Хочу тебя жестко - Анна Шварц

— Ага. Только душ приму. Слушай, дай свою настольную лампу, пожалуйста.

- Это на хера тебе она?

— Кое-что выучить надо. — произношу я, и братик явно зависает.

— В час ночи? Надо было раньше домой валить и учиться, а не зависать со своими подружками-потаскушками. — у меня закатываются глаза, когда он это произносит. Во-первых, сам потаскун, во-вторых, сам-то свалил от учебы в армию. Бить его бесполезно, я уже пробовала.

Он уходит в комнату и возвращается с лампой, за которой тащится провод, а после пихает ее мне в руки.

— На.

— Спасибо. Слушай. — я останавливаю его, когда вижу, что он собирается свалить в туалет. — А ты когда-нибудь общался с настоящими психопатами? Как они...

— Ой, бля, хватит читать всякую хрень перед сном и смотреть Ютуб. — закатывает глаза брат и хлопает по спине. — Давай, вали, а то родители встанут на кипиш.

Я, сцепив зубы, иду в комнату. Да блин, почему все отмахиваются от меня, как только я завожу серьезные темы?! Поставив лампу на стол, и, включив ее, я достаю из сумки конспекты и обессиленно опираюсь на руки, опустив голову.

Не знаю уж, чем я привлекла внимание профессора, но, похоже, мне стоит срочно исправить это. Если я не буду выделяться и он потеряет причины надо мной издеваться, то, вероятно, я буду в порядке.

Пожалуй, стоит вызубрить его предмет. Возможно, впервые в жизни.

***

— Эй, ты разве не пила уже кофе? — интересуется на следующий день у меня Алена, когда вернувшаяся в институт Лиза передает мне энергетик. — Сердечко не боишься посадить?

— Спать очень хочу. — говорю я, открывая банку. — Без этого точно упаду.

Она после моих слов начинает рыться в своей сумке, а потом достает пачку и передает мне вместе с зажигалкой.

— На, сходи, перекури и проветрись.

— Ты думаешь, от этого моему сердцу станет лучше?

— По-моему, это лучше энергетика. Я начинаю день с кофе и сигареты, еще жива. Но от кофе с энергетиком у меня тахикардия.

Я с сомнением смотрю на ее руку, а затем забираю предложенное.

— Ладно. Спасибо.

— Можешь по лестнице спуститься и выйти между пролетов на балкон. Там периодически курят студенты, только не попадись никому.

— Ох, хорошо.

Оставив девочкам свой рюкзак и попросив взять в столовой пиццу, я ухожу в конец коридора, а затем, оглянувшись, открываю дверь запасного выхода и спускаюсь вниз по пустой лестнице.

Вообще я не курю, и пробовала только несколько раз за компанию, но раз Алена убеждает в том, что это поможет, почему бы и нет.

Между пролетов я толкаю дверь наружу и выхожу на балкон, глотнув свежего, влажного после дождя воздуха. Здесь уже пахнет дымом. Явно кто-то до меня... мое боковое зрение внезапно замечает что-то белое справа, и я резко поворачиваю голову.

Ох, черт.

Ну почему именно он? Черт, я же знала, что он здесь бывает.

Я замираю, будто кролик, перед профессором, который расслабленно стоит у ограждения и курит. После откровений сестры, я начинаю понимать его немного лучше. Например, почему у него вечно такое каменное лицо, будто бы его вообще ничего в мире не колышет.

Легче, правда, от этого понимания не становится.

— Простите. — вылетает у меня и я пытаюсь уйти, но меня останавливает голос профессора.

— Иди сюда, Цветкова.

Ух... в желудке аж холодеет. Я обреченно разворачиваюсь и захожу обратно.

— Я не хотела вам мешать. — сообщаю я, чувствуя на себе его больно прямой и слишком давящий взгляд. Блин, а если он меня сейчас скинет? Черт знает, что от него ожидать. Я успею вырваться или нет? Боже.

Он молча продолжает смотреть на меня и курить, а я чувствую ,как мои ладони потеют.

— Вы что-то хотели сказать? — интересуюсь подозрительно я, подняв на него взгляд. Его выражение лица даже не меняется.

— Нет.

— Тогда я пойду? — я выпадаю в осадок. Что за черт...Зачем тогда он меня позвал?

— Кажется, ты сюда шла курить. — он смотрит на пачку, которую я сжимаю, а у меня дергается глаз.

— Я же не могу делать это перед преподавателем. И тут вроде запрещено курить.

На губах профессора появляется усмешка после моих слов.

— Да? Я же курю. Давай, Цветкова.

— Мне как-то неудобно. — я, честное слово, уже хочу просто сбежать. По уровню дискомфорта этот разговор просто пробивает топ-100 моих разговоров. — Вы же преподаватель.

— Мне на тебя плевать. Закуривай.

Я растерянно смотрю вниз, на парк за институтом. Ладно... мне кажется, что в случае с этим человеком проще делать то, что он говорит, и тогда все будет в порядке. Хотя мне дико дискомфортно. Между нами расстояние менее метра, и даже не учитывая все другие факторы, влияющие на мое спокойствие, он - преподаватель, а я - студентка, курящая при нем. Достав из Алениной пачки сигарету, я поджигаю ее, и, затянувшись, закашливаюсь. Боже ,ну и гадость. Еще и этот клубничный ароматизатор.

Профессор, тем временем, наблюдает за мной с таким лицом, словно смотрит какую-то увлекательную передачу. Я даже не знаю, что интересного я делаю. Может, ему нравится, что я пусть медленно, но убиваю себя этими сигаретами?

Ну и компания для перекура... пожалуй, я окончательно проснулась.

Тем не менее, я могу сделать еще кое-что, раз уж выдался случай.

— Я хотела вам кое-что сказать. — произношу я. Заинтересованности в лице профессора после этих слов я вообще, правда ,не вижу, но продолжаю. — Когда я в первый день вам нагрубила - это было случайно. У меня были проблемы в семье. — простите, папа, мама, брат. Вы лучшие, но это ложь во спасение. Никаких проблем у меня не было, но надо по крупицам начать исправлять ситуацию с этим психопатом. — Поэтому я сорвалась. Извините меня, пожалуйста.

Профессор так и стоит, подпирая другой рукой локоть руки с сигаретой и продолжая сверлить меня нечитаемым взглядом. Мне кажется, что мои извинения - все равно что камешек, брошенный в скалу. Они имеют нулевой эффект. Я бы могла и не произносить их.

Да блин...

Повернувшись к нему, я с уверенностью добавляю, вложив в голос еще больше вины:

— Правда, мне очень стыдно до сих пор.

Он, наконец, подносит сигарету к губам и затягивается. Я жду, что, наконец, мои