Прошу прощения... и тортик - Марина Дианова

- Это торт на помолвку, - подсказала я, рассматривая картинку.

- Я знаю, - спокойно ответил он. – Я хочу, чтобы ты положила на эту подушечку, это кольцо. – Он вытащил из кармана брюк бархатную коробочку и положил передо мной.

Я смотрела на коробочку как на змею.

- Ты хочешь, чтобы я испекла тебе торт на помолвку?

- Да. Я хочу, чтобы ты испекла мне торт на помолвку. Я решил, что пора двигаться дальше.

- Куда? – все же спросила я, когда молчание стало затягиваться.

- Дальше. Просто дальше… - он пожал плечами и, как вчера, отошел к окну. – Ты испечешь его?

- Да, - выдавила я. – Я испеку торт тебе на помолвку.

- Отлично, - Леша направился в сторону выхода.

- Ты расскажешь Камилле о нас? О вчерашней ночи? – крикнула я в удающуюся спину.

Он нехотя повернулся и посмотрел на меня нечитаемым взглядом.

- Она знает.

Я задохнулась от возмущения.

- И ты собираешься двигаться дальше? Она сможет простить тебе измену.

- Мы будем считать, что у нас началась новая жизнь, - он устало растер лицо. – Она мне подходит, - неожиданно сказал он. – Она умна, хороша собой, красива… и она не разрывает мне сердце. От взгляда на нее я не теряю голову, я продолжаю мыслить трезво; после поцелуя с ней я не забываю как дышать; от ее прикосновений я не становлюсь мальчишкой и могу спокойно контролировать свою эрекцию.

- Леш… - я вышла из-за стойки и сделала шаг к нему, а он, напротив, увеличил между нами расстояние отходя в дальний угол кафе.

- Тогда, десять лет назад, когда я узнал, что ты уехала в столицу, я махнул на все рукой и рванул за тобой, - он смотрел вдаль, избегая встречаться со мной взглядом. – Я оставил все: мать, работу, друзей, ради незыблемой надежды на встречу с тобой. Знаешь, - он грустно усмехнулся, - первые два года я потратил на поиски тебя. Ты знаешь сколько в Столице институтов, в которых учат на архитектора? Всего одиннадцать ВУЗов, и я был в каждом из них, надеясь найти тебя.

- Я не поступила на архитектора, - прошептала я, чувствуя слезы на щеках.

- Я знаю, - отрезал он. – Потом я стал искать тебя среди экономистов, ведь твой папа так мечтал видеть тебя среди этой братии. Сто шестьдесят два ВУЗа. – Я молчала, не решаясь ничего сказать. – Я ждал, я искал, я звонил и представлялся стражем порядка. Но деньги стали заканчиваться, я даже ночевал на вокзале, и мне пришлось найти работу, но я не оставлял надежду найти тебя. Мое утро начиналось со звонка в деканат, а после я шел на работу, на завод. Два года я жил в таком режиме, пока не встретил Рогова и он открыл мне двери в мир и за это я ему благодарен. Не знаю, что он увидел во мне, но очень скоро я стал его правой рукой, а это подразумевает деньги, связи, пиар. Глупо, но я соглашался присутствовать на разных мероприятиях лишь в надеже на то, что однажды ты откроешь журнал и увидишь мою рожу. Вспомнишь, что было между нами и позвонишь, найдешь… Не нашла, не позвонила, - как-то горько усмехнулся он. – А потом я отпустил. Отпустил ситуацию, стал жить для себя, но ты продолжала преследовать меня в моих снах. Боги, - он отвернулся к окну. – Я думал я никогда не смогу жить нормально, но нет – время на самом деле лечит. А потом на одном мероприятии я встретил Камиллу. Она, как и многие, искала встречи с состоятельным и успешным мужчиной, который сможет содержать ее и обеспечить всем, что она пожелает. Конечно, она бы предпочла связаться с Роговым, но мы оба знаем, что он до сих пор сходит с ума по своей жене, но я тоже отказался вполне не плох. Она дает мне свое тело, ведет себя соответствующе моему статусу, а я даю ей деньги. Оба довольны.

- Ты женишься на ней только из-за того, что она дает тебе свое тело?

- Нет, глупая ты женщина, - воскликнул он. – Я женюсь на ней, потому что она мне подходит. Потому что она не ты. Я покину город, и мы больше никогда не встретимся. Я устал доказывать всем, а главное самому себе, что я достоин тебя. Ты оттолкнула меня. Трижды. Я больше не буду бегать и просить твоей милости. Хватит. Это было просто помутнение.

- Ты просил? Ты бегал? – я кинулась к нему с кулаками. – Я ждала тебя. Ждала тогда, десять лет назад, ждала сейчас… я так любил тебя, а ты? Для тебя это все была игра?

- Игра? – спросил он глухо. – Пусть будет так.

- А что, разве нет? – я чувствовала слезы на щеках, но не могла остановиться. – Когда ты спорил, это разве была не игра? Тогда, в номере, ты разве не играл? Ты ни разу не сказал мне, что любишь! – кинулась я на него с обвинением. – Мне было восемнадцать, и ты был моим смыслом жизни.

- Я как зомби ходил под твоими окнами, закидывал тебя сообщениями и звонками и даже получил под дых от твоего отца, - он как-то печально усмехнулся он, - Хотя в том состоянии… ты считаешь, что все это была игра? Все что между нами было? Алена, я любил тебя так, как не любил никого ни до, ни после.

Мы молчали и не решались продолжить разговор. Слишком откровенно, слишком больно…

- Хотя знаешь, - сказал он, глядя на дверь. – Мне не нужен торт. Ничего не нужно. Завтра я возвращаюсь в столицу, - он ушел. Без сцен, без скандалов, без истерик. Просто ушел. Оставил меня опустошенную один на один со своими мыслями.