Любовь со второго взгляда - Джессика Гилмор

Девушка погладила художника по руке. «Какая же нежная и шелковистая кожа у него на запястье», – подумала она, а он закрыл глаза. Судя по всему, манипуляции Хоуп ему нравились. Ее удивляло то, как обычные прикосновения могут заставить человека забыть обо всем. И внезапно осознала, что назад для нее пути нет.

Она должна была чувствовать стыд и смущение, лежа здесь обнаженной, если не считать ленточки на шее, цветка в волосах и украшений, которые лишь подчеркивали ее наготу. Но странно, ничего подобного Хоуп не испытывала. А еще удивительнее то, что каким-то образом ей удалось подчинить Гаэля своей воле. Похоже, он готов был выполнить любое ее желание. Хоуп гладила Гаэля по лицу, с наслаждением изучая каждую его черточку. Чувственный рот, острые скулы… В эти минуты ей казалось, что Гаэль принадлежит только ей одной.

– Хоуп, – повторил Гаэль, взял ее за руку и заглянул в бездонные глаза своей натурщицы. В его взгляде читались беспокойство, растерянность и… вожделение. – Все неправильно. Этот вечер стал для вас настоящим испытанием, и вы сами не понимаете, что творите. Потом будете жалеть… Я не хочу пользоваться вашим состоянием для удовлетворения…

– Наоборот, это я пользуюсь вашим состоянием, – отчеканивая каждое слово, заявила Хоуп.

Его глаза пылали огнем страсти, а его натурщица забыла, что должна лишь позировать своему художнику и только поэтому лежит здесь в шезлонге обнаженная. Все ее тело дрожало от сладостного и одновременно мучительного чувства.

На губах Гаэля заиграла хищная улыбка.

– Ну, можете в это верить, если хотите, – предложил Гаэль. В его голосе прозвучала нескрываемая насмешка.

– А если бы я была другой, вы бы тоже отказались от близости со мной?

– Тогда все было бы по-другому.

– Я имела в виду не это. И вы сами это знаете. Если бы я была не девственницей, а, наоборот, сексуально раскрепощенной и опытной женщиной, вы бы тоже отказались от близости со мной?

– Нет, – признался Гаэль. – Вы должны отдаться человеку, которого по-настоящему полюбите. А я не смогу подарить вам свою любовь. Поэтому отношения со мной не принесут вам ничего, кроме душевной боли. А вы заслуживаете большего.

– Но ведь я не наивная школьница. Мне уже двадцать семь лет, Гаэль. Я не знаю, как вести себя на свиданиях, не умею флиртовать. И мне во что бы то ни стало нужно восполнить этот пробел. Иначе я останусь девственницей и в тридцать восемь, и в сорок, и в пятьдесят лет. И самым сексуально окрашенным моим переживанием будет сегодняшний вечер, когда мы держались за руки. С вашей стороны нечестно обрекать меня на такую печальную участь. Я не жду рыцаря на белом коне. Если бы моя жизнь сложилась по-другому, я потеряла бы девственность с Томом Физерстоуном девять лет назад в спальне его родителей. Обещаю, я не влюблюсь в вас. Вы не в моем вкусе. Что бы вы там о себе ни возомнили.

– А вы за словом в карман не лезете, – с усмешкой процедил сквозь зубы Гаэль.

– А может, я таким способом пытаюсь вас соблазнить, – игриво произнесла Хоуп и с вызовом посмотрела на него.

Ну надо же! Девственница пытается соблазнить плейбоя! Обычно бывает наоборот. Но кто мог подумать, что у художника, который пишет портреты обнаженных женщин, окажутся такие нерушимые принципы? Почему он относится к ней, как к несмышленому ребенку?

Гаэль, не отрываясь, смотрел на Хоуп. Она же изо всех сил старалась придать своему лицу выражение уверенной в себе, если не сказать распущенной, женщины. Хоуп делала все, чтобы Гаэль понял: эта близость нужна ей не меньше, чем ему, а может быть, даже и больше. И в конце концов все ее уловки подействовали на Гаэля. С глухим животным стоном он притянул к себе Хоуп и обхватил ее лицо руками.

Хоуп облизнулась.

– Давайте договоримся об одной вещи, – сказал Гаэль. – Если сегодня без соблазнения обойтись не удастся, то соблазнителем буду я, а не вы.

В следующую минуту Хоуп перестала себя контролировать. Ее тело как будто сделалось невесомым. Девушка соскользнула с шезлонга, и они с Гаэлем оказались на полу. Губы их слились в поцелуе.

Ее последней осознанной мыслью было то, что этот мужчина снова взял все под свой контроль.