Поцелуй на удачу - Кира Крааш

Я, честно говоря, никогда не ходила по рядам с готовой одеждой, и неожиданно поняла, что в этом есть своя прелесть! Мы с Эммой зарылись в ряды вешалок, как хрюшки в апельсины. С удовольствием и по самую макушку.

Правда, после выбора вороха одежду, его пришлось померить, а я все еще мечтала поужинать. Но Эмма была беспощадна, а меня все еще преследовала мысль о вытянутых коленках.

В общем, где-то с час мы потратили на покупку мне аж трех комплектов одежды, и лишь после этого, с чувством выполненного долга, отправились ужинать.

Рядом с торговыми рядами теснились едальни на любой вкус и кошелек. Точнее, на любой средний вкус и средний кошелек. Эмма с уверенностью тягача шла сквозь толпу в одном ей известном направлении.

— Я была в том трактире, он прекрасен, — заверяла меня подруга. — Тебе точно понравится! Конечно, не ресторан, но очень достойно.

Вообще мы довольно часто выбирались в город из академии. Правда, первый раз я чуть не провалила все свое инкогнито, когда сказала, что мне нужно снять деньги со счета в банке. Глаза Эммы тогда сделались такими большими, что пришлось выдумывать на ходу, почему неблагородная я обладаю таким количеством средств, что могу пользоваться банковским счетом.

Пришлось быстренько выдумывать папочке профессию купца-строителя. Тут у Эммы глаза расширились еще больше: то ли потому что одновременно купцов-строителей не бывает, то ли потому что раз купец — значит, возит какие-нибудь интересные товары. Пришлось развести руками и сказать, что я точно не знаю, чем он занимается, но деньги исправно выдает.

К чести Эммы, она не стала лезть за деталями. То ли решила, что я полная дурочка, раз не представляю, чем занимается отец, то ли поняла, что я не хочу рассказывать. У подруги, конечно, не всегда хватало такта, но каким-то шестым чувством она понимала, куда свои любопытный носик совать следует, а куда — нет.

Впрочем, учитывая таланты ее маменьки, думаю, это было что-то наследственное.

В общем, в выборе мест подруга вообще не стеснялась, зная, что я поддержу ее внутреннюю транжиру. Поэтому ничего удивительного, что мы ходили по местам с приличной публикой.

Удивительно было другое — что среди этой приличной публики внезапно оказался Виктор. Стоящий прямо у входа в трактир!

— Привет… — растерянно поздоровалась я.

— Ого! — только и сказа Эмма.

— Привет, — кивнул капитан каким-то резким, нервным движением.

— Что ты тут делаешь? — спросила я.

— Думал поужинать, — ответил Виктор.

Я выразительно приподняла бровь — местечко, может, и было очень даже ничего, но далеко от академии и посреди торговых рядов. Сыну герцога только если в страшном сне может присниться, что он тут что-то покупает.

— Мы тоже собирались поесть. Присоединишься? — без задней мысли предложила я.

— С удовольствием, — улыбнулся Виктор уголками губ.

— Ааа… — протянула Эмма, все это время пялившаяся на капитана восхищенным взглядом. — А я, пожалуй, пойду.

— Куда? — не поняла я.

— В общежитие.

— Зачем? — совсем растерялась я.

— Ну все, вещички мы тебе купили, мой долг, как подруги выполнен.

— А ужин? — я приподняла бровь.

— Да что-то не хочется.

— Ты ж ничего не ела! — удивилась я.

— А я на диете, — заявила Эмма.

— С каких пор? — прищурилась я, начиная что-то подозревать.

— С обеда, — широко улыбнулась подруга и, повернувшись к Виктору, сказала с нескрываемым восторгом: — Доверяю свою подругу тебе, капитан!

Эмма растворилась в толпе эффектнее Стефана, шагающего в тень.

— Идем? — спросил Виктор, проигнорировав странное поведение Эммы.

40

— Идем, — пожала плечами я, решив, что есть мне хочется сильнее, чем разбираться с фанаткой по соседству.

Трактир оказался небольшим, шумным и довольно уютным. Недостатка в посетителях заведение явно не испытывало, но его нельзя было назвать студенческой забегаловкой. Все было весьма прилично, но за счет отсутствия контроля социального слоя на входе, внутри были просто люди с достатком чуть выше среднего, в равной степени как благородные, так и просто состоятельные.

Виктор уверенно пересек зал, заметив какой-то свободный столик, помог мне усесться и таким привычным, но властным движением подозвал официанта. Или как их тут правильно называли.

Я наблюдала за парнем с любопытством, чувствуя себя агентом под прикрытием. Мне нравилось, что парень не красуется и не рисуется передо мной, не выпячивает свой титул и достаток, но ведет себя так уверенно и спокойно, что, наверное, даже в самой дешевой забегаловке с ним было бы не страшно поужинать.

Пока я вдумчиво изучала меню, Виктор делал заказ, выдавая в сее завсегдатая заведения:

— Напитки? — уточнил официант.

Виктор, не задумываясь, ответила:

— Коньяк… — осекся, посмотрел на меня и поправился: — Нет, коньяк отмените. Несите кувшин брусничного морса.

Я хмыкнула, но оценила. Это было действительно приятно и как-то… благородно, что ли.

— Как ты нас нашел? — спросила я, когда мы закончили с выбором еды.

— Случайно, — не стал отпираться Виктор. — Увидел твою светлую макушку и не мог отказать себе в удовольствии посмотреть, чем занимается мой лучший стрелок.

— Я — твой единственный стрелок, — напомнила я.

— Как скажешь, — чуть улыбнулся парень.

— Мы покупали мне одежду для тренировок, — ответила я на вопрос, который в общем-то никто не задавал. — А что ты делаешь в городе?

Виктор поморщился, как от зубной боли.

— Хотел пройтись… Проветрит голову.

— Помогло? — уточнила я.

— Увы, стало лишь хуже, — вздохнул капитан.

Я вообще никогда не была особо любопытной до чужих дел, но тут почему-то не сдержалась.

— А что случилось? — спросила прежде, чем сообразила. И тут же добавила из вежливости: — Если не секрет?

Шустрый официант выставил перед нами глиняный кувшин и пару стаканов, расписанных веселенькими цветочками. Хотел еще разлить, но Виктор шикнул на него, и тот понятливо испарился.

— Да в целом ничего нового… — медленно проговорил Виктор, разливая тягучую, темно-алую жидкость по стаканам. — Но и старое с лихвой потрепало нервы.

— Эгилл, да? — наугад спросила я.

— И это тоже, — кивнул капитан.

Наверное, не стоило спрашивать. Ну вот зачем мне лезть в дела команды, если я еще даже не решила, собираюсь ли я оставаться в составе? Мне было ни капельки не любопытно, за что лекарь так меня не любит.

Но мне было ужасно интересно, что думает сам Виктор на этот счет.

— А в чем все-таки причина? — осторожно спросила я, выжидающе посмотрев на капитана.

Тот вздохнул, взъерошил волосы и задумчиво побарабанил по столешнице.

— Если это страшный секрет, вопрос снимается, — поспешила добавить я.

— Секрет? Да нет, это довольно громкая история была… Ты просто ее не застала, потому что тогда еще не училась.

Виктор