Правила нежных предательств - Инга Максимовская

- Это конец света,- проорала Фекла. Черт, неужели это она издавала такие звуки? Эта женщина просто адское отродье, и нахрена я полез спасать ее в баре. Она бы не оставила тех гопников в живых, если бы они покусились на ее благодетель. Стало быть я спас не одного мужика от этого ходячего бедствия, а сам сунул свою дурную башку в петлю.

 Я поднялся с пола, подошел к шкафу, надел на себя белую рубашку, деловой костюм, натянул на морду выражение, с которым хожу на деловые встречи, зверское надо сказать выражение, и вышел из спальни. Мне до чертей надоел этот фарс. Пора его прекращать. Мне не нужен этот гребаный завод, на хрен не сдалась чертова баба, почему – то решившая, что я буду плясать под ее дудку. От одной едва избавился, а теперь зачем то снова танцую на тех же граблях нижний брейк. Мне никто не нужен.  Я возвращаюсь к делам, домой. Игры закончились.

Глава 11

Фекла Быковских

Если бы мужчины знали, что думают женщины, то были бы в двадцать раз нахальнее.

Из личных наблюдений)

Когда Макс твердой походкой вошел в комнату я онемела. Застыла с раззявленным ртом, подавившись собственным криком.

 Когда он посмотрел на меня прищурившись, от его льдисто –морозного взгляда меня пробрал озноб. Я вдруг вспомнила тот единственный раз, когда имела счастье лицезреть его в коридоре суда. Как он мазнул тогда по мне равнодушными глазами. И я подумала, что этот мужчина небожитель, не меньше. И во мне взыграл идиотский азарт. И даже то, что на ногах охрененного мужика в шикарном костюме, стоящего напротив меня, настолько близко, что даже голова кружилась от его запаха, красовались домашние тапочки в виде оскаленных бульдожьих морд, не отменяло того факта, что у меня ослабли колени, и в промежности сладко заныло.

- Выметайся? – выплюнул он, и я поняла, почему Буйнова конкуренты называли айрн – меном. Черт, сейчас передо мной возвышался не человек, а глыба арктического льда. – Из моего дома, моей жизни, моего личного пространства. Пошла вон.

- Когда ты так командуешь, я вся дрожу,- вякнула я, уже понимая, что проигрываю по всем фронтам. – Уйду сразу же, как только получу мои туфли.

- В них сейчас рассекает какая нибудь кабаниха или лосиха,- хмыкнул вепрь, и в его глазах зажглись очень притягательные огоньки.

-А ты то похоже на метле домой летел, судя по ссадине на лбу? Тоже мне Гарик Потный,- не ударила я в грязь лицом. Как говорил мой папа – «Нельзя давать оппоненту даже вдох сделать во время дебатов. Он не должен успевать думать». - Хреновый из тебя волшебник.

- Почему? – ошарашенно спросил Макс, ведясь на мои уловки. Ну надо же, никакой он не железный человек, а обычный мужик в смешных тапках  и великолепном костюме «с искрой».

- Потому что Федьку сегодня выпустили под залог и «подписку», - ощерилась я нехотя, ожидая водопада насмешек.

- Ты поэтому так орала? Я ж говорил, что ты лохушка,- издевательски заржал громила – тролль.- Мужик тебя обобрал до нитки, еще и сухим из воды выйдет. А ты задавака, получишь дорогую могилку на кладбище, в которой захоронят пустой гроб. Очень опасно считать себя самой умной. Повышенная самооценка пагубно влияет на дальнейшее развитие индивидуума, знаешь ли. Причесочка у тебя, кстати – огонь. Я не знаю, что вы творили тут с морским чудовищем, воспетым великим Лавкрафтом, но ты прекрасна, как никогда.

Я метнулась к встроенному шкафу и уставилась в зеркало, отразившее монстра, чуть страшнее даже пресловутого Ктулху. Видимо препараты Бобка, вошли в реакцию с чертовой краской для волос, и сейчас я была похожа на Мальвину не первой свежести. Тетка с голубыми редкими волосенками, взглядом больного пуделя и золотушными щеками. Грим, которым эскулап приводит в божеский вид своих подопечных, все же дал аллергическую реакцию.

- Ты обещал помочь,- заскулила я, трясясь как чихуа – хуа. Судя по решительному взгляду и упрямо выпяченной челюсти, Макс был настроен, как никогда, решительно. А мне сейчас это было ну вот вообще не в жилу.

«Если что – то идет не по твоему плану – рыдай» - учила меня мудрая Янка. И я последовала ее совету.

Обычно девочки плачут красиво и «жалистно», у меня не получилось. Хлюпнув носом, я выдавила из себя две жалкие слезинки. Потом вспомнила, что теперь я нищая, что муж мне изменил, и даже этот наглый гоблин еще чуть –чуть и даст мне пинка под хвост, как дворовой жучке. Горло сдавило от жалости к себе, я сморкнулась в рукав чужого халата и раззявив рот зарыдала в голос. Уж не знаю, вызвала ли я к себе сочувствие, но лицо Буйнова перекосило, и щека красиво задергалась.

- Ну ладно. Ну не плачь. Ты же ведь имеешь запасной план? - неумело приобнял он меня за плечи, прижимая к себе. Я уткнулась сопливым носом в лацкан пиджака «с искрой» и почувствовала себя странно защищенной. Стоп, так не бывает. Сильные и независимые девочки не могут так реагировать на проявление простого мужского участия. Это вредно и опасно.  

Он, видно, тоже почувствовал какую – то засаду, а может просто пиджака стало жаль, кто его знает этого сноба. Резко отстранился, но рук с моих плеч не убрал. Уставился на мою зареванную физиономию – то еще зрелище, должна вам сказать. Я потянулась к нему навстречу. Макс склонился, явно, чтобы посмотреть, что стало с дорогущим пиджаком. Ну это я так думаю. А я в это время резко задрала голову. Ну случайно все вышло короче. И мои губы скользнули по его щеке. А его рот вдруг накрыл мой. И он оказался таким вкусным. Черт, ну не могут вонючие злые орки пахнуть медом и печеньем, а еще у них не бывает шелковых губ и вообще...

- Это ничего не значит,- спустил меня на землю хриплый голос.- Ты просто ведьма, мне надо было это понять, когда ты блевала ананасами на улице. Черт, Фекла, уходи.