Ошибка архитектора - Эйлин Торен

Шэйли шла по дороге и была уверена, что ходила по ней множество раз. И это было даже не воспоминание, а ощущение, словно всё было знакомо и повторялось в её жизни прежде. Но почему? Может это оттого, что она была здесь в прошлом году? Но воспоминание было таким основательным и при этом таким далёким. Деревья были больше, дорога была шире, всё вокруг было ярче. Но понятно — было лето и вокруг всё было зелёным, всё цвело.

Она глянула на старшего брата Иана и почему-то захотелось взять его за руку. Это было таким сильным желанием, что она устыдилась его, испугалась. Но в голове всплыла картинка — мальчик лет десяти или немного больше, ведёт её за руку, а она ребёнок, потому что смотри на него снизу, видит руку в его руке. Она счастлива идти с ним, хотя лицо её мокрое от слёз, внутри обида, но вот это ощущение его присутствия, доверие, любовь…

Шэйли встала как вкопанная и уставилась на Верона, который прошёл чуть дальше и не сразу осознал, что она остановилась.

Он обернулся, нахмурился. И Шэйли осознала с ужасом, что этот мальчик был он, Верон. Вер…

— Мы обратно, — радостно возвестила Ланира, проскакав мимо них, потом Ниилла, и Иан.

Шэйли вздрогнула.

— Пешком или верхом? — спросил у неё герцог.

— Верхом, — ответила она, и внутри ошарашенно поняла, что хотела, чтобы он взял её на руки и посадил в седло. Собственно это он и сделал, а Шэйли в это мгновение словно утонула в ледяной воде стыдливого чувства, дарящего радость.

— Что-то случилось? — спросил Верон, глядя на неё снизу.

И она хотела спросить про то, что увидела, хотела, но к ним вернулся Иан.

— Всё хорошо? — спросил он, протягивая ей руку.

— Да, — кивнула Шэйли, с невероятной неохотой отводя взгляд от герцога и переводя его на своего супруга.

Старший Шелран тоже сел в седло и теперь они ехали втроём, но потом Верон всё же обогнал их, оставляя наедине и внутри у девушки вдруг стало грустно и пусто.

— Ты устала? — спросил Иан, когда они въехали во двор.

— Да, немного, — решила согласиться она, потому что завертелось внутри метелью какая-то невообразимая тоскливая печаль.

— Рэндан, — позвала конюха вдовствующая графиня. — А как моя девочка?

— Хорошо, ваша милость, — ответил мужчина.

Старшая сестра Шелранов подошла к деннику, где стояла белая с черными пятнами лошадь.

— Ты помнишь, что она мне очень дорога? — спросила она у конюха.

— Да, госпожа.

— Эту кобылу мне подарил отец Шэйли, и ещё двух жеребцов для Верона и Иана, — она глянула на братьев. Иан, который помогал в этот момент Шэйли, застыл. — Иан, а где твой конь?

— В конюшне при казарме, милая, — ответил супруг Шэйли и переглянулся со старшим братом. Тот нахмурился и посмотрел на брата с вопросом.

— Хорошо, — проговорила в этот момент их сестра. — А вот конь Верона погиб на войне. Так жаль…

И Шэйли видела, как на глаза женщины навернулись слёзы.

— Поэтому, — буркнул Иан, отвечая на немой вопрос брата, и накинул повод на перекладину.

Ниилла вышла словно в бреду с конюшни и отправилась в дом. Верон вздохнул, потом посмотрел на конюха.

— Что с кобылой?

— Немного прихрамывала, господин. Я перековал и сейчас уже хорошо, — ответил слуга. — Вэйды отличная порода, устойчивые, не пугливые, выносливые, красивые.

И говорил он это с таким восхищением в голосе, и Шэйли видела, как смягчились его суровые черты лица.

— Мы потеряли наших на войне, — проговорил Верон. — Мой спас меня, но пал, а коня Иана пришлось убить, потому что ранение было очень серьёзным. Но лучше ей не знать.

Конюх нахмурился, кивнул.

— Так, ваша светлость, оно понятно…

— Просто сказал, чтобы ты был в курсе, — пояснил герцог. — Она ещё много раз об этом заговорит.

— Рэндан, — позвал напряжённый и хмурый Иан.

— Да, господин?

— Конюшня и кони в отличном состоянии. Ты отлично справляешься.

— Спасибо, господин, — конюх поклонился и было видно, что глаза его наполнились какой-то гордостью, как показалось Шэйли.

Остаток дня прошёл тихо. Перед ужином Шэйли всё же решилась спросить у Эйвы про Нииллу.

— Ох, госпожа, — покачала головой горничная. — Это долгая и непростая история. Да и надо ли вам сейчас расстраиваться, перед ужином?

— Я постараюсь держаться, — ответила девушка, потому что мучившие вопросы стали множиться и готовы были завалить Шэйли, придавив насмерть под своим весом.

— Хорошо, — явно с неохотой кивнула Эйва. — Супруг госпожи Нииллы, граф Сэнори, тоже прошёл войну. И вернулся оттуда, но не до конца.

Горничная нахмурилась, вздохнула, подбирая слова.

— Он был плох, душевно. То, что он там видел, что пережил, очень его задело. И в итоге он сломался, — служанка горестно покачала головой. — Это случилось, кажется даже года с окончания войны не прошло. Он не смог жить в мире с окружающими и собой. Они жили в Ласце, как и Шелраны, на соседней от них улице. И граф в один вечер отпустил всех слуг, взял мушкет, зарядил и выстрелил в графиню.

Шэйли втянула в себя воздух, застыла.

— Она была в постели, он лёг рядом, хотя она была жива, но он выстрелил и в себя. И так она, бедняжка, и пролежала с ним, пока не нашли, — горестно нахмурилась Эйва, а Шэйли всхлипнула, но сдержала слёзы. — Ваш супруг, господин Иан — он очень любит сестру, был привязан к ней, как ни к кому. Он, говорят, очень переживал за состояние графа, просил герцога что-то придумать. Но вот… и в ту ночь он, говорят, не спал совсем. Извёлся, и утро даже не настало, как он побежал к сестре в дом. Там её и нашёл.

— О, богиня! — прошептала Шэйли.

— Она вот, бедняжка, хоть телом почти восстановилась, но увы, разум её не излечился. Она пьёт капли от нервов, у неё плохой сон. Город, после случившегося, стал пугать её, а Шелраны не позволили Сэнори её забрать к себе, отправили сюда. Любой пустяк может расстроить её до срыва, поэтому все её очень берегут.

— Иан не хотел приезжать… — проговорила Шэйли сама себе, не ожидая ответа.

— Думаю, что вашему супругу очень тяжело видеть сестру такой, — всё же проговорила Эйва. — Поэтому он избегает поездок сюда. Хотя безусловно его присутствие радует её как ничьё другое.

Ужин был напряжённым — что-то случилось между братьями, но