Поздравляю,ты допрыгалась - Кристина Майер

«Он убийца моей матери» — старалась напомнить себе, когда он сминал в поцелуе мои губы. Но тот же голос в голове напоминал, что возможно я заблуждаюсь. Чех беспокоится, когда я пропала. Не потирал руки, готовясь заграбастать себе мое состояние, а гонял своих людей, чтобы меня нашли. Практически не спал эти дни.

Какое-то безумие творилось с моим телом. Захотелось ответить на его безудержную страсть. Я била Чеха кулаками, кричала, только чтобы он не касался меня, не будил во мне страсть.

Чех разорвал на мне футболку. Его сила пугала, но помимо страха я испытывала и другие чувства. Никогда раньше моей груди не касался мужчина… Как же горит все внутри. И чем жарче он целует и ласкает, тем сильнее хочется продолжения. Руки безвольно опустились. Я могла продолжить сопротивляться, но мое женское начало сдалось. Позволила…

Потом буду жалеть, а сейчас мне хотелось ощущать его горячие губы на своей коже. Чех словно растапливал ледяной панцирь. Я не чувствовала холода, только огонь пылающий в крови.

В какой-то момент Самир отшатнулся от меня, словно от ведьмы. В его глазах еще тлело желание, но там я видела и злость. На кого он гневается?

Пелена страсти, затуманившая мой разум, спала. Я ощущала чувство вины и стыда. Как?! Как я могла так низко пасть? Что произошло со мной? Зачем я только затеяла это противостояние?

Чех уплывал. А я испытывала столько противоречивые чувств, что можно сойти с ума.

— Надень, — он поймал свою футболку и бросил в мою сторону. Вещь упала возле меня. Самир уже был возле лестницы.

Одеваться в воде было не самой хорошей идеей, я поплыла в противоположную сторону, чтобы не встречаться с ним. Чех все равно не смотрел на меня, будто во всем я была виновата. Мне все равно, что там Чех думает, меня смущали и пугали собственные чувства. Как со всем этим разобраться? Разве можно ненавидеть человека, но при этом его желать?

— Сложи свои вещи в чемоданы, ты улетаешь сегодня! — бросил Чех, когда я вылезла из воды. Я хотела по привычке возмутиться, но взгляд уперся в его мощную спину. Самир уже шагал к двери шлепая мокрыми ногами по плитке, а я продолжала пялиться на его подтянутую спортивную фигуру.

«Лея, слюни податри!» — разозлилась на себя. Натянула кое-как мокрую футболку и поспешила скрыться в спальне.

— Ты кто такая? — возле лестницы, ведущей на второй этаж, стояла интересная женщина лет тридцати пяти и возмущенно смотрела на меня. У меня крутился на языке такой же вопрос. — По всему дому следы оставила! — продолжала она высказывать недовольство. — Сейчас швабру возьмешь и будешь убирать! — у меня было не то настроение, чтобы с кем-то объясняться, да и высокомерный голос дамочки меня задел.

— Я хозяйка этого дома! — понесло меня. Глаза молодой женщины готовы были выпасть из своих орбит, челюсть выпала. Мне вот тоже было интересно, кто эта девушка… — Я жена Самира, — добавила, чтобы добить. — Еще раз позволишь себе так разговаривать со мной, окажется за дверью! — понятно, что я не имею на это права, но не могла отказать себе в удовольствии поставить ее на место. Оставив ее с открытым ртом, рванула в свою спальню.

«Мне неинтересно, кто она такая и чем занимается» — убеждала себя, но какое-то неприятное чувством меня не покидало.

Встречаться или пересекаться с Чехом мне не хотелось. Я не знала, как вести себя дальше. Не было возможности уединиться и обо всем подумать, принять решение.

Тайга уже не казалась плохим вариантом развития событий. Там мои чувства и эмоции будут в большей безопасности, чем рядом с этим мужчиной. Нам не стоит находиться с ним в одном доме. Боюсь, если Чех меня вновь поцелует, я поддамся желанию узнать, что значит быть с ним. Разложив на полу чемоданы, я принялась их паковать…

******** *********

Лея

Я аккуратно складывала вещи в чемоданы. На дно положила фотографию отца. Я знаю, он не смотрел на меня с осуждением, но мне так казалось. Сама себя ругала за такое безответственное безрассудное поведение, поэтому и стыдно было смотреть папе в глаза. Положила поверх фотографии футболку. Теперь я не спешила давать ему обещания. Сначала надо во всем разобраться…

Из головы не выходила женщина, которую я встретила в вестибюле. Чувство ликования, когда я поставила ее на место, уже стало проходить. Зато не отпускало беспокойство. Так и хотелось выйти из комнаты и выяснить, кто эта девица? Что она тут делает? Зачем пожаловала? Явно ведь не из прислуги. Как правило, обслуживающий персонал не одевается в брендовые люксовые вещи…

Не выдержала моя душа неизвестности. Я спустилась «попить водички», но так и не выяснила, что это за дама, которая закрылась с Самиром в одном из кабинетов, а спросить у повара язык не повернулся. Пришлось возвращаться и дальше паковать чемоданы. Я знала, что вещи собрала со двора, почистила и ровными стопками сложила прислуга. Мне было стыдно за свою импульсивную выходку. Ведь ничего этим не добилась…

…

— Лея, все эти меры принимаются ради твоей безопасности, — сообщил мне Петр, один из опытных охранников Чеха, заглядывая в машину. Я сидела на заднем сидении одна, не было пока ни водителя, ни других охранников. Мы стояли во дворе, ждали, когда Валид с ребятами погрузят в багажники тонну вещей. Глядя на эти мешки, я сомневалась, что мы вернемся в Москву через полгода. — Пожалуйста, не создавай проблем. Наша задача тебя защитить. Среди нас нет твоих врагов, девочка. Придет время, ты все узнаешь. А сейчас просто немного потерпи. Так нужно, — он говорил проникновенно, спокойно. Его слова проникали в душу. И я почему-то поверила. Не ведут себя так убийцы…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А как ведут? — возник вполне логичный вопрос в голове. На него ответ я не знала, но чувствовала, что меня все это время специально вводили в заблуждение. Для чего дяде Ахмаду было нужно рисовать Самира монстром?

Он, конечно, деспот. Опасный и беспощадный, но за все мои выходки я получила один ощутимый шлепок. Ну, надо честно признаться, заслужила. В доме дяди я себе подобного не позволяла, понимала, что меня терпят, но переступи я границы дозволенного, церемониться не станут. Попав в дом Чеха, я словно прощупывала почту. Хотела убедиться, что он монстр. А убедилась лишь в том, что он живой и страстный мужчина…

В голове возникли образы, как он целовал и ласкал меня в бассейн. Волна жара поднялась внутри. Закрыв глаза, тряхнула головой. Нужно избавиться от этих воспоминаний.