Попаданка для Повелителя Стихий, или Любовь в Новогодие - Кария Гросс

— Магия смерти, — уточнил я, начиная злиться. Вот кто ей разрешал есть яблоки! С чего это она решила вообще, что их можно есть! Или… В этот момент меня прошибла мысль. Она могла подумать, что я умер, и отравиться. Если так, то я отказываюсь понимать, что происходит!

— Еще точнее, — настаивала вирма. — Я вам что? Прорицатель? Или ясновидящая? Почему я должна угадывать! Тут счет на минуты идет!

— Некромант, — вздохнул я, а Серфея вздрогнула. При одном упоминании темной магии, целительнице стало плохо. Она сделала глубокий вдох и покачнулась. Я посмотрел на нее, надеясь, что как бы не пришлось искать целителя для целителя.

— Я это убирать не буду! — истошно орал кто-то из коридора, — Это тёмная магия! Увольняйте — не пойду!

О, кто-то нашёл вчерашний след от брата и теперь решают, кому его убирать. И все-таки они похожи с отцом. Тот тоже, когда пришел на светлые земли, выжигал их тьмой.

— Плохо дело, — нахмурилась Серфея, отрываясь от пациентки, — Ваше императорское высочество, вирма за чертой.

Глава 63. Андарисс

«Вирма за чертой» — снова и снова я прокручивал в голове слова Серфеи. Гарпии ластились ко мне, требуя внимания. Я рассеяно поглаживал ледяных птиц, хмуро глядя на бледную вирму, лежащую на кровати.

Сейчас она напоминала бледную статую. Сверкающие крылья казалось были вовсе не ее. Я еще не знал, что неприятности уже крадутся ко мне на мягких лапах.

— Что-о-о-о тако-о-о-о-е? Его императорское высочество не уследил и теперь студентка пропу-у-у-устит занятия? — раздалось гнусавое над ухом, а скривился. Пришёл всё-таки. Я ждал его раньше. — Не уследил за братом, потом не уследил за вирмой… Как же ты будешь следить за империей? Ты, это, следилку почисть!

— Не твоего ума дело, — рыкнул я, чувствуя, что если сейчас не возьму себя в руки — в академии на одну статую станет больше. — Можешь что-то сделать — сделай. Нет — уходи и не мешайся!

— Ну, давай посмо-о-о-о-трим, — протянул кот, делая шаг к кровати. Небольшое сияние, как вихрь из пламени и к кровати подошел мужчина.

Высокий, темный, с аккуратно постриженной бородой и горящими глазами.

Так, выдыхай, Андарисс. Просто выдыхай. Мысленно запомни и отложи до лучших времен.

Кот умеет оборачиваться, но почему-то скрывает это от Снежаны. Или она в курсе? И я один тут, как идиот не понимаю что происходит в вверенных мне землях? Если бы узнал отец… Нет, не так. Не приведи Элоир, если узнает отец… Ничего, я справлюсь сам!

— Магия смерти. Я вижу, что тут расстарался некромант, — хмыкнул кот и поджал губы. Огненный. Интересно… Наверняка есть еще одна стихия. Слишком уж от него фонит резервом. — Есть идеи?

— Если бы были — она бы была на занятиях, — ядовито заметил я, раздражаясь всё больше и больше. — И мы бы с тобой не разговаривали!

— Раздавать возмездие легко, ваше императорское высочество, — вздохнул кот, присаживаясь на кровать. От него к вирме поползли малюсенькие огоньки пламени, — Пока сам не окажешься на месте наказуемого.

— Намекаешь на поведение отца? — с раздражением произнес я, закипая, — Смеешь судить поступки императора?

— Смею судить поступки, продиктованные его воспитанием, — огрызнулся кот, а его спина напряглась, — Мы здесь не помощники. Здесь нужен кристалл.

— Тот, что возле академии? — выдохнул я, понимая, что одной проблемой меньше. Осталось понять, как его применить. Пока что были мысли приложить вирму к кристаллу. Или кристалл к вирме. Других мыслей не было.

— Нет, не он, — туманно произнес кот, вставая и направляясь к выходу, — Покопайся в архивах, посмотри. У тебя не больше пары дней.

— А ты? — взревел я, теряя терпение, — Тебе совсем наплевать? Она же по твоей милости оказалась тут!

— По моей милости она оказалась в академии, — равнодушно заметил кот, открывая дверь и выходя в коридор, — А вот то, что она оказалась здесь, в этом моей вины нет. Здесь всецело ваша вина, ваше будущее императорское величество.

*** А вот и наша киса… Леонард, он же Барсик)

Мур

Глава 64. Андарисс

— Библиотека, так библиотека, — вздохнул я, глядя на стопку пыльных фолиантах о кристаллах, — Ну, начнем.

Первый фолиант не принес почти никакой информации. Кроме того, что кристаллов, как академический — много. Сколько точно — не указывалось. Где они находятся тоже. Я захлопнул книжку и втиснул ее на место. Стеллаж пошатнулся, а я удержал его рукой. Какие хлипкие тут стеллажи.

— Полетели дальше, — вздохнул я, беря в руки очередную пыльную книгу, — Летописи Экрилады… Элоир, ну почему этим должен заниматься я, а не какой-нибудь скурпулезный придворный маг с дергающимся глазом! Где эти радостные крики: «Ваше императорское высочество! Я все нашел! Вот, то что вам нужно. Вам пересказать?».

Мне срочно нужен Алидисс. Обычно это выглядело так. «Я тут слышал, но не точно…». А в ответ «Сейчас, погоди, шестой стеллаж, третья полка, восьмая книга слева! Нужная страница номер….». Ка-а-ак он так может?!!

Я буквально взвыл, рассматривая кривые строчки рукописного текста. Да тут еще и с ошибками! О, Элоир! За что мне это наказание. Чья-то куриная лапа рассказывала мне то, что я и без них знаю!

— Вирма, — вздохнул я, напоминая себе почему я за это взялся, — Там нуждаются в моей помощи. Так соберись.

Я посмотрел на тысячи книг в одинаковы белых переплетах окружающих меня со все сторон.

Третий том тоже не принес ничего кроме пыли… Попробуем самый действенный способ! Наугад!

Восьмая книга отправилась обратно. Я уже потерял надежду и терпение.

— А вот это интересно, — нервно выдохнул я, пробегая по строчкам, — Вот оно…

Нет, к вирме это не имело никакого отношения. А вот к тому, что погас кристалл — очень даже имело.

— Обмен жизни пятистихийника на магию королевства, — снова перечитал я страшные строки, — И магия снова вернется.

Шесхар тебя раздери! Да может в этом мире быть что-то простое, доброе, без жертв!

— Жертвоприношение, — выдохнул я, перечитывая ритуал, запоминая каждую букву, — Жертва должна быть добровольной.

Теперь я понимаю, почему отец пришел на эти земли истреблять. Существа придумавшие такие жестокие правила не должны населять империю.

— Пятистихийники часто встречаются среди высших вирм, — читал я, а глаза всё сильнее лезли на лоб, — Крылья — являются признаком высшего дара.

Так у меня в больничном крыле — целый клад. И пыльца и дар. Стоп! Так нельзя.