Черная роза - Кристина Скай

— Новости? — Дейн наморщил лоб. Неужели из морского министерства уже пришла депеша?

— О том, что мы будем служить под вашей командой, милорд. Принимая во внимание, что вы новый комиссар канала.

— Спасибо, мистер Тафт, — сухо произнес Рейвенхерст, нахмурившись еще больше.

Однако восторженный лейтенант, охваченный приступом любви к герою, не уловил намек.

— Для нас большая удача, что вы назначены сюда, в Рай. Мы все знаем, что вы сделали при Трафальгаре, на борту «Беллерофонта». Мне жаль только, что я не был там, чтобы увидеть все самому, — с горечью произнес молодой человек.

— Вы это серьезно? — пророкотал Рейвенхерст. — Тогда позвольте кое-что объяснить вам, лейтенант. Вам надо благодарить Бога, что вас не было при Трафальгаре, потому что эта чудовищная битва не сравнится ни с какой другой. Даже под командованием Нельсона это была настоящая кровавая бойня на сбитых в кучу судах со снесенными мачтами, столкнувшихся пушка к пушке, бушприт к бушприту, с перепутавшимися снастями. Разумеется, идея лобовой атаки была революционной, но это было также и чистым безумием. И Нельсон знал это лучше любого другого.

Услышав такую ересь, лейтенант побледнел. Из его горла вырвался странный прерывистый всхлип.

Лицо Рейвенхерста посуровело от нахлынувших на него воспоминаний.

— В том, что произошло при Трафальгаре, не было ничего романтичного, мистер Тафт, и даже героизм того дня сильно преувеличен. Нам остается только надеяться, что уроки этого события уберегут от повторения таких вещей. А что касается войн, — сумрачно добавил он, — их много, и ведутся они по-разному. Помните об этом, лейтенант.

— Да, милорд, — ответил молодой человек в полной растерянности.

— Хорошо. Теперь нам надо посадить побольше вязов, чтобы закрыть этот берег. — Рейвенхерст указал на северный берег канала в том месте, где он делал крутой поворот, изгибаясь темным шрамом по окружающей зеленой равнине. — Я думаю, изгороди из боярышника тоже подойдут. Они обеспечат защиту и дадут нашим людям лучшую возможность отражать огонь в случае нападения.

— Вы и в самом деле думаете, что французы осмелятся на такое?

— Не мое дело заниматься прогнозами, лейтенант, — отрывисто произнес Рейвенхерст. — Моя задача состоит в обеспечении безопасности этого района в случае вторжения Наполеона. А теперь скажите, какова ширина канала в самом широком месте?

— Тридцать футов, милорд. Плюс-минус несколько дюймов, — натянуто ответил лейтенант.

Итак, похоже, парень раздосадован? Губы Дейна дрогнули в ответ на попытку молодого офицера быть точным.

— А в самом узком месте?

— Не будет и десяти, милорд. Рейвенхерст поднял брови:

— Десять футов? — Это не совпадало с информацией, полученной из морского министерства.

— В основной части, милорд, — смущенно добавил офицер. Дейн выждал.

— За исключением участка, идущего на запад от Рая до уровня Петт, — поправился Тафт минуту спустя. — Этот участок прорыт в последнюю очередь и не шире канавы.

— Спасибо, лейтенант, — сухо произнес Рейвенхерст, производя в уме быстрые подсчеты.

Его главной заботой было укрытие земли. Он предложил бы посадить вязы через каждые десять футов и, помимо этого, изгороди из боярышника в качестве второго ряда обороны. Западный рукав канала, разумеется, необходимо расширить, но едва ли это сейчас выполнимо. Кроме того, были проблемы с подводящей дорогой к северу от канала, уже нуждавшейся в ремонте.

— Перестаньте глазеть на меня, лейтенант, — резко произнес Дейн, не поворачивая головы. — Вы чертовски действуете мне на нервы.

— Да, милорд, — последовал невнятный ответ.

— Итак, он помогает местным жителям, этот Ромнийский Лис?

— Да, верно. Всегда старается подбросить еды, чаю или денег нуждающимся. Он такой дерзкий, этот Ромнийский Лис. Почти невозможно не… — Молодой офицер, покраснев, проглотил слова, которые собирался произнести.

— Невозможно что, лейтенант?

— Да, сэр? — смущенно повторил сидящий на веслах.

— Закончите фразу, приятель, — последовал жесткий приказ.

— Ну, не восхищаться этим парнем. Он ни разу не тронул офицера или гражданское лицо, а его набеги — это чудо стратегии. Каждый раз застает Хоукинза врасплох — как будто играет с ним.

Лицо Рейвенхерста посуровело.

— Этот человек — преступник, лейтенант, находящийся в сговоре с врагами. Никогда не забывайте об этом. А в измене нет ничего хоть немного достойного восхищения. Поэтому постарайтесь не выражать больше таких мыслей в моем присутствии.

— Да, милорд, — последовал смущенный ответ.

Итак, мальчишке не понравился его приказ? Что ж, пусть привыкает к этому, сумрачно подумал Дейн, потому что еще будут сражения, в которых враг должен быть разбит наголову, а у морского министерства имеются все основания считать, что Лис вовлечен в это дело.

Короче говоря, они хотят загнать предателя в нору. И Дейн собирался заниматься именно этим.

— А что вы знаете об убежищах контрабандистов? Какой-нибудь ключ к тому, где они могут собираться и обсуждать свои рейды? Должен же быть у этих негодяев какой-то способ связи.

— Они пользуются устаревшей системой сигнализации вдоль побережья, милорд. Как, например, свет в окне, привязанные перед входом лошади. Некоторые говорят, что в гостиницах и пивных какой-то скрипач играет определенную мелодию. Я слышал, они могут собрать до двухсот человек за час.

— Вы говорите, гостиницы? — Тон Дейна стал резким. — Вроде «Ангела»?

— Я слышал однажды, что говорили такое, но не теперь. Мисс Лейтон не такова, чтобы устраивать эти сходки. Нет, в этом квартале все спокойно. Но есть другое место — низкая ложбина на краю болота, около Снаргейта. Называется «Веселая девица».

Дейн прищурил глаза. Теперь они приближались к окрестностям Эплдора. За широкими полями виднелась побитая непогодой, маленькая каменная церковь, розовеющая в лучах закатного солнца.

— Есть еще какие-нибудь подозрительные люди, о которых я должен знать, лейтенант?

— Никого в особенности, сэр. Каждый здесь приложил руку к «торговле», как они называют это. И есть еще нахальный француз, патрулирующий побережье от Фарли до Фокстоуна. Его зовут Бразен. Только на прошлой неделе его заметили стоящим на якоре около Уинчелси. Да при свете дня.

— Каким судном он командует?

— «Либерте», милорд, двухмачтовым бригом с прямым парусным вооружением. Прекрасное морское судно, о каком можно только мечтать. К тому же команда слаженная — ведь они уходят от каждого преследующего их таможенного катера.

— Это едва ли говорит в пользу королевского флота, — язвительно произнес лорд Рейвенхерст.

— Да, милорд.