Вкус порока - Кейт Ринка

– А тебя это не касается…

– Вот как раз меня это сейчас и касается. Лично меня, – произнес тот с возмущением.

– Так объясни. Какого хрена она вообще у тебя делает? Да еще в таком виде.

– Так давай дадим слово ей, – предложил Шаман, показав на меня раскрытой ладонью.

И все мужские взгляды обратились в мою сторону. А я не то, что говорить, я вдохнуть не смогла.

– Белка? – строго позвал Рома, поторапливая и заставляя открыть рот.

Мне пришлось быстро брать себя в руки. Все-таки это все и правда началось из-за меня. И спрятаться сейчас под одеялом не получится.

– Я хотела помочь… – начала с простого. – Хоть чем-то загладить свою вину за тот вечер. Взяла у отца денег под часть долга и пришла сюда… Попыталась договориться и…

– И что? – недовольно произнес Рома, уже одним взглядом пытаясь меня выпороть, прямо тут, прилюдно.

– И Шаман предложил мне с подругой заменить двух девушек…

– Но без интимных услуг, – сразу пояснил Шаман, когда потемневший взгляд Ромы метнулся к нему. – Правда, лапочка?

– Да.

– Да какая в жопу разница! – вдруг выпалил Рома, шагая на Шамана.

Но Тай тут же схватил его за предплечье, останавливая на месте.

– Шаман, – вступил и Джексон. – Ты ведь знаешь, что она сестра Ромео, то есть часть его семьи – часть нашей семьи…

Мне снова стало дико стыдно. Потому что снова подставила Рому и его Всадников. Ведь для байкера тронуть женщину другого байкера – это хуже оскорбления. А я как-то и забыла об этом.

– Тогда почему на ней нет браслета? – вполне обоснованно спросил Шаман.

Потому что он прав – каждая важная для клуба женщина носит определенный браслет – некий символ принадлежности, который всем говорит, что она находится под защитой своего клуба. У Всадников это браслет из красной плетеной кожи с серебристой бусинкой, на которой выбиты две буквы «NR». У Городских Волков – примерно такой же, но из черной кожи, и с маленькой серебристой мордой волка. А вот у женщин Бастардов, третьего клуба нашего города, оранжевые с черепом.

– И потом, – продолжил Шаман. – Она у него взрослая совершеннолетняя девочка, разве нет? Ее здесь никто ни к чему не принуждал. Наоборот, я пошел ей навстречу. А теперь и сам огребаю. Потому что именно она приглянулась моему особо важному клиенту…

– Веришь? Мне вообще на это насрать! – снова выпалил Рома. – Я пришел за ней, и уйдут Всадники – только с ней, и сейчас же. Или у тебя есть возражения?

Я невольно поежилась. Рома так злился, что волны его гнева доставали меня даже на расстоянии. Но злился здесь не он один. Подойдя к Роме, Шаман встал напротив него, очень близко, заложив руки за спину и уставившись брату в глаза. В этот момент мне показалось, что сам воздух в комнате стал плотнее. В него выделялось столько тестостерона, что можно было задохнуться.

– Хочешь дать мне в морду? – прямо спросил Шаман.

– Очень.

– Как-нибудь в другой раз. А пока все свободны. Но! Напоследок хочу дать один совет – держи свою бедовую сестренку от нас подальше. Потому что в следующий раз насрать уже будет мне.

– Принято, – сказал ему Рома.

А через секунду осторожно отошел от Шамана и направился ко мне.

– С деньгами что? – спросил уже Джексон у Шамана.

– Часть я получил, от самой девчонки. Остальное забыли. Вы мне больше ничего не должны. Я вообще уже жалею, что связался с этими двумя. Подходит такой вариант?

– Вполне.

Эта новость обрадовала. Все-таки, так или иначе, мне удалось решить вопрос с деньгами. Только Рома от этого был не сильно рад. Когда же он подошел ко мне, я даже на ноги подскочила. Тут же поднялась и Лариска. А он так сильно схватил за руку, что больно сделал, и потащил на выход. Схватив меня с другой стороны, следом поспешила и подруга. Так мы наконец-то оказались на свободе. Правда, когда выходили, я не могла не заметить усиление охраны, как в самом клубе, так и возле главного входа Соляриса. Напряженные мужчины, простые работники клуба и байкеры Шамана – все очень внимательно нас провожали. Причем, у пары человек я даже заметила оружие – самые настоящие пистолеты!

А когда мы вышли на улицу, я ужаснулась представленной картине, когда увидела на дороге возле клуба и на его парковке Ночных Всадников. Их было почти так же много, как тогда, на мотопробеге. И тоже будто во всеоружии. Даже Роме один из Всадников передал пистолет, когда мы подошли к его мотоциклу. Только вид этой холодной железной штуки уже заставил оцепенеть, а на затылке волосы встали дыбом. Засунув пистолет за пояс на спине, Рома скомандовал:

– Садись.

Тут я хотела спросить про Лариску, но к ней уже обратился Тайфун, проходя мимо:

– Ты со мной.

Чем она так воодушевилась, что сразу обо всем позабыла и поспешила за Таем, даже не сказав мне ни слова.

– Да *лять, сядь уже! – рявкнул рядом Рома, заставляя поторопиться.

Я только сглотнула и поспешила выполнить его просьбу. Правда перекинуть ватную ногу через мотоцикл оказалось не так уж и просто, хотя эту ногу не сковывала никакая одежда, когда на мне до сих пор было надето одно название от платья. Да меня снова всю колотило от ужаса, когда наконец-то пришло осознание всей серьезности ситуации. Ведь все эти грозные байкеры были готовы драться. И не просто так, а насмерть, если потребуется. И все это из-за меня одной. Из-за того, что я не подумала, когда решила проявить инициативу. И именно поэтому Рома имел полное право сейчас на меня так дико злиться.

* * *

Он уже и не помнил, когда последний раз был в подобном бешенстве. Настроение – хорошенько подраться или кого-нибудь трахнуть. Свою Белку, например. У него даже в голове не укладывалось, как только додумалась самостоятельно пойти к Шаману и еще соглашаться на какие-то его предложения. Ведь знает, что с этим уродом лучше не связываться. Да он из-за нее всех братьев на уши поднял. Подумал, Шаман ее там уже в оборот взял, под клиентов решил подложить, принуждает к чему-то. А она всего лишь «хотела помочь». Просто так посверкать своей голой задницей в самом развратном клубе города.

Припарковавшись на стоянке возле своего клабхауса, Рома слез с мотоцикла следом за Беллой и повернулся к ней лицом. И сразу мысленно выругался. Да она раздета куда больше, чем одета. Стоит, трясется, руками себя обнимает, и глаза прячет. Замерзла, видать, пока ехали. Даже соски было видно через тонкую ткань платья, если этот кусок дерьма на ней вообще можно так назвать. Его даже снимать не надо, и так все на виду и в доступе. Не девчонка, а какое-то ходячее искушение. Так бы и сожрал, особенно в таком виде, особенно сейчас, когда вывела окончательно.

– В прошлый раз мало показалось? – первое, что решил спросить.

– Нет. В этот раз мы и не пили там ничего.