Любовь и тайна - Элизабет Хой

– Могу я еще чем-нибудь вам помочь? – спросила девушка как можно мягче, когда старая женщина передала ей конверт с запиской. – Вам нужен торф для камина.

– Именно его-то я и пыталась принести, когда подвернула ногу на лестнице!

– Тогда я могу сходить за новой порцией. А может, мне заварить для вас чашечку чая? Скоро время ленча, – обрадованно продолжала Дженнифер.

– Я собиралась съесть эту ветчину, – с сомнением произнесла миссис Роан. – Мне не хотелось бы вас задерживать...

Но девушка уловила в ее голосе нотку мольбы. Она подошла к камину и взялась за ручки большой плетеной корзины.

– Просто скажите мне, где хранится торф.

– В углу оранжереи. Миссис Мёрфи приготовила там большой запас торфа и носит мне понемногу каждый день. Но право же, дитя мое, – запротестовала вдруг старушка, – не понимаю, зачем вы так тревожитесь обо мне...

– У меня много свободного времени, – заявила Дженнифер и поскорее пошла к двери.

Возражений не последовало. Девушка сходила за торфом, затем протерла обеденный стол и убрала остатки прежних трапез – яичные скорлупки, зачерствевший хлеб. Ванную комнату заботливая миссис Мёрфи переделала в небольшую кухню. Дженнифер нашла там электрическую плитку, чайник и посуду. В ванне, полной холодной воды, плавал пакет с яйцами и сливочным маслом. Тут же была и бутыль с молоком. В корзине под умывальником хранились хлеб и сырные крекеры.

Через полчаса на сковородке аппетитно скворчал омлет. Миссис Роан упросила Дженнифер разделить с ней трапезу. За омлетом последовал чай с бисквитами. За время ленча настроение старой дамы снова улучшилось.

– Расскажите мне о себе, – попросила она.

Дженнифер очень хотелось рассказать миссис Роан всю правду о себе. Но осторожность пересилила. Слишком многое было поставлено на карту. Если она сейчас объявит себя дочерью Мартина, то все погибнет. Кроме того, старая леди может и не поверить ее рассказу. Казалось, она искренне верит, что ее младший сын погиб много лет назад. Когда они узнают друг друга получше, наконец решила Дженнифер, тогда и наступит время для откровенности.

Поэтому девушка ограничилась рассказом о своем детстве и юности, прошедших в квартире над магазином тканей в Эшфилде. Однако она постоянно ловила себя на том, что невольно сбивается на тему отношений миссис Роан с ее детьми.

– Так, значит, ваши родители умерли, – печально вздохнула старая дама, когда рассказ Дженнифер подошел к концу. – Мне очень жаль вас, моя дорогая. Но, как я погляжу, вы весьма храбрая девушка. В наше время молодые люди не такие независимые... Вы должны прийти ко мне еще раз, – предложила миссис Роан, когда Дженнифер убрала тарелки со стола.

Девушка оглядывалась в поисках новой причины задержаться здесь хотя бы ненадолго. Однако миссис Рран уверяла, что с ней теперь все в порядке.

– Передайте миссис Мёрфи, что она может не торопиться. Лучше всего, если она заглянет ко мне около восьми вечера. Я знаю, она еще должна успеть приготовить обед для мужа. А я, пожалуй, прилягу и немного вздремну. Лодыжка уже не болит. Уверена, это всего лишь маленькое растяжение.

– Вы не хотите вызвать доктора? – изумленно спросила девушка.

– Ради бога, только не это! – с ужасом воскликнула престарелая леди. – Врач заставит меня вернуться в Карбэрри. Поэтому я всеми способами стремлюсь избегать докторов и назойливых друзей, которые не одобрят мое одиночество в старом доме. Вот почему я так тщательно скрываю мое присутствие в Дэррили-Хаус. Знаете, в деревнях новости разносятся быстро. Поэтому, мисс, прошу вас, будьте осторожны и никому не говорите о нашей встрече.

