Его главный трофей - Линн Грэхем

– Меня перестало тошнить несколько недель назад, – подтвердила Эмми, снова поворачиваясь к нему. Золотистые волосы разметались вокруг ее раскрасневшегося лица.

– Но тебе не пришло в голову связаться со мной и сообщить мне об этом, – в ярости сказал Бастиан. – До тебя не доходило, что я о тебе беспокоюсь? Когда я в последний раз видел тебя, ты отвратительно себя чувствовала!

– Мне казалось, ты забудешь меня, как только я перестану маячить у тебя перед глазами, – призналась Эмми, расправляя изящные плечи и с вызовом смотря на Бастиана. Она стояла в дверях кухни и не собиралась показывать ему, будто он ее запугал.

– Ты вынашиваешь моих детей! – гневно произнес Бастиан. – Я когда-нибудь давал тебе повод думать, что я настолько безответственный?

Эмми притворилась, что сильно задумалась:

– О, возможно, когда ты предупредил меня, чтобы я не придавала большого значения нашей близости. Ты сказал, что между нами был только секс.

На его скулах выступил румянец, его темно-золотистые глаза сверкали как пламя.

– Я просто хотел подстраховаться.

– Подстраховаться? – с сомнением спросила озадаченная Эмми.

Он поджал красивые и зовущие к поцелуям губы:

– Ну да. Ты то распаляешься, то остываешь ко мне и убегаешь. Так было уже дважды.

Эмми гневно шагнула вперед:

– Я не распалялась, не остывала и не убегала!

– Ты сама не веришь в то, что говоришь, – с раздражающей самоуверенностью произнес Бастиан. – Я обидел тебя в ночь перед свадьбой Нессы, и ты из страстной женщины превратилась в ледышку и убежала от меня, отвергая возникшее между нами притяжение. Ты взрослая женщина, но реагируешь чересчур эмоционально, как подросток!

– Как ты смеешь? – крикнула Эмми. Она при шла в ярость оттого, что Бастиан сомневается в ее зрелости.

– Смею. Потому что я честен. И я всегда был честен с тобой. – Бастиан говорил крайне убедительно. – Между нами в первую ночь случилось ужасное недоразумение. Я извинился, но ты отказалась принять мои извинения. Но, по крайней мере, я попытался признать, что совершил ошибку. Меня по-прежнему влечет к тебе. Мы бы никогда не расставались, если бы тебе хватило смелости быть честной со мной.

– Проблема не в честности, а в чувствительности. Именно ты сказал мне, что у нас был просто секс! – сердито ответила Эмми.

– В конце концов, секс есть секс, и я не отказываюсь от своего заявления! – прорычал Бастиан, нисколько не чувствуя себя виноватым. – Но я всегда доказывал тебе, что меня заботит положение, в котором ты оказалась, и благополучие младенцев, которых ты вынашиваешь.

Эмми очень старалась быть справедливой, но она по-прежнему была в обиде на Бастиана.

– Да, ты доказывал, – призналась она, плотно сжимая губы от необходимости признать правоту Бастиана.

– Я не заслужил того, чтобы ты бросила меня, не сказав, куда едешь, – произнес он.

– Я бы позвонила тебе после рождения близнецов, – возразила Эмми.

– Мне этого мало! – ответил Бастиан с нескрываемой враждебностью.

Эмми вздернула подбородок, отказываясь пойти на попятный:

– Ну тогда мне тебя жаль. А может, мне показалось неуместным твое активное участие в моей беременности в нынешних обстоятельствах?

– Если ты действительно так считаешь, то должна была об этом со мной поговорить, – в ярости парировал Бастиан. – Как только я уехал из страны, ты бросила меня и буквально испарилась. Ты поступила по-ребячески трусливо!

– Я хотела избежать серьезной конфронтации вроде нынешней! – заметила Эмми.

– И как ты только живешь с такими амбициями? – язвительно спросил Бастиан, в отчаянии заскрежетав зубами.

– Я не поступала по-ребячески. И я не трус, – обиженно ответила Эмми, не понимая, как он может обвинять ее в том, что она якобы сбежала от сложных отношений.

– Нет? Ну, по крайней мере, у тебя есть причуды, – осуждающе сказал Бастиан, тут же прерывая ее и доставая журнал из кармана. Он агрессивно бросил его на столик в прихожей. – Это твоя сестра. Сестра-близнец. И я полагаю, из-за нее ты старалась маскироваться и одевалась черт знает как большую часть жизни! Почему ты не сказала мне о ее существовании?

Эмми в ужасе замерла, посмотрев на журнальную фотографию со свадьбы Сапфи и Захира. Смеясь и улыбаясь от счастья, Сапфи выглядела фантастически привлекательной, и сердце Эмми сжалось. Она снова почувствовала вину за то, что отказалась приехать на свадьбу своей сестры.

– Как ты узнал? – спросила она.

– Журнал попался на глаза Нессе, и она принесла его мне. Я не поверил своим глазам, – признался Бастиан, сердито глядя на Эмми. – Сначала я решил, что именно ты выходишь замуж за короля. А потом прочел ее имя… Ее зовут Сапфира. Вы очень похожи. И это не могло быть случайным сходством. Я провел небольшое расследование и понял, как много ты от меня скрывала.

– Тебе не обязательно об этом знать.

– Я не мог поверить, что она твоя сестра.

Эмми побледнела, услышав его признание:

– Я тебя понимаю. Пусть мы с ней близнецы, но она все равно выглядит совсем не так, как я.

– Ага. Так я и поверил. Увидев ее фото, я подумал, что это ты, – сказал Бастиан.

Не удивляясь его утверждению, но боясь сравнения с великолепной сестрой, Эмми опустила голову, чтобы он не видел ее лица.

– Да…

– У тебя на скуле родинка и цвет глаз чуть светлее, чем у сестры, – резко перечислял Бастиан. – И по-моему, ты меньше ее ростом.

– По крайней мере на пару сантиметров. Даже после операции на ноге мне не удалось стать одного роста с Сапфи, – призналась Эмми. – Я не маскируюсь… Как ты не понимаешь? Я просто не люблю, когда меня принимают за Сапфи. Поверь, такое часто случается, когда я наряжаюсь, делаю красивый макияж и выхожу на улицу в Лондоне. В конце концов, она знаменитость. И я поняла: будет гораздо проще не говорить никому о том, что она моя сестра.

– Могу себе представить. Но ведь вы все равно отличаетесь. Вы же не копии друг друга.

– Ты так думаешь? – спросила она.

– Я не совсем понимаю, как это происходит, но когда я смотрю на нее, то она не вызывает у меня никаких чувств. Но когда я смотрю на тебя, то мгновенно возбуждаюсь, – хрипло и приглушенно признался Бастиан.

Эмми была не совсем уверена, что поверит Бастиану, так как давно привыкла считать, что сестра-близнец значительно превосходит ее во всем: она более утонченная и сексуальная – просто совершенное существо. Если Сапфи всегда была привлекательнее, живее и талантливее, то Эмми была болезненнее, застенчивее и усерднее училась. Хотя иного выбора у нее не было, потому что после аварии она стала инвалидом и не могла выходить в свет, как ее сестра-близнец. Эмми взглянула на Бастиана. Ее прекрасное лицо покраснело. Она не могла поверить, что Бастиан считает ее сексуально привлекательнее сестры. В конце концов, она всю свою жизнь была на втором месте после Сапфи.