(не) моя невеста с сюрпризом - Стелла Кириченко

— Может, ему всё-таки нужна сейчас помощь психолога? Он ещё совсем ребёнок, и такой стресс мог…

— Я подумаю над этим.

Глава 32

Ольга

Когда Артём не пришел ночевать домой, я была зла на него, как чёрт. Да ещё и этот разговор с его отцом. Вот честно, единственным моим желанием было свалить из этого дома и никогда здесь больше не появляться.

В доме семьи Громыко я находилась всего ничего, но уже просто устала морально от всего этого притворства.

В тот момент, когда Артём появился в обед после своего ночного загула, у меня совершенно не было ни сил, ни желания с ним ругаться. Накатила невероятная усталость, мною овладело безразличие.

Да и на моё состояние, конечно, ещё и повлиял разговор с Владимиром Сергеевичем. Весь остаток дня я игнорировала Артёма и обдумывала то, что сказал мне его отец.

Наш с ним разговор совершенно не выходил у меня из головы.

Утром, когда Артем ушёл, я испытала облегчение. Его прожигающий взгляд порядком меня раздражал. Да и если признаться честно, Артём бесил меня одним своим видом.

В очередной раз поймала себя на мысли, а есть ли смысл во всём, что я сейчас делаю?

Сомнения всё больше одолевали меня, но все мысли вылетели из моей головы, когда этим же утром мне позвонили с неизвестного номера.

Я ожидала услышать кого угодно, но точно не её — мою маму. Мне звонила женщина, что ещё в детстве бросила меня и за всё это время даже не пыталась связаться со мной.

Первое, что я испытала — злость. Услышав до боли знакомый голос, единственное, что я хотела — это отключиться и больше никогда его не слышать. Так я и поступила. Не став даже вслушиваться в то, что мне говорят, я сбросила вызов, желая навсегда стереть из памяти всё, что связано с этой чужой для меня женщиной.

Нелегко простить предательство, особенно когда нас предают самые близкие люди.

Звонок повторился во второй, третий и четвёртый раз. Я смотрела на свой вибрирующий телефон и абсолютно не понимала, что ей понадобилось от меня спустя столько лет.

Решительно настроенная на то, чтобы не отвечать на её звонки, я всё-таки не выдержала и открыла сообщение, которое пришло с её номера.

В тот момент мой мир перевернулся.

Я смотрела на экран своего телефона и не могла поверить тому, что она пишет. Это казалось чем-то нереальным. Мой матери чуть больше сорока, а она пишет мне о том, что умирает и больше всего хочет попрощаться со мной и попросить прощения.

Это было слишком для меня.

Когда раздался очередной звонок, я ответила. Она просила прилететь к ней в Италию. Буквально молила об этом, а я и не знала, что ей ответить.

У женщины, что меня родила и бросила, совершенно неподходящее имя — Люба, Любовь. Ещё в детстве я думала об этом и насмехалась над иронией судьбы. Любовью зовут ту, кто не любила даже собственную дочь.

Сейчас же, спустя столько лет, она объявилась и хочет хоть что-то успеть исправить. Только вот, возможно ли это?

Перед тем, как я отключилась, Люба сказала, что будет ждать меня до последнего. Как только вызов был завершён, спустя пару минут мне пришло сообщение от неё, где были указаны все данные и то, как я могу её найти.

Она просила меня бросить всё и прилететь к ней…

А оно мне нужно?

В таком вот растерянном состоянии меня и застал в гостиной Владимир Сергеевич. Они с женой куда-то уехали с утра пораньше, только мужчина почему-то вернулся.

— Оль, что случилось? — взволнованно спросил он, устраиваясь рядом со мной на диване.

— Разве вы не должны быть на работе? — не знаю даже, почему тогда я спросила именно это.

— Забыл папку с документами, и на полпути пришлось вернуться назад, — пояснил он, обеспокоенно смотря на меня. — Что с тобой, девочка?

То, каким ласковым и пропитанным волнением тоном спросил меня Владимир Сергеевич, подействовало на меня так, что в глазах моих заблестели слёзы.

Ну почему мужчина, который знает меня всего ничего, переживает за меня больше, чем родная мать?

Это выбило из колеи.

Я и понять не успела, как оказалась в его таких надёжных объятиях, которые напомнили мне о моём отце. Он всегда успокаивал меня именно так — обнимал, а потом начинал нежно гладить по голове или перебирать пряди моих волос. Это всегда действовало на меня успокаивающе.

Владимир Сергеевич не гладил меня по волосам и не перебирал пряди, а просто обнимал, но и этого было достаточно.

Слова сами полились из меня. Я рассказывала ему о своей матери, о том, как она бросила меня, и как тяжело я пережила всё это в детстве.

Не знаю, почему я ему в тот момент доверилась. Наверное, просто он оказался рядом, а мне нужно было высказаться. А может, дело в другом? Кто знает.

После того, как я завершила свой рассказ, Владимир Сергеевич уверенно сказал:

— Собирайся.

— Куда? — искренне удивилась я.

— Ты должна с ней увидеться. Потому что если твоя мать действительно умрёт, то ты никогда себя не простишь, что не успела с ней попрощаться.

— Но…

— Я позабочусь о твоём перелёте. Скажи, у тебя есть кто-то, кто смог бы отправиться вместе с тобой? Или может, мне позвонить Артёму?

— Нет, не надо ему звонить, — покачала я головой. — Со мной полетит моя подруга, Алина.

— Хорошо. Тогда пусть твоя подруга скинет все свои данные мне, и я позабочусь о том, чтобы вы добрались до больницы без проблем.

Глава 33

Как я и предполагала, Алина не отказалась со мной лететь за границу. Стоило мне только объяснить ей всё по телефону, как она тут же