– Я не скажу никому ни слова, – пообещала Дженнифер. – Хотя мне и не по себе от мысли, что вы живете здесь совсем одна. Ведь в Дэррили-Хаус нет даже телефона...

– Ну, это мое дело, – недовольным тоном ответила миссис Роан. Затем добавила уже более мягко: – Дитя мое, вы проявили сегодня ко мне невероятную доброту, я в долгу перед вами. Но раз вы пообещали сохранить мою тайну, то, пожалуйста, сдержите слово.

Девушка кивнула:

– Можете на меня положиться. Я не подведу.

– Не сомневаюсь. – Но пожилая женщина явно была чем-то озабочена. – Вы остановились в коттедже О'Кэррола? – наконец спросила она.

– Да.

– Тогда будьте особенно внимательны. Ни в коем случае не упоминайте мое имя в разговоре с вашим домовладельцем. Этого энергичного молодого человека я не очень-то жалую. К сожалению, он иногда действует по поручению моих дублинских юристов, и мне приходится с ним общаться.

– Уверена, он не хочет причинить вам никакого вреда, – горячо принялась защищать Конна девушка. – Он очень милый...

– Я рада, что вы находите его милым, мисс Грэй, – суховато заметила миссис Роан. – Но я так не думаю. – Откинувшись на подушки, старая дама закрыла глаза, ее лицо приняло суровое выражение. – Как нелепа жизнь, – прошептала она. Казалось, старуха обращается сама к себе, позабыв о гостье. – Ирония судьбы! На старости лет я завишу от внука Лайема Брогана.

Лайем Броган. Дженнифер ухватилась за это имя. Должно быть, это дед Конна по матери. Это его застрелили сорок лет назад на глазах у семнадцатилетней дочери!

– Поэт, революционер, мятежник, покоритель юных и пылких сердец! – Голос старой женщины стал звучным и сильным. Дженнифер поразилась тому, какая ненависть загорелась в глазах миссис Роан. Ждать такого от старухи ее лет никто бы не смог.

Девушка затаила дыхание. «Пускай она продолжает, боже, пусть она продолжает! – беззвучно молила Дженнифер. – Пусть она погрузится еще глубже в прошлое и расскажет наконец о Мартине!»

– Он притворялся обычным учителем, – говорила миссис Роан срывающимся голосом. – Почему я тогда не запретила Мартину посещать эти уроки ирландской истории?! Возрождение древних традиций, как называл это Броган. Он промывал детям мозги, вливал в их души яд ненависти, вербовал солдат для своей новой армии!

Бледное лицо миссис Роан исказилось гримасой ненависти, неожиданно сменившейся выражением торжества. А затем ее взгляд снова стал осмысленным. Она как будто впервые увидела Дженнифер, жадно ловившую каждое ее слово.

– В конце концов, именно Мартин и убил Лайема Брогана или, по крайней мере, подстроил его смерть. Вот оно, настоящее правосудие. Карающий перст Господень. Но зачем я вам все это рассказываю? – Миссис Роан поежилась словно от холода. Она выпрямилась и вздохнула, будто освобождаясь от странного сна. – Я слишком разговорилась, – грустно сказала старая леди. – Я очень долго была одна... а сегодня по непонятной причине прошлое вернулось ко мне. – Она протянула девушке обе руки.

Ошеломленная только что услышанным, Дженнифер опустилась перед бабушкой на колени и крепко сжала ее руки в своих. Какими худыми и хрупкими они были!

– Простите, я, должно быть, напугала вас рассказом об убийстве и мести, – извинилась старая женщина. – Но именно так оно и было здесь, в Дэррили, много лет назад. – Она тяжело вздохнула. – Конечно, сейчас это не имеет никакого значения. Мало кто помнит те события. Но так и должно быть. Прошлое умирает, и пусть себе умирает. Для вас и всего вашего поколения страдание и утраты прошлого ничего не значат. Вам неинтересно слушать воспоминания такой старухи, как я.