Наследие времени. Секунда до - Мери Сейбл

Она снова кивнула, но опустила голову, словно провинившись. Девушка была виновата перед ксанфатом и Ардой. Однако люди за рекой не попадали под те описания, которые ей всю жизнь вбивали в голову.

— Мне придется рассказать тебе о том, кто мы, чем занимаемся, как живем и зачем помогаем людям. В обмен ты сперва расскажешь мне, кто вы такие. Как ты очутилась в ксанфате, о котором рассказала Гаррету? Объясни подробней, что за шрамы на твоем лице и руке? — Его голос был ровным и спокойным, он снова протянул руку, показывая, что ему можно доверять.

Она выглядела растерянной: такое чувство, будто реальность была где-то в другом месте. Казалось, это злая шутка за то, что она ослушалась своей ксанфы. В этот момент она поклялась себе, что больше никогда не нарушит правила и свои обещания. Ведь она обещала Арде всегда служить ей верой и правдой, а теперь из-за глупой обиды и любознательности оказалась здесь. Она не понимала, почему он интересуется шрамами.

— Я не помню, как оказалась там: была слишком маленькой. Рассказывали, что мне было около трех лет, когда я там появилась. Нашли меня уже израненной, но я правда не знаю с кем, иногда мне кажется, что мне сказали правду о медведе. Честное слово, не знаю. Перед моим уходом женщина, которая лечила мои раны, рассказала, что об этом запрещено было говорить по приказанию ксанфы. О том, как нашли меня с мужчиной. Я не знаю, кто он, да и вообще, правда ли это, — Сатирра зашагала в сторону речки, снова придерживаясь за руку Анункасана.

— И больше ты ничего не знаешь?

— Нет, только если меня правда нашли с мужчиной, да и неважно, даже если с медведем, кто-то из них погиб от руки моей ксанфы. Она бывает жестокой, но только не по отношению ко мне или к кому-либо из ксанфата. Строгой — да, но каждую из нас она ценит и любит. Сбежав оттуда, я все больше понимаю, насколько мир за рекой отличается от нашего. Я не знаю, во что верить, однако знаю, что медведь смог бы разорвать меня на части, но каким-то чудом я просто изуродована и могу ходить с вами здесь. Живая, а не съеденная. Помню, как мне приснилось, что огромный зверь напал на меня, разинув свою пасть и сомкнув челюсти на моей голове. Но, думаю, это все воображение, я не могу помнить этого, — она лихо перепрыгнула через небольшой камень, и это отдалось болью в боку.

— Ты быстро идешь на поправку. Говорят, что женщины заживают быстрее, чем мужчины. Я и сам это много раз замечал. Наверное, ваше тело создано таким, чтобы после рождения детей вы могли быстрее восстанавливаться.

— Что? Рождение детей? Как это? — Сатирра удивленно посмотрела на него. Казалось, это поразило ее больше, чем магические превращения едва знакомых людей.

— Ты не знаешь, откуда берутся дети? Неужели ни одна амазонка не родила за все время, что ты там была? — Он тоже был сильно удивлен, даже выпучил глаза.

— Детей всегда приносили из леса. Как и кобыл, коров, кур, овец. Мне говорили, они расцветают, как цветы на деревьях. Они цветут очень редко, поэтому пополнение наших рядов нечасто происходит. Кого-то находят совсем маленьким и забирают к нам тренироваться, а взрослых женщин даже не учат меч в руках держать, они уже не могут стать воинами. Мужчины вырастают из сорняков и ядовитых растений, поэтому они плохие, — она говорила серьезно.

При всей рассудительности и мудрости даже Анункасан не смог сдержать недоумения на лице. Он был поражен, но пытался собраться с мыслями, чтобы не напугать девушку правдой. Ее отчужденность от реального мира была очень абсурдна. Но посвятить ее в таинство рождения он посчитал своей обязанностью.

— Боюсь сказать тебе, что это совсем не так, — задумчиво ответил он. — Только от мужчины и женщины может появиться подобный им человек. Один без другого не сможет обзавестись потомством, и род его будет обречен на погибель. Неужели кобыл и других животных вы находите в кустах?

— Да, кобыл тоже приводили из леса, как и остальных животных, но я сама никогда не находила никого, — она до сих пор не понимала, о чем он говорит и как мужчина может повлиять на будущее людей.

— В каком страшном месте ты выросла… Амазонки настолько ненавидят мужчин, что отрицают происхождение любого из нас. Все ведь совсем не так, мужчина и женщина должны любить друг друга, и от их чувств появляется новый маленький человек. В любви рождаются хорошие люди. Иногда есть жестокие мужчины, про которых тебе рассказывали. Они мучают, насилуют и избивают женщин, от таких тоже могут появиться дети, и женщине приходится носить под сердцем ребенка, который растет внутри. Предназначение людей — делать себе подобных. Поэтому между мужчиной и женщиной существуют чувства, которые бывают настолько сильными, что никто не может это изменить. Любовные пары идут на все, чтобы быть рядом друг с другом. Они становятся семьями. Это и есть самое большое счастье, — уже серьезнее, но по-доброму рассказывал он.

— Значит, я должна кого-то полюбить, и тогда у меня появится семья и ребенок? Как я пойму, что это оно? — Она наморщила лоб, как любопытное дитя.

— Думаю, понять это несложно. Тебе всегда будет не хватать этого человека, если он не рядом. Наши сердца бьются быстрее рядом с теми, кого мы любим. Мы можем плохо спать по ночам, думая о любви. Это невозможно не заметить. Хочется прикасаться руками к телу человека, которого любишь, целовать губами и много чего еще, — он подумал, что на этом для нее достаточно — пока что.

— Я никогда такого не испытывала, — потупившись, сказала она.

— Мне жаль, что ты выросла в таком лживом месте. Но, возможно, тебя не обманывали о том, как ты попала туда, а сон про медведя вовсе не воображение. Когда Гаррет вернулся от тебя, то рассказал о мужчине и медведе. Мне стало понятно, что все равно придется поведать тебе наш секрет. Есть только одно объяснение, почему ты выжила после такого кошмара. Боюсь, я знаю, кто был тот мужчина, с которым тебя нашли. Он был одним из нас. Одним из тех, кого