно собирался испепелить на месте!

Люси чуть отодвинулась и отвела от него взгляд, лихорадочно думая о том, как сменить тему разговора. А главное – потушить этот странный огонь, внезапно вспыхнувший у нее в груди.

– Очень интересное замечание. Вы вновь напомнили мне племянника. Он постоянно цепляется к брату, дразнит его, пока тот не разозлится. А однажды он пытался проделать то же самое со мной, но у него ничего не вышло. Он понял, что со мной шутки плохи. И у вас тоже ничего не получится, милорд!

Она обогнула широкий дубовый стол и почувствовала себя в относительной безопасности, хотя и понимала, что несет чушь, совсем как Гортензия, когда нервничает. Но Гортензия интересовала ее сейчас меньше всего. Ее беспокоил Айвэн Торнтон.

Надо попытаться отвлечь его и вернуться к Валери. Призывая на помощь все свои силы, Люси улыбнулась ему.

– Я предлагаю вам уговор, лорд Уэсткотт. Уговор, от которого можем выиграть мы оба.

– Вот как? – Он с откровенной насмешкой разглядывал ее. Она и не подозревала, что голубые глаза могут быть такими жгучими. – Дорогая Люси, вы делаете мне предложение?

– Что? – Она мгновенно забыла о цвете его глаз. – Предложение? Вам? Господи! – Люси почувствовала, что щеки ее горят, так что скрыть смущение ей не удастся. Но это только подлило масла в огонь. – Если вы и впредь будете вести себя как капризный ребенок, то нам разговаривать не о чем!

С наигранной наивностью Айвэн развел руками.

– Как ребенок? Вы меня убиваете! Неужели я похож на ребенка?

Люси была настолько взвинченна, что уже сама не понимала, что говорит.

– Нет, что вы! Вы похожи на мужчину, который не сомневается в своей власти над женщиной. Но где-то в глубине души в вас прячется перепуганный маленький мальчик, так и не сумевший переступить через свое одинокое грустное детство.

Айвэн нахмурился, и Люси вдруг показалось, что в библиотеке стало холодно, как зимой.

– Я подозреваю, в мальчиках вы разбираетесь лучше, чем в мужчинах, мисс Драйсдейл. Именно отсюда ваши ошибочные суждения. Я перестал быть мальчиком в тот день, когда меня выкрали у матери. Я перестал быть мальчиком, когда попал в интернат для незаконнорожденных. Я перестал быть мальчиком, – продолжал он ледяным тоном, – когда узнал, что я член безнравственной семьи и безнравственного общества. Все, что во мне было от мальчика, умерло много, много лет назад.

В гневе он выглядел грозно, но было в нем что-то уязвимое. И именно это тронуло сердце Люси. Она поняла, что не может бросить его здесь одного после всего, что так необдуманно сказала ему.

– Вы имеете полное право злиться на вашу бабушку, – пробормотала она, пытаясь успокоить его. – Она действительно поступила с вами бесчеловечно.

Но слова утешения ему сейчас были вовсе не нужны. В три шага Айвэн обогнул стол и схватил ее за плечи.

– Запомните: та злость, что я испытываю к бабке, направлена только против нее. Но то чувство, которое я испытываю сейчас, предназначено исключительно для вас, Люси.

– Вы что?! – испуганно вскрикнула она.

– Ничего особенного. Я просто выплескиваю на вас свою злость. Злость мужчины, а не мальчика. А вы – женщина, а не наивная институтка.

Сердце у Люси забилось так, что ей стало трудно дышать. И все-таки каким-то чудом она выдавила из себя:

– Если вы думаете, что я позволю вам поцеловать меня, то вы сильно заблуждаетесь!

Айвэн склонился над ней.

– Дорогая мисс Драйсдейл, просто поцелуй меня не удовлетворит.