Венок любви - Барбара Картленд

Родерик, чувствуя, что ему никак не удается принять участие в общем разговоре, тоже решил вставить слово и заговорил о предмете хорошо ему знакомом – лошадях и королевских скачках, только что прошедших в Аскоте.

Дионе стало известно – впрочем, это ее ничуть не удивило, – что маркиз выиграл золотой кубок. По словам Родерика, это было потрясающее зрелище – финиш коня маркиза Ирчестера, на корпус обошедшего признанного фаворита скачек.

– Как жаль, что я этого не видела! – искренне огорчилась Диона. – Мне всегда хотелось побывать в Аскоте, но боюсь, теперь у меня уже никогда не будет такой возможности…

Из этих слов маркиз справедливо заключил, что девушка не надеется больше посетить знаменитые состязания. Очевидно, что-то в ее жизни произошло.

Диона не стала развивать эту тему, но маркиз, и так достаточно заинтригованный, почувствовал, что его интерес к гостье еще больше возрос, впрочем, как и желание проникнуть все-таки в ее тайну.

Вне всякого сомнения, Диона выглядела настоящей леди, но какой же леди столь юного возраста, задал резонный вопрос маркиз, позволят уйти так далеко от дома в сопровождении одной лишь собаки?

Да и какая благовоспитанная леди рискнет одна, без пенни в кармане, отправиться в большой мир с намерением самостоятельно зарабатывать себе на жизнь? Ее родственники – а они, конечно, но у нее имеются – наверняка не дали бы девушке совершить такой безрассудный поступок.

Словом, тут крылась какая-то загадка, и маркиз был полон решимости разгадать ее.

Самым легким путем к этому, как представлялось его светлости, было вызвать Диону на разговор. Столь юная и неискушенная особа наверняка чем-нибудь себя выдаст во время беседы.

Будучи человеком умудренным жизненным опытом да к тому же привыкшим на войне допрашивать солдат, случайно оказывавшихся в расположении его части, маркиз решил придерживаться своей излюбленной тактики – задавать поменьше вопросов.

Вместо этого он ловко провоцировал Диону на спор, изрекая заведомо ложное утверждение. Девушке не оставалось ничего другого, как опровергать маркиза и отстаивать собственную точку зрения, а уж тут надо было держать ухо востро. Иногда ее ответы были весьма простодушны.

– Глупо спрашивать, любите ли вы верховую езду – это и так ясно, – сказал маркиз, в упор глядя на Диону. – Но позвольте все же поинтересоваться, вы считаете себя опытной наездницей?

– Папа говорил, что я неплохо держусь в седле, а поскольку сам он был непревзойденным наездником, я полагаю, с моей стороны не будет нескромностью ответить на ваш вопрос утвердительно.

– А участвовал ли ваш отец в скачках? – задал следующий вопрос маркиз.

Он сразу почувствовал, что Диона заколебалась, прежде чем ответить, очевидно, опасаясь, что и так рассказала о себе слишком много.

Но потом, видимо, решив, что вряд ли маркиз слышал об ее отце, ответила:

– Да, он часто принимал в них участие, но в основном это были местные стипл-чейзы.

– Кстати, – оживился маркиз, – ваши слова напомнили мне о том, что я сам скоро собираюсь устроить стипл-чейз у себя в поместье. Я уже приказал привести в порядок беговые дорожки, правда, сам еще их не опробовал. Думаю, нам удастся возвести препятствия не хуже, чем на скачках «Грэнд нэшнл».

– Грандиозная идея, дядя Ленокс! – оживился Родерик. – Если вы позволите мне взять одну из ваших лошадей, держу пари, что у меня есть шанс выиграть!

Маркиз рассмеялся.

– Если ты будешь выступать под своими цветами, это сочтут неспортивным!

– В таком случае, – рискнул предложить Родерик, нерешительно взглянув на дядю, – я мог бы нанять собственных жокеев…

– Судя по нынешнему состоянию твоего банковского счета, – сухо изрек маркиз, – я полагаю, что это было бы серьезной ошибкой.

– Увы! Ничего не поделаешь… Если вы не дадите мне вашу лошадь, мне придется довольствоваться ролью зрителя, – со вздохом промолвил Родерик.

Желая подбодрить молодого человека, Диона улыбнулась ему через стол.

– Если вы тоже намерены участвовать в стипл-чейзе, – глядя на девушку, произнес Родерик, – советую стать на колени перед дядей Леноксом и попросить какого-нибудь из его скакунов. Они считаются самыми лучшими во всем графстве!

– Нисколько в этом не сомневаюсь, – с уважением посмотрев на маркиза, промолвила Диона. – Надеюсь, мне будет позволено ухаживать за ними, если его светлость решит взять меня на работу.

Маркиз откинулся на спинку кресла.

– Так вы всерьез рассчитываете стать женщиной-конюхом или работать на псарне? – спросил он с сомнением в голосе.

– А почему бы и нет? – с вызовом воскликнула Диона. – Лошади любят женскую руку. Иногда только нам, женщинам, удается превратить норовистую лошадь в послушную и тихую. Видимо, мы обладаем каким-то секретом… Я слышала, что цыгане весьма искусны в обращении с конями. Вероятно, в этом таится некое волшебство…

Маркиз, не ожидая такого поворота в беседе, с любопытством посмотрел на свою гостью.

– А я слышал, что цыгане могут заставить своих лошадей делать все, что угодно, – сказал он. – Вы случайно не знаете, как они этого добиваются? В чем секрет такого успеха? Некая магическая формула или заклинание?

Диона поспешно отвела глаза. Маркиз понял, что она знает ответ на этот вопрос и сейчас прикидывает, что лучше – ответить честно или сделать вид, что ей ничего не известно.

Надо сказать, что маркиз обладал неким даром – он мог заставить людей поступать согласно его желанию, сконцентрировав свою волю на том или ином субъекте.

Вот и сейчас, заметив колебания Дионы, маркиз направил свою энергию в сторону девушки и мгновенно добился успеха. Диона обернулась к нему и, словно повинуясь неведомой силе, которой она не могла противостоять, начала, запинаясь, говорить:

– Я действительно… немного знакома с их секретами… Цыгане на самом деле могут полностью подчинять себе лошадей и собак, и те послушно следуют туда, куда надо их хозяевам… – еле слышно пролепетала девушка.

– И они поделились этими секретами с вами? – лукаво сверкнув глазами, полюбопытствовал маркиз.

На этот раз Диона не ответила улыбкой на улыбку. Посерьезнев, она сказала:

– Они очень доверяли моему отцу… И он был дружен с ними. Собираясь продать особо ценного коня, они всегда первым делом предлагали его отцу…

– И никогда не обманывали?

– Ну что вы! Конечно, нет. Цыгане никогда не обманывают своих друзей, а нас они считали друзьями…

– Почему?

Он произнес это короткое слово так требовательно, что Диона почувствовала, что уклониться от ответа ей не удастся, и послушно начала:

– Цыгане из года в год останавливались на наших землях и – представьте себе – ни разу ничего не украли!